Желаете вступить в войну? (СИ)
Фух. Вроде бы отпустило.
На глазах удивлённых магистров, которые вытряхивали монеты из множества артефактов-хранилищ, я собрал свой первый миллион в каменный короб и небрежным касанием отправил его в инвентарь, чем вызвал очередную волну тихого удивления. Теперь можно было переходить ко второй части сегодняшней встречи.
— Магистр Шарайнэ, у меня есть к вашей делегации ещё одно пустяковое дело, — кивнул я и указал рукой на стулья. — Хотя это не займёт много времени, давайте лучше снова присядем. Кстати, вы голодны? Может мне приказать подать обед?
— О, не отка… — начал было толстяк, на Шарайнэ прервала его решительным отказом.
— Мы воздержимся, спасибо, — заявила она, усаживаясь обратно. — О чём вы хотели поговорить?
Я сделал задумчивую паузу и откинулся на спинку.
— Право слово, даже не знаю откуда было бы правильно начать. Знаете ли вы о бродячих собаках, уважаемые магистры? Об этих беспризорных дворнягах, что бродят без присмотра и бросаются в голодной злобе на невинных прохожих. Так получилось, что одна такая дворняга недавно проникла в мой дом и покусилась на жизнь дорогого мне человека. Едва не убила. Как по вашему, как я должен поступить с этой шавкой? Должен ли я её просто убить? Или стоит попытаться найти хозяина и потребовать у него компенсацию? Как думаете?
— Что за бред? — недоумённо поморщился Латук. — Вы хотели обсудить с нами подобную чушь? Это не тянет даже на плохую шутку.
— А я вовсе не шучу, — холодно ответил я, пронзив костлявого орка взглядом. — Я никогда не шучу, когда дело касается жизни и здоровья моих родных и близких.
— Всё ещё не понимаю, причём тут мы, — пожал плечами Парго. — Зачем вам магистры для решения такого пустяка? С подобным вы и сами можете разобраться.
— А я и разбираюсь, — выдавив ядовитую улыбку, я повысил голос и крикнул. — Привести сюда пса!
Глава 26. Справедливая цена. Часть 3
На недоумение, прокатившееся по лицам магистров, я смотрел с нескрываемым удовольствием, ничуть не пряча злорадную ухмылку. Когда из темноты раздался звон цепи и звуки босых шлепков по камню, их замешательство лишь усилилось и я с нетерпением ожидал последующей реакции.
Ничего-ничего, родные, не напрягайтесь так вглядыванием в темноту, сейчас всё хорошо увидите.
Звон со шлепками становились всё ближе и когда источник звука наконец показался в освещённой части зала, недоумение магов сменилось шоком.
— Ворласково отродье, что это? — не удержался от возгласа Парго. — Что…
Видимо, отреагировав на знакомый голос, псина, которую привёл на поводке орк-надсмотрщик, подняла взгляд и промычала:
— Ыыыыааааы.
Обгорелый, лишившийся хвоста, ушей и воли к сопротивлению «Шарук», увидев знакомые ему лица немного воспрял и в его опустевших недавно глазах вновь загорелся огонёк надежды.
— Ыыыыы! — завопил он и, как был, на четвереньках, дёрнулся в сторону своих начальников, но оказался тут же отброшен назад мощным рывком орка за цепь и свалился на пол, болезненно скуля.
— Я считала вас интересным, но подобные развлечения… это немного чересчур, не находите? — поморщилась Риатель.
— Если вы хотели испортить впечатление о себе, то вам это удалось, — сухо процедила Шарайнэ. — А теперь не могли бы вы избавить нас от этой демонстрации вашего дурного вкуса?
Поняв, что его не узнали, эали с диким воплем и искажённым от страха лицом попытался ещё раз приблизиться к магистрам, но ошейник на цепи вновь впился в его шею и вернул назад к ногам надзирателя.
В целом, оно и не мудрено, что парня не признали. Весь в ожогах и ранах, лишившийся волос, ушей и хвоста. С впавшими от нервного расстройства и недоедания глазами. Требовалось приложить немалые усилия, чтобы узнать в нём прежнего и здорового молодого человека. Если бы не заклинания Лион, подпитывающие его здоровье и снижающие боль, в таком состоянии он не протянул бы долго. Откровенно говоря, я уже даже был готов его окончательно вылечить, так как он достаточно пострадал в эти дни, чтобы запомнить урок. Но пока что он требовался мне именно в таком виде.
Немного успокоившись и поняв, что ему не дадут просто так вырваться, «Шарук» не стал больше испытывать судьбу и просто поднялся с пола на колени, начав призывно мычать и тыкать в грудь пальцем, моляще смотря на магистров.
— Кажется, пёсик хочет что-то вам сказать, — усмехнулся я. — Думаю, мне стоит ему помочь.
После лёгкого взмаха рукой в ней оказалась небольшая холщовая сумка, извлечённая из Хранилища. Поставив её на стол, я залез внутрь и вытащил кристалл связи, после чего просто вывалил остальное содержимое в центре стола. Падающие артефакты весело зазвенели о камень, после чего их мягко накрыл лист подорожной.
— Полагаю, некоторым из вас будут знакомы эти вещи, — улыбнулся я. — Но, дабы развеять все возможные сомнения, давайте послушаем вот это.
Держа руку с кристаллом чуть на отлёте, словно в ней находился телефон в режиме громкой связи, я нажал на рычажок воспроизведения и из магического камня полился чуть искажённый голос магистра огня. Слушая запись, магистры ничего не говорили, но на лицах всех, кроме спящего Айрада и самой Шарайнэ, медленно проступал шок осознания.
— Магистр, это… Это же ваш… — растерянно забормотал Латук по окончанию записи, не сводя взгляда с вновь засветившегося надеждой Шарука, принявшегося активно кивать орку после его слов.
— Как это понимать? — впервые в голосе Шарайнэ проскользнули нотки откровенного гнева и она угрожающе подалась вперёд. — Объяснитесь!
— Объясниться? Это я тут жду объяснений! — рыкнул я, не сдержавшись. — Несколько дней назад в мой особняк проникла эта псина и устроила в доме пожар, покусившись на жизнь члена моей семьи. И я лишь чудом успел остановить всё в последний момент, когда вернулся домой. Моё возмущение случившимся оказалось столь велико, что я даже воскресил эту погибшую от собственного огня шавку, чтобы найти её хозяев и призвать их к ответственности за отвратительное поведение питомца. И что же я обнаружил? Кучу следов, ведущих к Университарию, и кристалл с записью вашего, магистр Шарайнэ, голоса. Так кто на самом деле должен объясняться?
В зале повисла леденящая тишина, нарушить которую не посмел даже пленный эали, испуганно мечущийся взглядом то на меня, то на магистров. Его и без того нестабильный разум сильно сдал после той ночной встречи в избушке, но даже в таком состоянии он, видимо, понимал, что сейчас решается его судьба. Магистры сделают вид, что не при делах — и бедолага останется у меня в руках. И он явно не ожидает от этого варианта ничего хорошего, учитывая своё текущее состояние. Правда, парень даже не догадывался, что у меня на его счёт имелись совсем иные планы, если ситуация пойдёт именно этим путём. В то же время, если хозяева Башни от него откажутся, это ярко продемонстрирует мне их отношение к собственным людям и союзникам.
Попытаются ли они «сохранить лицо»? Или возьмут ответственность? Лично меня устроят оба варианта, ибо у каждого имелась своя выгода. В первом я, после примирения с Аллегри, получу в своё распоряжение неплохого, кажется, огневика. Это не так вкусно как репарация, которую я хотел затребовать при втором варианте, но всё равно сойдёт. А вот понимание того, что магистры могут без стеснения избавиться от неудобного им союзника, станет просто бесценным. Тогда я точно буду понимать, что всю Башню стоит отправлять на божественное перевоспитание без малейших сомнений при первом же удобном случае.
— Если вы пытаетесь обвинить нас в нападении, — процедила сквозь зубы глава Башни, — то могу заверить, что будь это правдой, то от вашего дома осталось бы лишь пепелище без всякого проникновения.
— Если бы я действительно пытался обвинить вас в нападении, то уже разносил бы ваш Университарий по кирпичикам, — скривился я и немного сбавил обороты, бросая кристалл к остальным уликам. Всё таки, мне надо было получить от них компенсацию, а не полномасштабную ссору. — К счастью для вас, магистр Лионеллиан смогла убедить меня в том, что вы не отдавали подобного приказа. Но вам всё ещё придётся нести ответственность за поступок ученика. И объяснить, что вообще он делал в Лаграше с поддельными документами.