"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Кондуктор без труда определил, что я не хассаби, даже обидно стало. Неужели на лице написано, он ведь пока удостоверения не видел. Ну да, аристократки ухоженные, в платьях, строгих костюмах и на каблуках. Прическа — волосок к волоску, а тут растрепанное нечто, само собой, госпожа.
После проверки документов нас пустили в купе. Лотеску разрешил выбрать любое место и, устроившись на соседнем, смежил веки. То ли устал, то ли снова мигрень. Рука подложена под голову — трогательно и беззащитно. Спящие обычно все такие, снимают маски.
Прозвучал первый гудок. Дебаркадер на миг заволокло облаком пара.
Ощущая себя юной провинциалкой, рассматривала обстановку купе, щупала бархат дивана, пробовала на мягкость подушки. Так, что мы имеем? Два дивана, столик, намертво прикрепленный к полу, складной табурет, полки, дверь в санузел — совмещенные ванную и туалет. Ничего, душ вполне устроит, а размеры раковины меня не волнуют, лишь бы горячая вода имелась.
Нам положили четыре полотенца: два больших и два маленьких, и пару пушистых белых халатов. А еще дорожный гигиенический набор.
Изопроектор крепился на двери в коридор. Туда я выходить пока не стала, только выглянула. Ковровая дорожка как в гостинице! В купе тоже половички, чистые, между прочим.
Паровоз пронзительно свистнул, маховик пробудил шестерни. Пар вновь на миг скрыл перрон от глаз. Вагон дернулся и пришел в движение.
Торопливо проверила задвижку наружной двери. Уфф, закрыта. Для надежности щелкнула замком.
Рывок вагона привел в чувство Лотеску. Он подслеповато прищурился и повесил пиджак на вешалку.
— Коробка далеко? — начальник имел в виду ту, за которой, сломя голову, бегала в инспекцию.
Поискала ее глазами и подала Лотеску. Он проверил целостность упаковки, имя отправителя и успокоился.
— Подарок министру, — пояснил Лотеску и равнодушно проводил взглядом перрон.
— Но почему в последний день и не курьером?
Меня разбирало любопытство. Что же такое в коробке? И отчего вдруг хассаби выслуживается перед Бернардом? Он отродясь не пресмыкался, тут — тем более. Алард общался с Бернардом, а министр очень не хочет на покой со всеми вытекающими. Может, неэтично подозревать высшее руководство, словно выбор короля критикуешь, но факты — вещь упорная. На месте Лотеску я бы подарила Абелю Бернарду билет на поезд и перевязанную голубой ленточкой стопочку компромата с припиской: «Оригиналы в надежном месте».
— Обстоятельства, раньше не вышло. Вот что, Магдалена, — начальник расстегнул браслет диктино — он носил дорогую модель, с кучей наворотов и встроенными часами — и положил на столик, — до ужина занимайте себя сами. Можете изопроектор включить, пульт в шкафчике. Наушники тоже. Только не будите, даже если позвонят сверху. Мое хорошее настроение в ваших же интересах. После ужина — пожалуйста, поболтаем.
Не дожидаясь ответа, хассаби разлегся на диванчике, подложив руку по голову, и затих. Прислушалась к дыханию: спит. А ведь на улице казался бодрым. Хотя, чему я удивляюсь, Эмиль Лотеску умел собираться в нужные моменты, помнится, даже вдрызг пьяным умудрился вести огнемобиль.
Задумчиво вгляделась в лицо спящего. Зависал в ночном клубе? Не похоже. После такого вид немного потрепанный. Женщина? Уже реальнее. А еще отчеты для министерства, дело Аларда — как раз получим недосып. Ладно, пусть отдыхает, я по вагону погуляю.
Осторожно, чтобы не потревожить начальника, вышла в коридор и замерла у окна, наслаждаясь видами Вертавейна. Его недаром называют озерным краем, вот и сейчас железная дорога вилась вдоль берега. Жемчужная гладь воды отражала небо. Легкая рябь шла от редких лодочек.
Одно озеро перетекает в другое. Вода рассыпается драгоценными камнями среди лесов и полей. Потрясающее зрелище! Особенно в солнечный день. Сегодня как раз такой, и я припала носом к стеклу, пытаясь впитать красоту ставшего родным края. Пускай родилась и выросла не здесь, но Нэвиль стал домом, я не мыслила жизни без мостов над Адроном, прогулочных корабликов, яхт и мчащихся на всех парах поездов.
 
Приоткрыла окно и, рискуя испачкаться в саже, подставила лицо встречному ветру. Хорошо! Свежо и пахнет весной.
Не знаю, сколько я так простояла с глупой улыбкой на губах. Мимо проходили люди. Не обращала внимания, нагло повернувшись к ним спиной. К хассаби! И никто, решительно никто не заподозрил во мне секретаршу, презрительно не погнал во второй класс. Признаться, в душе боялась этого: глубоко въелось социальное неравенство.
Вдоволь надышавшись, отправилась гулять по поезду, небрежно раскланиваясь со встречными хассаби. Посмотрела на вагон-ресторан. Впечатляет! Не хуже «Лабиринта» — излюбленного места отдыха нэвильской богемы. Хорошо, приборы не серебряные, а то спутала бы с дворцом. Ну да, столичный экспресс — не баррийский поезд, тут даже самые дешевые билеты по карману только квалифицированным рабочим, то есть элите третьего класса.
Скользнула взглядом по стопочке меню в кожаных футлярах и сглотнула. Так есть сразу захотелось! Аппетит пропал при мысли о ценах. Карточка не бездонная, в столице нужно на что-то жить, поэтому буфет. Ничего, продержусь шесть дней без горячего. Можно, конечно, попросить Лотеску угостить, вряд ли он откажется, но неудобно, словно подаяние прошу.
Усмехнулась.
Похожи, похожи мы с начальником, он тоже гордый, никогда ничего не просил.
Несмотря на то, что Нэвиль еще не скрылся за горизонтом, пара человек уже устроилась в баре и неспешно цедила кто коктейли, кто чего покрепче.
Дальше шел еще один вагон первого класса, вагон с обслугой, — должен же кто-то круглосуточно обеспечивать удобство гостей? — и начинался второй класс. Туда я не пошла, вернулась в купе.
Лотеску до сих пор спал. Такой забавный! Одна рука свисает с диванчика, ноги чуть согнуты в коленях. Лечь нормально мешали ботинки и правила приличия. Интересно, как мы уживемся в одном купе? Я не привыкла бегать в халате и чистить зубы перед мужчиной. Одно дело, когда отношения, совсем другое — как с Марком. Стесняются даже взрослые девочки.
Достала чемодан и вытащила книгу. Пользоваться изопроектором не решилась: боялась разбудить начальника. Роман оказался занятным — мистический детектив с богиней Смерти, которой до сих пор, в век свободомыслия, поклонялись некроманты. Я увлеклась, переворачивала страницу за страницей и не заметила, как проснулся Лотеску.
— Сидите тихо, как мышка! — начальник украдкой зевнул и, убедившись, что не смотрю — ну, как бы не сморю, — потянулся.
— Вас не хотела тревожить.
— Напрасно. Я просил не будить и только.
Лотеску поправил взъерошенные волосы и бросил короткий взгляд в окно. Проверил диктино и застегнул браслет на запястье.
На лбу отпечатались пуговицы, залегла широкая алая полоса.
Едва заметно улыбнулась и отложила книгу в сторону.
Немного странное ощущение — словно тебя впустили в домашний мир. Хотя почему словно, хассаби и прежде разрешал видеть себя вне рабочего кабинета.
— Какие последуют указания?
Поездка не увеселительная, я секретарь, обязана работать.
— Никаких, — пожал плечами Лотеску и надел пиджак. — До столицы сделаете два-три звонка, но не сегодня.
— Может?.. — неуверенно напомнила о заказчике Ронсу.
— Достало уже! — поджал губы хассаби. — Хоть один день без грязи, сыт по горло. Поэтому никаких магов, министров и комиссаров. Обещаю, сегодня я найду вам развлечение интереснее чтения.
— Только не говорите, что тут ночной клуб есть! — рассмеялась я.
Признаться, саму до ведьминых колик достало копаться в чужом грязном белье. Понимаю Лотеску, он целый месяц на нервах, пора выдохнуть, а то сойдешь с ума.
— Музыка имеется, клуба нет. Зато недурственно кормят и можно поиграть в бильярд. Вы как, — быстрый, чуть лукавый взгляд, — шары гонять умеете?
Бильярд? Хм, а это интересно. Может, я не ас, но не в первый раз кий вижу. Один из бывших любил бильярд, приохотил, после иногда с Найджелом резалась на выходных. Пусть он начальник отдела юридической поддержки, но не гнушался дружить с простыми смертными. Опять же ребята-ликвидаторы, пересекались в общей компании, воевали за зеленым сукном. Словом, поиграю, заодно время быстрее пролетит.