Злобный (ЛП)

— Что это такое? — спрашиваю я, оглядываясь на нее.
— Текстовые сообщения, которыми обменивались Джон Эрик Леннокс и его друг в ночь, когда он напал на вас, — объясняет детектив. Она опускает палец на маленькое изображение в верхней части страницы. — Он прислал фотографию своей ушибленной головы, за которой последовало сообщение, что деревенская шлюха Сэйнта заплатит, и что он и его друзья собирались сделать тебе зарубку.
Я сглатываю, но сохраняю спокойное выражение лица.
— И так, теперь у вас есть доказательства того, что Джон Эрик - жестокий, насильственный засранец. Что вы собираетесь с ним делать, раз он замешан в нападении Ника Рейнольдса в прошлом году?
Детектив Ашер выгибает одну темную бровь.
— Дело Ника Рейнольдса-это не то, почему я здесь, мисс Эллис. Расскажите мне, что произошло той ночью в библиотеке между вами и Джоном Эриком.
Я раздуваю ноздри, закипая гневом от того, как легко она отвергла жестокое нападение Ника. Откинувшись на спинку стула, я складываю руки на груди и пожимаю плечами.
— Не так много можно рассказать, чего вы, вероятно, еще не поняли, — говорю я холодным тоном. — Он напал на меня, я отбилась от него, и все
— Ты, должно быть, злилась на него потом, — сказала она.
Я встречаюсь с ней взглядом и делаю вид, что мне скучно.
— Разве вы не разозлились бы после того, как парень чуть не изнасиловал вас?
Похоже, она не слишком впечатлена моим ответом, но мне на самом деле все равно. Я вижу по ее взгляду, что она уже убеждена, что я виновна в том, что случилось с Джоном Эриком. Я не собираюсь давать ей ничего, чтобы подкрепить это мнение.
— Мисс Эллис, вы имели какое-либо отношение к исчезновению Джона Эрика?
Я смотрю на нее, мои губы сжаты в тонкую линию.
— Куда вы пошли после того, как убежали из библиотеки? Почему вы не сообщили о нем в полицию кампуса?
Я молчу.
— Вы хотели причинить ему боль так же, как он причинил боль вам?
Я-гребаная крепость.
— Мисс Эллис, чем скорее вы начнете отвечать на мои вопросы, тем лучше для вас.
Ее едва завуалированные угрозы меня не смущают. Я просто продолжаю смотреть на нее, бросая ей вызов своим взглядом, чтобы она старалась сильнее.
Она выглядит расстроенной, но она профессионал в том, чтобы сохранять хладнокровие.
— Мэллори, поговори со мной. Я хочу помочь тебе ...
В этот момент дверь конференц-зала распахивается, пугая нас обоих. Внутрь врывается высокий мужчина в явно дорогом деловом костюме и кожаном портфеле.
— Этого достаточно. Мой клиент закончил отвечать на ваши вопросы, — огрызается он.
Я удивленно смотрю на этого человека.
— Ваш клиент?
— С этого момента я буду представлять интересы мисс Эллис, — объявляет мужчина. — Вы обвиняете ее в чем-нибудь?
Детектив Ашер выглядит так, как будто ей ничего больше не хочется, кроме как разрядить свою обойму в грудь модного адвоката, но после нескольких мгновений яростного молчания она качает головой.
— Нет, мисс Эллис в настоящее время не предъявляется обвинение, — процедила она сквозь зубы.
— Тогда мы закончили здесь. Мисс Эллис, пойдемте со мной.
Мужчина поворачивается к двери, и через несколько секунд, когда мой мозг пытается понять, что, черт возьми, происходит, я встаю на ноги, чтобы последовать за ним, бросая на Ашер растерянный взгляд.
Она сердито смотрит на меня в ответ, но не пытается остановить нас.
Как только мы выходим из конференц-зала, я выпаливаю: — Извините, но кто вы?
Мужчина останавливается и поворачивается ко мне лицом. Порывшись в кармане пиджака, он достает модную черную визитную карточку и протягивает ее мне.
— Чендлер Брэнсон, — говорит он. — Номер на карточке. Если этот детектив еще раз посмотрит на тебя, позвони мне, хорошо?
Я несколько секунд смотрю на блестящий кусок картона, прежде чем снова поднимаю взгляд и встречаюсь с его пристальным взглядом.
— Карли наняла тебя? Школа связалась с ней? Ты поэтому здесь?
Чандлер качает головой, его губы подергиваются в усмешке.
— Скажем так, когда Сэйнт Анжелл пишет, я сразу начинаю действовать. Я буду на связи, Мэллори. Помни, ни с кем не разговаривай без меня.
 
С этими словами он поворачивается и идет по коридору, оставляя меня смотреть ему вслед ошеломленно и безмолвно.
Сэйнт послал его?
Почему?
Как он вообще узнал, что меня допрашивает полиция?
В оцепенении я иду по коридору и выхожу из административного здания. Мне нужно найти Сэйнта и потребовать информацию, о три, что происходит. Мне нужно знать, почему он это сделал и почему он не предупредил меня о приезде Чендлера.
Я иду через кампус к зданию общежития, в которое его перевели после того, как сгорел дом Ангеллов. Я еще не была в его новой комнате, но я точно знаю, где она находится. Я ничего не могла с собой поделать, когда впервые вернулась в кампус после зимних каникул, и сверлила Лони, пока она не проболталась и не сказала мне, что он живет на верхнем этаже Кроуфорд-холла.
Я поднимаюсь на его этаж и подхожу к его двери. Не останавливаясь, я поднимаю руку и стучу. Меня поражает, что я даже не знаю, находится ли он сейчас в своей комнате, но в следующую секунду дверь распахивается, и он стоит на пороге.
Он смотрит на меня сверху вниз, явно удивленный. Однако в следующую секунду его удивление перерастает в раздражение.
— Чего ты хочешь?
— Почему ты нанял мне адвоката? — спрашиваю я, переходя прямо к делу.
Он фыркает.
— Потому что ты чертовски бедна и сама не можешь найти приличного.
— Сэйнт, я серьезно, — шиплю я.
Он закатывает глаза и поворачивается, чтобы вернуться в свою комнату. Однако он оставляет дверь открытой, что я интерпретирую как приглашение войти.
Войдя внутрь, я замираю и таращусь, оглядывая пространство. Почему-то это более роскошно, чем его последнее один. Более высокие потолки, более широкие окна, а его кухня в два раза больше моей. У него совершенно новая мебель и, без сомнения, шкаф, полный новой одежды.
Очевидно, что он сбросил несколько сотен тысяч долларов, чтобы возместить все, что потерял в огне, но для него это была бы только капля в море.
Я закрываю за собой дверь, и он поворачивается ко мне лицом, прислоняясь к столу и выжидающе выгибая бровь.
— Ну? — рычит он. — Я жду, когда мне надерут задницу.
Я вздыхаю.
— Я здесь не для того, чтобы драть твою задницу, но мне нужно знать, почему ты продолжаешь мне помогать? Это становится смешным.
— Смешным? Ты хочешь сказать, что не хочешь, чтобы один из лучших адвокатов по уголовным делам в Лос-Анджелесе уберег твою упрямую задницу от тюрьмы?
— Это не... — Я делаю глубокий вдох и беспокойно пробегаю ладонями вверх и вниз по своей форменной юбке. — Сэйнт, я благодарна, я просто ...
— Ты думаешь, что стриптизерша на день рождение, это вульгарно?
Его вопрос полностью сбивает меня с толку, и моя голова в шоке откидывается назад.
— Что? — заикаюсь я. — О чем, черт возьми, ты говоришь?
Он пожимает плечами.
— Стриптизерши на день рождение. Это вульгарно или нет?
— Я так растеряна, — признаюсь я, в отчаянии сжимая в кулаках юбку. — Почему мы говорим о стриптизершах на день рождения?
— Просто пытаюсь выяснить некоторые последние детали для моего особого дня, — объясняет он с дерзкой ухмылкой, от которой у меня в груди бешено колотится сердце. — Это в конце месяца, ты же знаешь. Двадцать восьмого.
— О.
Он наклоняет голову набок, скользя взглядом по моему телу, от моих черных туфель до косы, распущенной на моей голове.
— Ты собираешься сделать мне подарок?
Я пытаюсь поговорить с ним, а он говорит о чертовой вечеринке по случаю дня рождения?
 
— Сэйнт, может будешь серьёзным хоть на минуту, пожалуйста?
— Я говорю серьезно, Мэллори, — саркастически говорит он, отталкиваясь от своего стола, чтобы подкрасться ко мне. — Стриптизерш на день рождения нужно нанимать с осторожностью.