Твоя маленькая ложь (СИ)

Ника косится в сторону Селены с победной улыбкой на лице.
— Неужели нам нельзя будет краситься и делать маникюр? — удивленно спрашивает Марта.
— Мои дорогие, ну разве я говорила такое? — с добродушной улыбкой проговаривает Оберг. — Быть растрепанной и неухоженной — моветон для любой женщины, что же говорить о принцессах и уж тем более королевах? Что же вам мешает нанести легкий, едва заметный макияж, который лишь подчеркнет ваши достоинства и сделать аккуратный и неброский нюдовый маникюр? А по поводу причесок, особам королевских кровей категорически запрещается коротко стричь волосы, иначе диадема или же тиара просто на просто не будут держаться на голове. Именно поэтому принцессы и королевы на любых мероприятиях собирают волосы в низкие или высокие пучки. В любом случае, ходить с растрепанными распущенными волосами категорически неприемлемо. С этой минуты каждый день вы обязаны выходить из своих апартаментов исключительно лишь с собранными волосами, а как вы их будете собирать — это ваш выбор, — она пристально заглядывает в глаза каждой из нас, слегка задирая подбородок. — Сегодня я не буду делать выговор тем, кто во время утреннего туалета не собрал волосы, но с завтрашнего дня пощады не ждите.
Краем глаза я замечаю, как Тильда и Абели неосознанно дотрагиваются до своих распущенных волнистых волос морковного цвета, а Грета легким движением руки смахивает волосы рыже-русого оттенка за спину, а я мысленно благодарю себя за то, что два часа назад заплела волосы в одну толстую косу.
— Третье и, пожалуй, самое простое правило — первый король, — продолжает Каролайн, записывая слова на доске. — Первым покинуть помещение имеет право только король или королева. Вы не можете сесть раньше, чем они или закончить разговор до того, как это сделают Их Величества. Первыми в помещение всегда заходит королевская чета и только потом идут кронпринц, остальные принцы и принцессы. Все просто, чем дальше человек в очереди престолонаследования, тем дальше он от короля, — проговаривает Оберг, оттряхивая ладони от мела. — Думаю, вы все знаете, как делать книксен, я наблюдала за вами вчера в тронном зале и готова с радостью сообщить, что книксен вы делаете более чем достойно. И мы переходим к последнему правилу на сегодня — нет чувствам.
Я вздыхаю с облегчением, осознавая, что урок подходит к концу, и я не лишусь своей спины в первый же день. Наставница некоторое время аккуратно выводит несколько букв на доске и разворачивается к нам, откладывая мел в сторону.
— Итак, вы — принцесса. И как сильно вы бы не любили своего супруга ни в коем случае вам нельзя проявлять каких-либо чувств и эмоций, по отношению к нему на публике. Вам категорически нельзя трогать его за руку, слегка обнимать его одной рукой и уж тем более целовать. Не забывайте, в первую очередь ваш супруг — принц или же король, а уже потом ваш возлюбленный. Все эмоции и чувства вы имеете право проявлять лишь наедине, убедившись, что за вами никто не наблюдает.
— То есть, к нему вообще нельзя прикасаться? — недоуменно спрашивает Ника, слегка нахмуривая брови.
— Максимум, что вы можете позволить — слегка прикоснуться друг к другу локтями, когда позируете для фотографии или же сидите с гостями за обеденным столом, — отвечает Оберг, медленно обходя нас. — Принц подает руку своей избраннице лишь тогда, когда она спускается по лестнице, не имея права отказать ему. Дамы, в свою очередь, не смотрят в землю, а держат голову прямо, при этом руки не расставлены в стороны, а слегка прижаты к телу. При наличии перил допускается легонько положить на них руку, но ни в коем случае не хвататься за них, как за спасательный круг.
— Не имеем право отказать даже если вдруг мы с ним не разговариваем и обижены на него? — неожиданно раздается невинный голосок Греты.
По комнате проносится волна легкого и непринужденного смеха и Каролайн позволяет себе искренне улыбнуться, подавляя смешок.
— Да, моя дорогая, даже когда вы с ним не разговариваете, — отвечает она с мягкой улыбкой на лице. — На этой приятной ноте мы заканчиваем урок. На следующем занятии мы обсудим и отрепетируем королевскую походку, а прямо сейчас в ваших комнатах вас ожидают ваши феи красоты, они помогут вам подготовиться к интервью. Не забывайте, что я слежу за вашей осанкой! Желаю удачи и не наболтайте там лишнего.
 
***
Я выхожу из учебной комнаты с таким ощущением, будто не дышала вечность и пытаюсь глубоко вдохнуть, расправляя спину.
— Боже, моя поясница… — стонет Ника. — Утренняя зарядка и правильная осанка целый час больше похоже на издевательство.
— А я думала, что меня разорвет на части от сильной боли из-за мозолей на ногах от новых туфель, — отвечает Марта, расправляя спину.
— Меня больше волнует, что будет на интервью, — задумчиво произносит Грета, поправляя пучок волос.
— Как и обычно, провокационные вопросы, — устало проговаривает Ника. — Главное, соблюдать правила Оберг, иначе нам не видать принца на этой неделе.
Всей толпой участниц мы идем на второй этаж в свои комнаты, сгорая от любопытства, что же нас ждет на интервью федеральному каналу.
— Элизабет! — восклицает Моника, когда я захожу в комнату. — Где вас там носит? Мы же едва успеваем!
— Прости, мы были на уроке этикета, — я пожимаю плечами, скорее усаживаясь на пуфик напротив туалетного столика.
— Какой ужас! Неужели наставники не понимают, как важно девушкам бомбически выглядеть во время первого интервью?! Это же первое впечатление, а значит первые фанаты! — возмущается девушка, расчесывая мои волосы.
Время за бесконечными разговорами проходит незаметно, и я понимаю, что до интервью остается всего один час, когда Мия приносит обед в комнату.
— Приятного аппетита, — негромко проговаривает она, слегка опуская глаза в пол и как можно скорее покидает помещение, оставляя нас с Моникой в недоумении.
— Ну, удачи тебе! — произносит стилист, пакуя свои чемоданчики. — Порви там всех! И помни, держись перед камерой как можно уверенней, это прибавит тебе шансов понравиться зрителю.
— Спасибо, — проговариваю я, направляясь к подносу с едой. — Я обязательно это учту.
Девушка покидает комнату, а я накидываюсь на еду так, словно меня неделю держали в холодной темнице на одной воде. За считанные минуты я расправляюсь с курицей, приготовленной на гриле и отварным картофелем с соусом из майонеза и зелени. Запивая обед прохладным вишневым соком, я подхожу к зеркалу, чтобы еще раз оценить образ, созданный Моникой. Сегодня она собрала мои каштановые волосы в небрежный низкий хвост и накрутила волнистые локоны, дополняя образ легким и неброским макияжем, идеально подбирая к моим зеленым глазам золотистые тени, которые сверкают при солнечном свете. Каролайн будет довольна.
— Ты еще здесь?! — раздается удивленный голос Греты. — Нас собирают на лужайке сада, интервью будут снимать там.
Почему мне никто ничего не сообщает уже второй раз, и я обо всем узнаю в самый последний момент? Цокот от наших каблуков раздается по всему дворцу, пока мы быстрым шагом спускаемся по лестнице на первый этаж и несемся к дверям, ведущим к саду, попутно сбивая с ног пару горничных и одного гвардейца.
— А кто тебе сообщил про съемку в саду? — спрашиваю я, борясь с надвигающейся отдышкой.
— Горничная, — спокойно отвечает подруга, направляя на меня удивленный взгляд. — Она принесла мне обед и сказала, что съемки перенеслись из бального зала на лужайку сада, потому что здесь хорошее освещение.
Мы выходим на улицу, придерживая шляпки на голове от палящего солнца, и я ощущаю, как каблуки с каждым шагом впиваются в землю. Впереди мы улавливаем съемочную группу, наблюдая, как Селена и телеведущая Кристина Мадсен сидят друг с другом на плетеных соломенных креслах бежевого оттенка, о чем-то увлекательно беседуя. Я наблюдаю за Селеной, перед камерами она выглядит очень самоуверенной и раскрепощенной, беседуя с телеведущей так, будто та ее давняя подруга. Недалеко от них толпятся остальные участницы отбора, ожидая своей очереди.