Злобный (ЛП)

— Поздоровайся, — приказывает он.
Он не оставляет мне большого выбора, поэтому я неохотно беру трубку и бормочу: — Алло?
— Мэллори?
Кровь отливает от моего лица, когда я узнаю голос Дженн.
— Мама? Что происходит?
— Все в порядке, малышка. — Но ее слова невнятны, и я могу сказать, что она действительно под кайфом. — Я все объясню, когда ты приедешь.
Призрак забирает телефон, прежде чем я успеваю ответить, и заканчивает разговор.
— Что ты с ней сделал? — требую я ответа ледяным тоном.
Он засовывает телефон обратно в карман и пожимает плечами.
— Ничего такого, чего бы она с собой не сделала, поверь мне.
Я почти бросаюсь на него и нападаю, но даже в разгар своей ярости я не идиотка. Ни за что на свете я не переживу схватку с Призраком.
И все же я клянусь себе, что заставлю его заплатить.
— Лучше бы ей не было больно, — шиплю я.
Он смеётся.
— Или что? Ты пошлешь за мной своего богатого парня?
Я не говорю ему, что мне не понадобится помощь Сэйнта. Когда придет время, я заставлю Призрака пожалеть, что он когда-либо перешел мне дорогу в одиночку.
ГЛАВА 28.
ЧАС СПУСТЯ МЫ ПОДЪЕЗЖАЕМ К ДРУГОМУ ОГРОМНОМУ ДОМУ, НО ЭТОТ не обветшалый и заброшенный, не похожий на предыдущий.
Это шикарный особняк с колоннами вдоль фасада и балконом на втором этаже, выходящим из больших французских дверей.
— Кому это принадлежит? — спрашиваю я, когда мы выходим из машины и направляемся к входной двери.
— Мы одалживаем его. У друга. — Он ухмыляется и ведет меня внутрь. Неудивительно, что это место также скудно украшено, что заставляет меня поверить, что они сидят на корточках и просто так получилось, что сорвали с этого места скудный джекпот. Мы направляемся в похожую на пещеру гостиную, и мой взгляд сразу же падает на Дженн, которая отключилась на диване.
— Мама! — кричу я, бросаясь к ней. Я опускаюсь на колени и прижимаю пальцы к ее шее и запястью, ища пульс. Я чуть не разрыдалась, когда обнаружила его, каким бы слабым он ни был. Схватив ее за плечи, я встряхиваю ее, пытаясь разбудить.
— Проснись, мама.
Она не открывает глаз, как бы сильно я ее ни толкала. Я видела ее такой больше раз, чем мне хотелось бы думать. Когда я была моложе, я поняла, как перевернуть ее на бок, когда она была под кайфом, что потеряла сознание, чтобы не дать ей подавиться рвотой. Я делаю это сейчас, двигая ее так, чтобы ее щека была прижата к дивану.
Я достаю свой телефон, готовясь позвонить в 911, но Призрак выхватывает его из моей руки и держит вне моей досягаемости.
— Какого хрена ты делаешь? — визжу я. — Она может умереть!
— С этой сукой все в порядке, — говорит он, небрежно пожимая плечами. — Ей просто нужно выспаться.
— Почему ты не хочешь ей помочь?
— Эта сука-не моя проблема.
Не имеет никакого смысла, что он сказал это, если бы работал на нее или если бы они работали вместе.
— Почему ты был в моем общежитии в прошлом семестре? — требую я.
Он ухмыляется.
— Черт, а я-то думал, что так ловко пробрался в этот дорогой детский сад.
Это не ответ, но я не ожидала, что он будет очень откровенен.
Я пытаюсь еще раз.
— Почему ты работаешь на Дженн?
Теперь он вовсю смеется надо мной.
— Я не работаю на Дженн. Я работаю на твою мать.
— Ты что, блядь, совсем тупой? — Он, должно быть, тоже под кайфом. — Дженн-моя мать, придурок
— Нет, она не твоя мать.
Я замираю при звуке женского голоса, эхом разносящегося по комнате.
Медленно я поворачиваюсь и в шоке обнаруживаю невероятно знакомое, ошеломляющее лицо, стоящее в дверях гостиной. Это та девушка с фотографии. Старше, конечно, но в этом нет абсолютно никакой ошибки. Те же длинные темные волосы. Те же голубые глаза.
Нора.
— На той фотографии была не Дженн, — бормочу я, когда она останавливается передо мной.
От нее пахнет ванилью, и когда она улыбается, я вижу свою улыбку.
Это пугает меня до чертиков.
— Боюсь, что нет, — говорит она, скрещивая руки на груди. —Когда я видела тебя в последний раз, ты была такой крошечной. Так идеально. Мы бы назвали тебя Эдем, но ...
 
— Стоп.
Мой разум затуманен, а сердце бьется так сильно, что я даже себя не слышу. Я таращусь на нее, пытаясь осознать ее присутствие и ее слова.
— Ты лжешь, — огрызаюсь я.
— Почему? — бормочет она, поднимая руки. — Зачем мне врать о чем-то подобном?
— Я ... я не знаю.
Я так растеряна, что чувствую, как паника начинает подниматься в моей груди.
— Я просто хочу забрать свою маму и отвезти ее в больницу. Пожалуйста, позволь мне забрать Дженн ...
— Ее зовут не гребаная Дженн, а Александра. Александра Мэллори. — Нора бросает на Дженн взгляд, полный явного отвращения. — И она не твоя мать, она твоя тетя. Моя младшая сестренка, хотя, глядя на нее, ты бы так не подумала.
Я не знаю, что делать ни с одним из слов, которые она сейчас произносит. Все, что она говорит, - безумие. И все же ... в этом есть смысл. Она так похожа на Дженн — Александру? что это ужасно.
— Если ты моя мама, то где ты была?
— Мертва, — говорит она, пожимая плечами. — Или, по крайней мере, считаюсь мертвой. Я правда чуть не умерла. Я чуть не попала в тот пожар, который убил мою семью шестнадцать лет назад. Пожар, который, как я думала, убил тебя и Алекса.
— Считаешься? — Я отчаянно пытаюсь пробить дыры в ее истории везде, где только могу. — Почему бы не сообщить всем, что ты выжила?
Нора вздыхает и качает головой.
— Это было слишком опасно. Несмотря на то, что могли бы сказать официальные записи, это не было несчастным случаем. Кто-то намеренно поджег это место.
Ее голос слегка срывается в конце слов, а глаза тень с такой грустью, что я действительно чувствую это в своем собственном сердце.
— Что…что случилось? — спрашиваю я, потому что не в силах этого не сделать. Часть меня действительно хочет знать, что она скажет дальше.
Нора облизывает губы и на мгновение кажется нерешительной. Наконец, однако, она говорит: — Это случилось в те выходные, когда я должна была наконец выйти замуж за Бенджамина. Твой отец. Моя семья и лучший друг Алекса собрались в пляжном домике, который мы арендовали недалеко от места проведения, и он загорелся в ночь перед свадьбой.
— Но ты каким-то образом сбежала?
Ее черты на мгновение напрягаются, затем она медленно кивает.
— Я вышла прогуляться по пляжу, чтобы проветрить голову перед тем, как вспыхнул пожар. К тому времени, когда я вернулась, дом уже горел, и я подумала, что … Я думала... — Она замолкает и сглатывает, отводя взгляд от меня, когда ей требуется мгновение, чтобы собраться с мыслями. — Я думала, что потеряла тебя вместе со всеми остальными.
Мой разум все еще сопротивляется ее рассказу, потому что в нем есть что-то особенное, что-то, от чего крошечные волоски на моей руке встают по стойке смирно, но мое сердце, всегда стремящееся найти любовь, разрывается для нее.
— Тогда как же я выжила? И как вы потом не догадались, что из дома пропали два тела?
— Потому что огонь уничтожил все. — Она снова смотрит на Дженн, ее губы скривились. — И потому что она спасла тебя.
— Что? — бормочу я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на бессознательную фигуру женщины, которую я всегда знала как свою мать.
Она спасла меня? Женщина, которой, казалось, было наплевать на то, что я росла, спасла меня из горящего дома?
Возможно, это самое трудное, во что можно поверить из всего, что до сих пор говорила Нора.
— Она спасла меня ... А потом забрала меня?
Нора кивает, направляясь к дивану. Она садится рядом с Дженн и проводит рукой по ее лбу.
 
— Когда мы снова нашли друг друга, Алекс рассказала мне, что она видела в ту ночь, когда я думала, что ты умерла. Трое мужчин ворвались в дом, Иден ...
— Мэллори, — поправляю я.
— Хм, — это все, что она говорит, прежде чем прочистить горло. — Они ворвались и устроили тот пожар. Она спряталась и вытащила тебя из дома, а когда попыталась связаться с Бенджамином, узнала о его автомобильной аварии. Младшая сестра всегда была чертовым теоретиком заговора, поэтому она украла личность своей лучшей подруги, Дженнифер Эллис.