Колибри

– Мне нужно будет вернуться, ты же понимаешь, – многозначительно произнесла я.
Он напрягся, а потом кивнул:
– Понимаю. Обещаю, что отвезу тебя обратно.
Легче мне не стало.
– Итак, – начал он, немного приблизившись.
– Итак, – передразнила я.
– Как жизнь? – спросил он с улыбкой.
– Как видишь, – я повела плечом, отпивая шампанское.
Оно было немного кисловатым на вкус, но приятным. Я любила полусухое вино и шампанское, особенно после свадьбы. На банкете было только приторно–сладкое Martini Asti, выбранное Никитой. Тогда я так много его выпила, что на следующий день мне казалось, что внутри всё слиплось от сахара.
– О чём ты думаешь? – спросил Саша рядом с моим ухом.
У него явный талант двигаться бесшумно и незаметно.
– Да так, – я отпила ещё глоток, – Это библиотека?
Я окинула взглядом комнату, и он кивнул.
– Читаешь?
Саша пожал плечами, отпивая шампанское.
– Иногда.
– На французском?
– Не только. Здесь есть много интересных книг. Шекспир в оригинале. Байрон. Пушкин.
Он замолчал, а потом неожиданно выдал:
– Дни мчались; в воздухе нагретом, уж разрешалася зима; И он не сделался поэтом, не умер, не сошёл с ума, – процитировал своего тёзку Саша.
Я ухмыльнулась:
– Я знаю: в вашем сердце есть и гордость, и прямая честь. Я вас люблю (к чему лукавить?), но я другому отдана; я буду век ему верна, – ответила я цитатой из того же произведения.
Он вздохнул и поставил бокал на одну из полок. Потом шагнул ко мне совсем вплотную. Я отступила и упёрлась спиной в стеллаж. Саша взял моё шампанское и водрузил его рядом со своим, на полку. Потом он запустил руку в мои волосы, которые стали непривычно короткими для этого жеста и мягко наклонил мою голову назад. Мой пульс учащённо забился, и он заметил это, бросив короткий взгляд на мою шею. Потом он наклонился ещё ближе.
– Печально, – прошептал он мне в губы, – Что книги врут.
Я закрыла глаза, отключая вопли разума в голове. Я знаю, что буду жалеть.
Но я хотела этого. Больше всего на свете.
ГЛАВА 31 
Я бросила судорожный взгляд на часы. Пол пятого.
– Всё в порядке? – спросил тихий баритон над моей головой.
– Мне нужно уезжать, – ответила я с ноткой досады в голосе.
– Когда он возвращается? – сухо бросил он, даже не шелохнувшись.
– Тренировка до шести, плюс полчаса на дорогу.
– Ещё есть время.
Я подняла голову и посмотрела на его лицо. Оно не выражало никаких эмоций, глаза были закрыты и расслаблены. Потом он приоткрыл один из них и посмотрел на меня сверху вниз.
– Что? – спросил он с ухмылкой.
– Ничего, – ответила я, снова зарываясь носом в его голую грудь.
Как же я скучала по этому запаху. Да что там, я скучала по всему: по этому голосу; по этим сильным рукам и мягкой коже; по губам, оставляющим влажную дорожку на моём теле. Сейчас у меня было такое ощущение, что год я провела в летаргическом сне как спящая красавица. И вот, мой принц на белоснежном коне (в буквальном смысле), появился и разбудил меня поцелуем. И не только.
– Алиса?
– Ммм? – промычала я.
– У тебя есть фотки Тео?
Я снова подняла голову и уставилась него удивлённо:
– Есть. В мобильнике.
– Покажешь? – с интересом спросил он.
– А тебе зачем?
– Просто любопытно, – он повёл плечом, – Я его помню совсем маленьким.
Я вжалась в него в последний раз, поцеловала его грудь, и довольно заметила, как его соски покрылись пупырышками. Потом приподнялась, и окинула спальню взглядом, ища свою сумку. Она валялась у двери. Полетела с меня первой.
Встав с кровати, я на цыпочках пробежалась по комнате и подняла свой мессенджер с пола. Так же быстро я просеменила обратно под одеяло.
– Ну и холод, – буркнула я, принимаясь за поиски телефона.
Найдя заветный, я услышала смешок:
– Айфон? Серьёзно?
– Это подарок, – ответила я, пожав плечами.
Ну да, у меня теперь айфон. Яблокотехнику я, по–прежнему, недолюбливаю, но муж подарил мне его на мой девятнадцатый день рождения в марте.
Разблокировав мобильник, я открыла галерею и вручила бывшему боссу телефон. Он принялся листать фотографии с улыбкой.
 
– Как же он на тебя похож. Поразительно, – присвистнул он, а потом его лицо потеряло выражение.
– В чём дело? – спросила я, забираясь под его руку.
Наткнулся на свадебные фотографии. Вот засада… И почему мне так неловко?
– Из тебя вышла красивая невеста, – натянуто сказал он, – Где это?
– На Гоа, – отозвалась я, забирая у него телефон.
– Он не поскупился, – Саша уставился глазами в потолок и поджал губы.
Я вздохнула и бросила телефон себе в ноги. Он утонул в пуховых одеялах и виновато скрылся из вида.
– Саша, я ждала тебя. Честно, ждала. Но ты не появился, – сказала я, укладываясь рядом с ним.
– Появился сейчас, – буркнул он.
– Но сейчас поздно, – сухо констатировала я.
Саша зашевелился и приподнялся, опрокинув меня на спину. Потом он склонился надо мной и сказал:
– Разве?
Он поцеловал меня в шею, и я судорожно сглотнула. Босс в ответ довольно фыркнул. Потом опустился ниже и поцеловал меня между грудей. Кожа мгновенно покрылась мурашками, и он провёл пальцем по моему соску. Тот ответил, гордо поднявшись и отдав честь.
– Саш, мне нужно ехать, – промычала я.
– И, правда, – сказал он мне в пупок, – Если я продолжу, то к мужу ты сегодня не попадёшь.
От этих слов я дёрнулась, как от пощёчины. Красота момента мгновенно испарилась, и я вспомнила, кто я и где нахожусь. Чувство стыда захлестнуло меня, и я ощутила, как краска приливает к лицу.
Спихнув его с себя, я встала и принялась собирать свою одежду с пола. Пока я одевалась, он восседал на кровати и пожирал меня глазами. Обернувшись, я уставилась на него с вопросом:
– Что?
– Можно теперь перемотать обратно? – улыбнулся он, и я покраснела.
– Одевайся, ты обещал меня отвезти, – обвинительным тоном сказала я.
За спиной зашуршала постель, и я бросила короткий взгляд через плечо. Залюбовавшись очертаниями упругой задницы, тонкой талии и широких плеч, я выронила свою водолазку. Опомнившись, я снова подняла её с пола и стала надевать, окончательно убивая свою укладку.
– Твоя татуировка, – сказал Саша, поворачиваясь ко мне.
Я уставилась на обнажённую грудь и заморгала, пытаясь подавить в себе желание облизнуться.
– Зачем ты сделала её больше? – продолжил он, застёгивая брюки.
Я пожала плечами:
– Захотелось. Она мне казалась незавершённой. А что?
– Не надевай больше ничего с открытой спиной, – сказал он, и я снова принялась моргать, как дурочка, – Это убивает. В буквальном смысле.
Я не выдержала и разразилась хохотом.
– Серьёзно?
– Да, – кивнул он, натягивая трикотажную футболку с длинным рукавом, – Если ещё раз случайно встречу тебя в таком платье, поимею прямо на месте. У всех на глазах, – он бросил на меня осуждающий взгляд.
– Слушаюсь, босс, – я отсалютовала ему ладошкой.
Он рыкнул и закрыл глаза.
– Господи, как же мне этого не хватало. Тебе не нужна работа? – Саша улыбнулся, а потом его голова скрылась в джемпере, который он надевал.
– Откровенно говоря, не помешала бы. Но что–то подсказывает мне, что ты не можешь предложить мне что–то пристойное.
– И, правда, – босс хмыкнул и поднял мою сумку с пола, – На ум идут одни непристойности. Пошли.
Он протянул мне сумку и направился к двери. Я посеменила следом, допустив ещё одну ошибку. Но об этом позже.
Мы тихо спустились по лестнице, которая предательски поскрипывала. Откуда–то из глубины дома доносились голоса и женский смех. Пробежав в прихожую, я схватила свою куртку и скользнула в сапоги. Выйдя на улицу, я снова поморщилась от холода и обхватила себя руками. Добравшись до машины, я уже начала подрагивать.
– Тебе определённо нужно купить что–то тёплое, – выдал Саша, когда мы уселись на холодных кожаных сиденьях, – Так и заболеть недолго.