Черное солнце (ЛП)

Солон тоже не вдавался ни в какие подробности по этому поводу. Когда я поднимаю этот вопрос, например: «Итак, если я уничтожу Темный орден, как это будет?» он просто успокаивает меня поцелуем или уклончивым ответом.
— Солон? — спрашиваю я.
Он поднимает взгляд от книги, которую читает, наморщив лоб.
— Хм-м?
Мы в библиотеке, перебираем стопки книг по колдовству и магии. Я принесла те, что хранила в своей комнате, но оказалось, что у него их гораздо больше, от книг на латыни до инструкций и гримуаров, передаваемых по наследству. Каждый раз, когда я спрашиваю его, как они попали к нему в руки, он бормочет что-то о сделках.
На этой неделе мы почти все время проводили в библиотеке… а остальное — в его спальне. Когда мы вернулись из отеля, после слезного прощания с моей мамой, сказав ей, что скоро увидимся, мы всерьез занялись моим обучением колдовству.
Но, как и раньше, пока не было ни одного годного текста. Многие из них повторяют одни и те же слова, больше всего цепляется «стремление». Стремление формирует энергию вокруг нас.
И все же, независимо от того, сколько раз я повторяю эти слова и искренне верю в них, опираясь на бесконечный темный колодец внутри меня, ничего не происходит. Я не чувствую никакого зарождения внутри, мне не из чего создавать магию.
Делаю большой глоток виски, Солон все еще смотрит на меня с заученным терпением, ожидая, что я продолжу.
— Мне нужно выйти из дома, — говорю я ему. — Я пробыла здесь слишком долго и уже не могу прочитать ни одной страницы. Все бессмысленно.
Его брови приподнимаются еще выше.
— Ладно, — говорит он, аккуратно закрывая книгу, которую читал, и кладя ее на кофейный столик. — Куда хочешь пойти?
— Куда-нибудь, — решительно говорю я.
— Хорошо. Куда ты, туда и я.
— Как телохранитель?
Его лицо остается бесстрастным.
— Да. Как всегда.
Я собираюсь упомянуть о том случае, когда пришел Атлас По, но это была моя вина, и в конце концов Солон все равно нашел меня.
— Ну, тебе не понравится это местечко, — говорю я ему, хотя втайне это согревает мое сердце и успокаивает меня от осознания того, что, куда бы я ни пошла, он будет рядом со мной.
Он пристально смотрит на меня, потом делает глоток своего напитка, его длинные пальцы пробегают по краю стакана.
— Я уверен, что справлюсь.
— Хочу пойти в бар, — говорю я ему. — Там, где тусуются мои сверстники. Никого старше тридцати. Никаких вампиров.
Он вздыхает.
— Отлично, — говорит он, снова беря в руки книгу.
— Это значит не одеваться как Джеймс Бонд.
Он смотрит на себя сверху вниз. Он выглядит чертовски хорошо, как обычно, в угольно-серой рубашке с закатанными рукавами, демонстрирующими мускулистые предплечья, черных брюках, но он будет выделяться, куда бы мы ни пошли.
— Вряд ли такое носит Джеймс Бонд, — усмехается он.
— Я имею в виду, что тебе нужно одеться по-другому. Люди и так пялятся на тебя во все глаза.
— И это проблема? — спрашивает он с намеком на улыбку.
— Ты не единственный тут собственник, — напоминаю я ему.
Я решаю, что нам следует выехать в восемь вечера, лучше немного раньше, чем позже. Однако Солон продолжает просматривать книги, вечно ища то, что могло бы дать ему ключ к разгадке того, что со мной делать. Черная магия Джеремайса может прийти ко мне естественным образом, но она не хочет выходить наружу. Землетрясение, которое я вызвала, было случайным, под сильным давлением, но с тех пор я бывала в подобных ситуациях, и ничего странного или волшебного не происходило.
Я слегка подкрашиваюсь, собираю волосы в конский хвост, надеваю черное платье с розами, которое купил для меня Солон, ботинки, беру сумочку и спускаюсь вниз, встречая его у входной двери, чувствуя головокружение от мысли выйти и притвориться нормальной, независимо от того, что для меня сейчас это значит.
— Готова? — спрашивает он у меня за спиной, и я поворачиваюсь, видя, как он поднимается по лестнице из «Темных глаз».
— Черт возьми, — говорю я. На нем черные ботинки, черные джинсы и черная футболка с V-образным вырезом, которая демонстрирует каждую безупречную мышцу. В сочетании с черными волнистыми волосами, завивающимися на концах, и задумчивым взглядом темных глаз он выглядит смертельно сексуально. — Люди все равно будут пялиться.
 
— Сама же попросила, — сухо говорит он. — Смирись или нет.
Я улыбаюсь ему и подхожу, привставая на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.
— Ох, я смирюсь.
Он умудряется улыбнуться и обнимает меня, наклоняясь, чтобы схватить меня за задницу, притягивая ближе к себе.
— Куда вы? — спрашивает Вульф, появляясь из кухни с бокалом красного вина в руке и оглядывая нас обоих. — Солон, ты пробуешься на роль «Плохого парня номер два» в школьном мюзикле?
— Мы идем куда-нибудь повеселиться, — говорю я ему, хотя Солон не впечатлен, стреляя в него кинжалами. — Хочешь с нами?
Вульф качает головой.
— Не могу. Нужно успеть посмотреть несколько сериалов на Netflix, пока спойлеров не нахватался. Но вы, детишки, развлекайтесь.
Он поднимается по лестнице, хихикая всю дорогу.
— Это было ошибкой, — ворчит Солон.
— Нет, все будет хорошо, — говорю я, хватая его за руку и вытаскивая за дверь.
Сначала я подумала, что мы, может быть, пойдем через «Черное солнце», но я бы предпочла не заходить в это место без необходимости, а потом Солон сказал, что мы возьмем его машину.
Мы спускаемся по боковой стороне дома и проходим через раздвижные металлические ворота с готическими шпилями наверху, к заднему двору, где есть небольшой сад, за которым ухаживает Ивонн, а также четыре блестящих черных автомобиля: винтажный «Мустанг», «Ауди», «Тесла S» и «Порше Кайен».
— Которую берем? — спрашиваю я, поражаясь.
— Зависит от того, куда мы поедем?
— В «Монастырь», — говорю я ему.
— Тот ужасный бар, в который ты ходишь? — спрашивает он с легким стоном.
— Да. Я давно там не была. Там чувствую себя нормально.
— Моя дорогая, — говорит он, проводя ладонью по моей руке и сжимая кончики моих пальцев. — Ты не нормальная.
— Ну позволь притвориться, окей?
— Хорошо, — говорит он со вздохом, — возьмем «Мустанг». Там он вольется в окружение.
— У каждого в городе Тесла, — замечаю я, когда мы подходим к «Мустангу».
— Да, но моя — особенная. Один из оригинальных подарков, которые они подарили первым инвесторам.
— Ты инвестировал в Теслу? — недоверчиво спрашиваю я.
Он улыбается мне.
— Конечно. Вампиры — крупнейшие инвесторы в электромобили. В конце концов, именно мы наследуем планету, — он указывает своими ключами на другие машины. — Ауди «RS e-tron GT» также полностью электрическая, а Порше — гибридная23. Но я не повезу эту малышку в район Аппер-Хейт. Там куча хулиганов.
Я смеюсь, и он подходит к двери, отпирает ее и придерживает открытой для меня.
Я проскальзываю внутрь, и он закрывает дверь.
Машина чертовски крутая, вся из черной кожи, каждая винтажная деталь отполирована и выглядит как новенькая.
Он тоже садится и выглядит так чертовски хорошо на водительском сиденье, большая рука на рычаге переключения передач, бицепсы бугрятся. Мне требуется все свое мужество, чтобы не переползти через консоль и сейчас же не оседлать его.
Но он заводит машину, двигатель с ревом оживает, мы даем задний ход и выезжаем из ворот, которые автоматически закрываются за нами.
Я, конечно, раньше не ездила в машине с Солоном, но он водит как гребаный профи. Не знаю, это столетняя практика, или он использует какую-то сверхъестественную силу, отчего исчезают все пробки, а светофоры горят зеленым.
— Боже, это сексуально, — говорю я ему, когда мы поддаем газу на улице Фултон. — По какой-то причине мне хочется закурить.
Он мгновение смотрит на меня, глаза блестят в свете уличных фонарей.
— Проверь бардачок.
Заинтригованно, я открываю его и нахожу пачку «Мальборо».