Злобный (ЛП)

— Послушай, Мэллори, у тебя есть минутка?
Мои глаза расширяются, и я медленно киваю.
— Конечно.
— Ты не зайдешь внутрь?
Это заставляет меня колебаться. Мне не терпится разрядить обстановку между нами, но последнее, чего я хочу, это войти сегодня вечером в дом Сэйнта. Если он заметит меня, я не знаю, что он сделает. Этот ублюдок непредсказуем.
— Разве мы не можем просто поговорить здесь?
Он качает головой.
— Все будет хорошо. Я обещаю. Просто доверься мне.
Я неуверенно смотрю на дом, но потом снова встречаюсь взглядом с Лиамом. Он выглядит таким серьезным, и я действительно не хочу все исправить между нами. Со вздохом я сдаюсь.
— Ладно. Но только ненадолго
— Это все, о чем я прошу.
Я удостоверилась, что джип Лони заперт, затем посылаю ей короткое сообщение, чтобы сообщить, что я зайду внутрь, чтобы поговорить с Лиамом несколько минут. Я следую за ним к входной двери и напрягаюсь, когда мы входим внутрь, уверенная, что вечеринка обернется против меня, как только все поймут, что я там.
К моему удивлению, за исключением нескольких неприятных замечаний и взглядов, которые Лиам закрывает свирепым взглядом, мало кто на самом деле обращает на меня внимание, когда мы проходим через море шляп Фон Датч, спортивных костюмов из велюра от Juicy Couture и расстегнутых воротничков поло.
Господи, Сэйнт действительно серьезно отнесся к теме 2002 года.
Когда мы направляемся в заднюю часть, я стараюсь не думать о том, когда я была здесь в последний раз. В те времена, когда мы с Сэйнтом не были ... ужасными друг для друга.
Ну, я думаю, что это не совсем так.
Мы всегда ужасно относились друг к другу, но тогда я просто не знала этого так хорошо, как знаю сейчас.
Лиам ведет меня на заднюю палубу с великолепным видом на океан. Здесь уже есть несколько человек, но он огрызается на них, чтобы они ушли. Они все убегают в дом, и я вспоминаю, что Сэйнт не единственный бог в этой школе.
Он просто самый гневный.
Когда мы остаемся одни, Лиам прислоняется к перилам палубы и смотрит на меня.
— Мне жаль, что я был таким придурком на этой неделе, — говорит он после нескольких минут молчания.
Я моргаю, удивленная тем, что он так легко извиняется.
— Все в порядке. Я имею в виду, что это не так, но ты понимаешь, что я имею в виду.
Он смеется.
— Черт возьми, Мэллори. Ты действительно не сдерживаешься, не так ли?
Я пожимаю плечами, ухмыляясь.
— Просто видимо с учетом моего характера, это нормально, нести чушь
— Это одна из вещей, которые мне в тебе нравятся.
Это приятное чувство. Я рада, что мы можем вежливо общаться. Я ненавижу, когда я в ссоре с Лиамом, потому что чувствую, что он является единственным настоящим союзником, который у меня есть, кроме Лони и Генри. Мысль о том, чтобы потерять это и его, заставляет меня волноваться.
— Я рада, что ты захотел поговорить, — признаюсь я. — Я боялась, что потеряла не только бассейн, но и своего приятеля по плаванию.
Я стараюсь быть легкой, чтобы не забрести на щекотливую территорию, но выражение его лица мрачнеет, и я думаю, что, возможно, я все равно наткнулась на скрытую мину.
— Ты же понимаешь, почему я злюсь, правда? — спрашивает он, его тон становится жестче.
— Да, я понимаю. Тебе не нравится, что я с Сэйнтом, и ...
— Черт возьми, Мэллори!
Он отталкивается от перил и надвигается на меня.
— Сколько раз я должен говорить тебе держаться от него подальше?
— Лиам, мне жаль, но ты не мой ...
Он продолжает, как будто я не пытаюсь говорить: —. Ты же знаешь, какая ты дура, верно? Ты продолжаешь позволять ему втягивать тебя обратно в его дерьмо. Почему?
Мой гнев оживает жарко и быстро. Мне так надоело слышать это от него снова и снова. Да, связываться с Сэйнтом может быть огромной ошибкой, но это моя ошибка, и Лиам, не имеет права голоса.
— Знаешь что? — срываюсь я. — Мне не нужна эта чушь от тебя. Я и так получаю от него достаточно.
— Чушь? Ты думаешь, что забота о твоём благополучии это чушь?
— Нет, но держать над моей головой каждую мелочь, которую я делаю и которая тебе не нравится, это точно, черт возьми! Он твой друг. — кричу я, и мне все равно. Мне плевать, если вся вечеринка услышит, как мы ругаемся. — Я понимаю, что у вас с Сэйнтом есть какая-то странная история с одной и той же девушкой, но с меня хватит. Со всеми вами.
 
Я бросаюсь обратно в дом, прежде чем он успевает меня остановить. Я не хочу возвращаться через главную зону вечеринки, поэтому поднимаюсь по задней лестнице на второй этаж. Несмотря на то, что прошло уже несколько месяцев, я все еще помню планировку дома и легко пробираюсь по коридорам к парадной лестнице. Мой план состоит в том, чтобы поскорее спуститься по ней и выскользнуть наружу так, чтобы меня никто не заметил.
Проходя мимо двери спальни Сэйнта, я останавливаюсь. Я ничего не могу с собой поделать. Я смотрю на темное дерево и чувствую, как сжимается мое сердце. Как бы глупо это ни звучало, я хотела бы вернуться в тот праздничный уик-энд, который мы провели здесь. Это было так мирно, и я была так счастлива, что мы были только вдвоем. В тот момент я наивно думала, что худшее уже позади, и надеялась, что оставшаяся часть моего времени в Ангелвью улучшится.
Как ужасно я ошибалась.
Когда я стою и смотрю на дверь Сэйнта, я вдруг слышу приближающиеся шаги и тихие голоса. Я напрягаюсь, прислушиваясь к шагам за углом прямо передо мной. Голоса становятся громче, и я могу их узнать.
Вся кровь отливает от моего лица.
Это Лорел и Розалинда, и у них, похоже, довольно жаркая дискуссия.
— В любом случае, я просто не понимаю, что такого особенного в этой маленькой деревенской сучке, — шипит Лорел.
О, черт. Они говорят обо мне. В ужасе от того, что меня поймают в коридоре, когда они будут говорить обо мне гадости, я инстинктивно тянусь к ручке двери в комнату Сэйнта и проскальзываю внутрь. Я тихо закрываю за собой дверь и прижимаюсь ухом к дереву, игнорируя воспоминания о перерыве на День благодарения, которые пытаются пробиться на поверхность моего сознания.
— Ты никогда не могла этого предвидеть, не так ли? Почему Сэйнт не хочет тебя, — наконец говорит Розалинда, за что получает презрительный взгляд от Лорел. — Извините за откровенность, но это правда, и в этом нет вины Мэллори Эллис.
Черт возьми. Она действительно заступается за меня? Опять? Лорел, должно быть, так думает, потому что она рычит: — Боже, ты тоже трахаешь эту шлюху? И вообще, зачем ты вообще вернулась?
Розалинда молчит в течение долгой паузы, во время которой я задерживаю дыхание,
но затем она шепчет: — Потому что Сэйнт попросил меня.
Серьезно?
— Может быть, он попросит тебя уйти, — выдавливает Лорел.
К моему ужасу, они останавливаются прямо за дверью, и только тогда до меня доходит, что это может быть их фактическим местом назначения.
Дерьмо , дерьмо , дерьмо , дерьмо . 
Я задерживаю дыхание и жду несколько секунд, но когда ни один из них не делает движения, чтобы войти в комнату, я вздыхаю с облегчением. Тем не менее, я никуда не уйду, пока они не уйдут, поэтому я достаю свой телефон и посылаю второе сообщение Лони, предупреждая ее, что я задержусь немного дольше, чем ожидалось. Затем, поскольку я жажду продолжения, я подслушиваю остальную часть разговора Лорел и Розалинды.
— Ее киска сделана из чего-то вроде кокаина? — удивляется Лорел. — Так вот почему он так зависим от нее?
Мне доставляет ужасное чувство удовлетворения знать, что она так расстроена очевидной одержимостью Сэйнта мной. Мне нравится мысль о том, что Лорел почесывает в затылке, гадая, чем же в этом мире я обладаю, чего нет у нее.
 
Это жестоко и мстительно с моей стороны думать о таких вещах, но мне на это наплевать.
— Может быть, у нее есть что-то против него? — Лорел продолжает. — Может быть, она шантажирует его, или залетела, или ...