"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Что — то нечисто тут. — Заявил он с порога. — Гладко все, спокойно, сыто. Нет в нашем мире такого уголка, где бы не было подвоха.
— С чего ты взял? — Невозмутимо поинтересовался я, от души намыливая голову куском ароматного мыла. Пена пузырилась и крупными хлопьями падала в воду, шумел водогрей, искря угольками. Для меня лично все складывалось пока как нельзя лучше, и думать о предстоящем поединке я не хотел.
— Фалько скривился. — Слушай, маг, ты вообще орков различаешь?
— Не особо. — Честно признался я. — Они для меня все почти на одну морду. Одни чуть зеленей, другие клыкастей…
— А зря. — Принц — воин покачал головой. — Я в свое время трактат читал, именно по такой теме, и я тебе скажу, что в наше время, что сейчас, суть не меняется. Не по цвету делится орк, а по породе.
— Ну и что?
— Да то, Кот, дурья твоя башка. Два их всего вида, орк низший, или торговец, пахарь, да кто угодно, и орк высший, стать иная, воин он и убийца. Статью они различны, а главное, клыками. Орк воин, у него они вверх растут. Он быстр, тих, умен и зол. Орк пахарь, торговец, и гражданин мирный, носит клыки, что в стороны расходятся. Видно это сразу.
— Ну, так к чему ты ведешь?
— Да к тому, маг. Этот город, великий и Черный, город воинов. Тут только они. В отряде Уза тоже, в таверне служками тоже солдаты.
Похоже, нельзя уже было дальше тянуть, и я рассказал Фалько все, что выведал у Уз Салена. Принц теперь и вовсе потемнел лицом, и тяжело опустился на стоящий подле табурет.
— Час от часу не легче. Из одного дерьма выбрались, так теперь в другое вляпались.
В комнате возник Сатана и прошелся по полу, брезгливо поднимая лапы и переступая через клочья пены.
— Чую, повелитель. — Обронил инфернальный зверь и в два прыжка оказался на подоконнике.
— Что чуешь?
— Силу черную, не твою. Ужаса в ней и смятения по край и переливается. Магию он впитывает будто губка. Сильный маг, сильней всех тех, что я когда-либо чуял.
— И меня сильней?
— И тебя.
Внизу собирался народ, слышались голоса и музыка, и меня уже несколько раз звали вниз, но я сейчас был занят совершенно другим. Передо мной лежало сердце дракона, тот самый артефакт, что обещал вытащить нас из этой точки времени и пространства, и переместить в нужную. Бой с могучим магом, обилие солдат и перспектива снова оказаться на грани смерти тут, или перед войском брата Фалько, в рядах которого притаился сумасшедший маг Черный ворон, была безрадостной. Возможен еще один вариант, свалить к себе и прожить спокойную жизнь обычного человека, позабыв о чудесах и силе того, чем меня наделил этот мир. Сосуд стал неотъемлемой моей частью, я сроднился с ним и просто боялся лишиться этого сокровища. Тому, кто хоть раз испытывал эйфорию от собственных магических действий, упивался властью и могуществом, потеря способности равна потере жизни. Магия — это наркотик, стоит попробовать его раз, и тебе уже не остановиться, и чтобы отказаться от этого ощущения вседозволенности, нужно иметь крепкую волю и устойчивую психику, да еще решимость поступить так, а не иначе. Я же колебался, и сомнения мои были основаны не только на собственном эгоизме.
Свалить я думал постоянно. Тут было слишком много опасностей, неудобств и прочих не слишком приятных вещей, которые я с трудом, но мог перенести, однако некие обязательства перед друзьями и боевыми товарищами, заставляли задвинуть пораженческие мысли в сторону и топать с упорством горного барана, взбираясь на очередной метафорический склон. Сейчас вырисовывался реальный шанс драпануть, затеряться в толпе, забить на все и спокойно встретить старость, где — нибудь в уютном лесном домике в Карелии. Гнать самогон, выращивать и курить табак, опять же, пенсия военная, не самые маленькие деньги. С ними бы я мог существовать на том уровне комфорта, чтобы не чувствовать себя нищим и брошенным.
Кроме друзей, останавливал меня и Ворон, точнее, его решение вырвать «стержень» из этого мира, лишить его магии и, как вариант, основной составляющей вселенной. Как он выражался, очистить мир от скверны, но вот я лично сомневался в результате. Что будет потом? Такая колоссальная мощь не может просто взять и исчезнуть, она может переместиться в другую плоскость, станет чем — то иным, и не факт, что эти изменения пойдут на пользу.
Была еще одна причина, почему я не хотел пользоваться этим «золотым билетом». Я не был уверен, что он сработает, или сработает как надо, и вдруг приключится, что перенесет меня куда — то, но не будет ли это место еще хуже. Пока, во всяком случае, меня ждал стол, множество орков, готовых пасть на колени при первом моем слове, обильная еда и интересный разговор. Прокрастинация, возможно, не худшая штука. Спрятав «сердце дракона» в суму, я встал и вышел из своей комнаты. В этот вечер меня ждал пир.
За столом собралось множество орков не последнего ранга. Я отметил мельком форму клыков, убедившись, что вокруг меня собрались одни воины, и под приветственный рев десятков луженых глоток спустился к столу. Внизу у лестницы меня уже поджидал Уз Солан, который вызвался представлять гостей. Компания подобралась солидная. Начальник гарнизона, градоправитель, главный казначей, канцлерский мытарь, и это далеко не полный список присутствующих. Разумеется, были тут только Узы и Таны. Прямые спины, огромные выпученные глаза, жгуты мышц, обвивающие полуобнаженные торсы. Если бы я не знал, что все они клерки и руководители, то, наверное, испугался.
Не буду рассказывать, что было на пиру, так как ничего особенного не произошло. Было много выпито и съедено, сказано множество тостов, особенно за спасение и правое дело, а мне вручен ключ от города, размеры которого позволяли взять городские ворота штурмом. Чтобы не утруждать мое, по мнению орков, слабое тело, это громоздкую штуковину прислонили к стене, где она и простояла вплоть до следующего дня, а позже непонятно куда исчезла, чему я был очень рад.
Утром меня беспардонно разбудили. Ну как утром? Часов в двенадцать, может в час. Лихая компания клыкастых засиделась до первых петухов, так что открыл я глаза с трудом и с неудовольствием фыркнул, попытавшись сфокусировать взгляд на серо — зеленом расплывчатом пятне. Пятно колыхалось и махало отростками, так что пришлось напрячь зрение, и я смог рассмотреть не в меру активного и от того, наверное, смущенного Уз Солена.
— О, великий маг, Черный. — Лепетал тот, тряся над головой бумагу. — Торопиться нам надо, выйти из города незамедлительно. Спешная депеша пришла, о том, что время совета сдвинуто, и Уз Колон, да брат его, Тан Колон, просят вас поторопиться.
Означало это одно. Противоборствующий политический лагерь подсуетился, и не желает тянуть время, а сам Колон зол и требует моего присутствия в круге. В голову пришла шальная мысль послать все подальше. Мутное воспоминание о «сердце дракона» вновь возникло в голове блеклым миражем. Я приподнялся и печально вздохнул. Надо будет при случае как следует потолковать с клыкастым, чтобы не зарывался. Настраивать его против себя, орка в этой стране далеко не последнего, я пока не хотел, так что пришлось подчиниться. Когда я умылся и сменил одежду, приготовленную мне по случаю местными портными, Фалько и Коба уже были на ногах и грузили в наш фургон снедь и удобства. Ну как грузили? Фалько присматривал, чтобы ничего не украли, а гном, маясь от похмелья, лежал внутри и держал на горячем лбу холодный половник. Состояние у меня тоже было не из лучших, и чарка красного, поднесенная услужливым Соленом, пришлась как нельзя кстати.
Выезжали мы из дальних ворот, в обход больших улиц и скоплений зевак, зато с комфортом и всеми удобствами. Поутру наше средство передвижения укомплектовали длинными мягкими скамьями, на которых можно было без труда разместиться в полный рост. Чтобы не упасть с лежака, когда телега наскочит колесом на ухаб, тут были предусмотрены такие же мягкие, как и все вокруг, бортики. В общем, превратили наш и так неплохой плацкарт в такой себе мягкий вагон, чему я был, безусловно, рад. В дорогу нас местная администрация снарядила щедро. Помимо трудолюбивых портных, которые успели за вечер и ночь состряпать нам вполне приличные шмотки, что и по фасону не отталкивали и по размеру подошли, нам была выдан ящик с десятком бутылей вина, целый плетеный короб свежего, одуряюще пахнущего, хлеба, и так же мяса, такое количество, что и не сосчитать.