Пламенный клинок

Передняя плита примыкала к стене не совсем плотно: мешал осколок камня, отвалившийся от стены, и в образовавшийся зазор можно было просунуть руку.
— Граб? — позвал Арен.
В зазоре появился глаз скарла, освещаемый фонарем. Барьер еще пытался сомкнуться до конца, подталкиваемый некой силой. Камень дрогнул и сдвинулся, угрожая в любое мгновение расколоться.
— Можешь найти, чем заклинить плиту? — спросил Арен у Граба.
Скарл хмыкнул и исчез, и Арен услышал, как он затопал дальше по коридору. Остальные посматривали друг на друга, сгрудившись в тесном пространстве между барьерами, и каждый надеялся, что решение найдет кто-нибудь другой.
— Если барьер сомкнется полностью… — начала Орика.
— Мы окажемся в капкане, — докончила Мара. — Фонарей хватит ненадолго, и мы умрем в полной темноте.
— Вика, а твой посох? — предложил Арен. — Ты могла бы просунуть его в зазор в качестве распорки.
— Он сломается, — ответила Вика.
— У тебя есть подходящее зелье? Ты можешь что-нибудь сделать?
— Если бы могла, то уже сделала бы.
— Нет тут ничего! — крикнул Граб с другой стороны.
— Неужели не видно никакого механизма? — заволновалась Мара. — Барьеры не могут двигаться по волшебству, наверняка есть способ убрать их.
— Граб посмотрит.
За стеной, из которой выдвинулись плиты, что-то щелкнуло, и послышался резкий скрежет, пугающе громкий среди окружающей тишины.
— Граб? — позвал Арен. — Ты…
— Граб ничего не трогал! — последовал раздраженный ответ.
— Значит, оно само.
— Стена двигается! — воскликнул Харод.
Так и было. Коридор дюйм за дюймом сужался, угрожая раздавить пленников.
— Граб! — закричала Фен, упершись в стену плечом в тщетной попытке замедлить ее движение. Харод с Орикой присоединились к ней, а Скирда забегала кругами, отчаянно лая.
— Подождите! Тут что-то есть! — крикнул Граб. — За стеной что-то вращается. Но рычага нет!
— Сделай что-нибудь! — вскричала Фен, изо всех сил упираясь пятками в пол. — Поскорее, иначе мы погибнем!
Граб снова заглянул в зазор.
— Пламенный Клинок, — бросил он Арену. — Дай Грабу Пламенный Клинок.
— Нет! — воскликнула Вика. — Он только и ждет, как бы им завладеть. Я давно это подозревала, но когда увидела Пламенный Клинок у него в руках, убедилась окончательно.
Взгляд скарла потемнел от злобы.
— Не время спорить. Дай Пламенный Клинок!
— Сначала спаси нас! — потребовала Вика. — Иначе Пламенный Клинок будет потерян для тебя навсегда!
Граб не обратил на нее внимания, устремив взгляд на Арена. Камень, создававший зазор, затрещал под давлением барьера, и от него откололся большой кусок. То, что осталось от камня, продержится считаные мгновения.
— Паршивец, — сурово проговорил Граб, — дай сюда Пламенный Клинок. Это последняя возможность.
Арен отцепил меч от пояса, не вынимая из ножен, и просунул в зазор. Граб схватил его и притянул к себе. Спустя мгновение камень разлетелся на множество мелких осколков и барьер сомкнулся со стеной. Арен понял, что совершил ужасную ошибку, но сделанного не воротишь.
Стена продолжала надвигаться, коридор сузился уже вдвое. Арен чувствовал запах пота и стоялой воды, слышал взволнованное дыхание друзей. Расширив глаза, они озирались по сторонам в поисках спасения. Стена приближалась, глухая к мольбам.
Пространство смыкалось, все отчаянно стонали и хватали ртом воздух. Скоро их раздавит. Арен пытался сдержать крик, но не знал, надолго ли его хватит.
— Граб! Помоги нам! — крикнула Орика.
— Он заполучил свою добычу, — с горечью бросила Вика. — И теперь далеко отсюда. У скарлов нет совести, когда они имеют дело с иноплеменниками.
— Нет, — стиснув зубы, возразил Арен. — Граб рядом. Он пытается что-нибудь предпринять. Я его знаю.
Но стена со скрежетом надвигалась; их притиснуло друг к другу так тесно, что они не могли пошевелиться. Фен прижалась к Арену с одной стороны, Вика с другой, где-то под ногами скулила Скирда. Давление нарастало. Арен зажмурился и попытался взять себя в руки; но при мысли о неминуемых мучениях его мужество испарилось.
 
«Нет, нет, пожалуйста! Мешук, Джоха, Вышний, кто-нибудь, спасите нас!»
Вдруг за стеной раздался металлический скрип и глухое лязганье внезапно остановленного механизма. Скрежет резко смолк.
Все замерли прижавшись друг другу; их лица почти соприкасались, зловеще озаряемые фонарем, стоявшим на полу. Никто не осмеливался дышать.
— Стена остановилась, — прошептала Орика. И вдруг издала негромкий смешок, больше похожий на стон. — Остановилась!
Завизжал металл, и барьер, отделяющий их от Граба, слегка отодвинулся. В зазоре появились пальцы, и просвет начал расширяться, а потом с другой стороны в него сунулось татуированное лицо скарла.
— Вас не расплющило? — с легким удивлением спросил он.
Все протолкнулись мимо него, с облегчением глотая воздух.
— Да, спасибо тебе, Граб! — обиженно проскулил Граб, пока они переводили дыхание. — Спасибо, что избавил нас от…
И осекся, потому что Арен внезапно обнял его, а следом и Фен обняла скарла. Его одобрительно хлопали по спине, осыпали благодарными возгласами. Даже Скирда гавкнула и лизнула ему руку.
— Как ты остановил стену? — спросила Орика.
Граб показал пальцем в сторону, и Арен побледнел. В стене виднелось квадратное углубление, на полу валялась вывороченная оттуда каменная глыба. Внутри торчали зубчатые колеса, металлические прутья и противовесы, похожие на механизм огромных старинных часов. На полу лежали изящные ножны Пламенного Клинка, а сам он торчал между зубцами двух больших колес.
— Это… Это Пламенный Клинок? — выдавил Арен.
— Паршивец предпочел бы превратиться в лепешку? — возмутился Граб. — Тупорылый говорил, что этот меч невозможно уничтожить.
— Так считалось…
— А вот и поглядим, — фыркнул Граб.
Он ухватился за рукоять и вытащил Пламенный Клинок обратно. Колеса пришли в движение, и металлические барьеры с тяжелым грохотом сомкнулись. Арен весь съежился.
Граб поднес Пламенный Клинок к глазам и осмотрел лезвие.
— Ни царапинки, — заявил он и убрал меч в ножны. — Тупорылый был прав. — Затем протянул меч Арену и шмыгнул носом. — Вот, — сказал он, пристально взглянув на Вику. — Такое не для Граба.
Арен взял меч.
— Спасибо, — серьезно проговорил он. — И не только за это.
Вика встала рядом, на ее размалеванном лице выразился стыд.
— Извини, Граб. Я была к тебе несправедлива.
— Нет, не была, — беспечно ответил скарл.
— Значит… ты и правда собирался его украсть? — спросил Арен.
Граб кивнул.
— Сегодня Граб сделал выбор, — объяснил он. — Граб мог забрать Пламенный Клинок, вернуться домой, стать живой легендой. Быть может, Мрачные Мужи оправдали бы его, а кожеписцы убрали бы это. — Он показал на черную полосу, пересекающую глаза. — Граб перестал бы быть ханнаквутом. Костяной бог приветил бы его.
— Но ты выбрал иное, — кивнул Харод.
— Да. Потому что быть вором — что в этом хорошего? Бросить друзей на погибель — что в этом хорошего? Пламенный Клинок? Что в нем хорошего? — Он ткнул пальцем в грудь Арену. — Ты замыслил большое дело. Гораздо большее, чем похитить какой-то дурацкий меч. Твой народ скинет кроданцев. Победит в борьбе. Знаешь почему? Потому что с вами Граб. И когда спустя тысячу лет скальды поведают о Грабе, а люди прочтут его историю, высеченную камнепевцами на обелиске в сотню футов вышиной, там будет говориться не о воре, который похитил меч. Там будет говориться о герое вроде Джессы Волчьего Сердца! В Оссии впервые воздвигнут изваяние в честь скарла! Граб не хочет прославиться только в Скара-Тхун. Он хочет прославиться повсюду! — Он на мгновение задумался и добавил: — Наверное, кроме Кроды. Там ему рассчитывать не на что. — Он потряс головой, отгоняя эту мысль. — Так или иначе, теперь Пламенный Клинок у тебя. Делай с ним что хочешь.
Такая ответственность воодушевляла Арена, но и страшила.