Маленькая голубка (ЛП)
— Разве ты не знаешь, что говорят о благих намерениях? — Эш достал из кармана шприц. — Ими вымощена дорога в ад.
Кармайкл наконец посмотрел в сторону, но было уже поздно. Эш воткнул иглу ему в шею, и через несколько секунд он упал. Его бессознательное тело, словно потный мешок с кирпичами, упало на все еще обнаженную стриптизершу.
— Думаю, пословица звучит не совсем так, — сказал я Эшу.
— Я просто импровизировал.
Я огляделся по сторонам, пытаясь понять, как мы собираемся вытащить его оттуда.
— Ты не мог подождать, пока он сам донесет себя до машины?
— Он меня раздражал.
Даже в перчатках я как можно меньше прикасался к забрызганному ДНК одеялу, расстилая его на полу. Я едва успел это сделать, как стриптизерша снова ожила и с криком толкнула Кармайкла на пол.
Как только она вскочила на ноги, я направил на нее пистолет. Девушка не заметила, поскольку подскочила к столу, высыпала горсть таблеток в рот и запила их водкой. Спотыкаясь, она вернулась на кровать, свесила одну ногу и отключилась.
Ей было все равно и, скорее всего, она не вспомнит, что мы были здесь.
Я посмотрел на Эша и поднял один край одеяла.
— Возьмись за угол.
Мы вынесли Кармайкла в коридор как раз в тот момент, когда в главном помещении хлопнула дверь.
— Вот, что я называю: "Убить двух зайцев одним выстрелом", — прошептал Эш.
Мгновение спустя Добров завопил:
— Дженсон ушел! Вытаскивай свой крошечный член из этой шлюхи и вали отсюда! — дверь распахнулась, и он увидел два пистолета, направленных ему в голову.
Это было все, что мы успели сделать, прежде чем он повернулся и побежал.
Мы с Эшем последовали за ним, когда он выскочил за дверь и помчался к машине. Я выстрелил один раз, пуля просвистела мимо него и разбила водительское стекло.
— Черт! — закричал Добров, уклоняясь влево и проносясь мимо клуба. Свернув за угол, он побежал в переулок между двумя полуразрушенными и заброшенными зданиями.
Надо отдать ему должное, для такого громоздкого ублюдка он был быстр. Каждый раз, когда я думал, что у меня есть возможность выстрелить, он менял направление или использовал мусорные контейнеры и штабеля в качестве щита. В отличие от пистолетов в боевиках, мои пули не были бесконечными, и я не тратил их попусту. Добров не придерживался той же теории, выпуская через плечо патроны, которые не попадали даже близко к нам.
Он резко свернул направо, и мы последовали за ним как раз вовремя, чтобы увидеть, как он перелазит высокие деревянные ворота и перепрыгивает через них в переулок.
— Он тренировался к Олимпийским играм? Занимался в спортшколе? Черт, — задыхался Эш.
Я запрыгнул на ворота, но Доброва не было видно. Я уже почти перелез, когда он высунул верхнюю часть тела из-за угла и быстро сделал три выстрела.
Жгучая боль взорвалась в плече, заставив меня потерять равновесия и упасть на землю вперед.
— Черт! — Эш приземлился на ноги рядом со мной, его пистолет был направлен вниз по тропинке.
— Иди, — приказал я.
Он не стал спорить.
Встав, я потратил несколько секунд на то, чтобы наполнить легкие выбитым из меня воздухом. Я побежал по другому маршруту и добрался до конца как раз в тот момент, когда Добров повернул в моем направлении.
Его взгляд был устремлен за спину, он пытался выстрелить через плечо, но единственное, что сделал пустой пистолет, — это щелкнул. Когда он повернулся лицом вперед и увидел меня, его глаза расширились, а шаги стали спотыкаться. Быстро оправившись, он повернулся и увидел, что Эш преграждает ему путь. Ублюдок сделал шаркающий шаг назад, к узкому переулку, но не успел повернуть, как пистолет Коула уткнулся ему в спину.
Пойманный в ловушку, Добров уставился на меня с ненавистью, пылающей в его глазах. Он открыл было рот — хотел бросить оскорбления и изрыгнуть чушь, — но не успел. Шприц вонзился ему в шею, и через несколько секунд он лежал на спине.
— Из-за этих двоих я точно надорву спину, — сказал Эш, уже взваливая на себя мертвый груз Доброва.
Или скоро будет мертвым грузом.
Мы протащили его по тонкой тропинке и бросили на заднее сиденье Коула. Он и Эш занялись телом Кармайкла, а я взял из багажника бутылку с чистящим средством и тряпку. Я вытер все, включая свою кровь с забора и земли.
Это явно было лишнее, поскольку никто не стал бы расследовать исчезновение Виктора Доброва. Даже если бы они и занялись этим делом, на участке, скорее всего, скопилось столько ДНК, что отделить их будет невозможно.
Вернувшись к машине, я бросил вещи в багажник и захлопнул его.
Эш взглянул на мое плечо — всего лишь царапина, но жгло нестерпимо.
— Нам нужно очистить рану.
— Как только мы доберемся до нужного места.
Коул обогнул машину.
— Завод?
Я покачал головой.
— У меня есть идея получше.
Глава 38. Идеально
Максимо
Стоя на огороженной строительной площадке, я смотрел вниз на людей, запертых в глубокой, но узкой яме. У меня не было улыбки на лице.
Когда их не будет, Джульетта будет в безопасности. Никаких оглядок через плечо. Никаких напоминаний об отце-ублюдке или о ее жизни до меня.
Она доверилась мне.
Я дарил ей покой.
Именно поэтому я не улыбался.
Я ухмылялся.
Обойдя вокруг ямы, я ждал, скрывшись из виду.
Невидимый монстр в темноте.
Мое предвкушение усилилось, когда один из них наконец прохрипел:
— Где я? — он закашлялся, его хриплый голос стал громче, когда он крикнул: — Алло? Есть кто-нибудь?
— Заткнись, мать твою, — прорычал другой голос.
— Кто ты, черт возьми, такой?
— Кто-то с гребаной головной болью, кто не хочет слушать, как ты плачешь, словно маленькая сучка.
Я подошел ближе, но они меня не заметили, так как боролись с веревками, пытаясь освободиться.
Виктор Добров выглядел взбешенным.
Магси Кармайкл выглядел готовым обоссаться.
А Уильям Дженсон смотрел… в пустоту. Он не мог видеть.
С усмешкой я пнул немного земли — намек на то, что должно произойти. Двое из трех мужчин наконец посмотрели на меня, и я пнул в их сторону еще немного.
— Нет, нет, нет, — пробурчал Кармайкл.
— Что это было? Что происходит? — закричал Дженсон, ужас сотрясал его слова.
Добров молчал, но выражение его лица быстро менялось от гнева к панике, когда он понял, что сейчас произойдет. Когда он наконец заговорил, его тон был густым и серьезным — голос отчаявшегося человека.
— Я могу заплатить тебе. У меня есть родственники, которые могут достать тебе все, что угодно. Все, что ты захочешь. Выкупи меня. Живым я стою больше, чем мертвым.
Это была чушь. Пока мы ждали, Коул провел небольшое расследование, а Эш поговорил с несколькими знакомыми, чтобы мы могли подготовиться. Если, конечно, кто-то будет мстить за Доброва.
Никто не будет.
Его люди уже дрались за его мусорный трон. Его ограниченная семья давно от него отказалась.
Никто не заплатит за него ни цента. А даже если бы и заплатили, то не было бы такой суммы, которая заставила бы меня задуматься о том, чтобы оставить его в живых.
Он пытался влезть в мой бизнес.
Только за это он должен умереть.
Он пытался похитить Джульетту.
За это он умрет мучительной, ужасающей смертью.
— Я собираюсь построить на этом месте свой офис, — поделился я. — Я увеличу свою империю. Я сделаю здесь миллиарды. Я буду жить, дышать и трахать Джульетту на вашей могиле. И скоро я забуду, что вы вообще существовали.
С осознанием того, что я выиграл во всех возможных отношениях, я поднял шланг и направил на них.
Мужчины закричали, их лица покраснели, а рты бешено открывались. Их бесполезные слова терялись в грохоте бетоносмесителя. И по мере того как мокрый бетон наполнял яму и легкие, их бесполезные жизни тоже скоро исчезнут.
Медленно.
Мучительно.
Именно то, что они заслужили.
Когда их тела были покрыты, я поднял руку, и поток остановился.