"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Лекарство и не понадобится, — пояснил Шердан. — Через сотню-другую лет у землян выработается иммунитет. Они победят болезнь. Напишут новые тексты. Но для этого надобно время, которого у нас больше нет.
— Поверю вам на слово, — нахмурилась Женька. — Но вот любопытно. Что это за заразные тексты? Если не секрет.
— Никакого секрета, — ответил дмерх и назвал всё, что она просила. Евгения запомнила.
— Ещё вопрос. Почему я? Почему именно станция? И зачем было менять имя?
— Похоже, не только в языке дмерхов нет множественного числа, — сыронизировал Шердан.
«А у дмерхов есть чувство юмора», — подумала Женька.
— Ладно, вопросы. Для континуума это так важно?
— Я отвечу последовательно. Ты не против?
Женя кивнула.
— Континуум, по большому счёту, не причём. Ничего сверхъестественного. Людей из прошлого мы выбирали по наличию иммунитета. Это правда. Ты попала в их число. Игроков, то есть вас, мы расставили в соответствии с фигурами партии, в выгодные позиции. Двусторонняя связь. Всё остальное просто совпадение.
— Даже моя профессия и должность ксенопсихолога.
— Нет. Мы просчитываем ходы. Станция — стратегический объект. Нужно было определить кого-то именно сюда. Ролдону-2 как раз требовался ксенопсихолог, а ты, по стечению обстоятельств, оказалась психологом. Тебя и отправили. Мы решили, что это удачное совпадение. И не ошиблись… С именами и фамилиями мы перестраховались. Учёные конгломерата давно интересуются нами и следят за нашими агентами. Если бы временной телепортатор попал им в руки, то они постарались бы узнать, что это такое… Нельзя позволить учёным сопоставить факты, понять, что вы из прошлого и воспользоваться нашим изобретением. Это опасно… Кроме того, конгломерат тщательно проверяет документы и малейшие подозрения поставили бы всё под угрозу.
Женя поразмыслила и задала мучивший её вопрос:
— А я что-нибудь делала сама? Или вы мной «ходили»?
— Ты всё делала сама. В том-то и дело. Мы просто следили, чтобы ситуация не вышла из-под контроля.
— Почему тогда я видела чёртовы ходы?
— Твои мозговые волны слишком чувствительны к нейромодулятору. Твой разум ненадолго пробился к нам. Это едва не стоило тебе рассудка. Уберёг только иммунитет.
— То-то моему рассудку сейчас так паршиво.
— Я отрегулировал нейромодулятор и теперь это исключено. И… Да! Ты можешь связываться со мной. Произнеси моё имя, и я вернусь… А сейчас ухожу. Длительная связь вредна…
— Постой! — воскликнула Женька. — А как вы на самом деле выглядите?
Дмерх издал что-то похожее на смешок.
— Ты разочаруешься, поэтому оставлю это в тайне.
— Мне же любопытно…
Кажется, дмерх всё-таки смеялся.
— За это вы мне и нравитесь! За любопытство. В такой ситуации думать о том, как кто-то выглядит!.. Невероятно!
Шердан смеясь, отключил нейромодулятор, и веселье сменилось печалью. Он впервые сожалел о том, что им никогда не встретиться по-настоящему. Оставалось уповать лишь на то, чтобы всё получилось. В обоих континуумах.
Дмерх исчез. Женька вскочила с кровати и забегала по комнате, пытаясь справиться с эмоциями.
«Что же делать?.. Придётся, наверное, изучать шахматные партии?»
Спать она легла только под утро. С опухшей головой и твёрдым намереньем поговорить с Грегори. Серьёзно. А потом, с Талехом.
Глава 55. Дни с семьдесят восьмого по восемьдесят первый
Сразу разговора не получилось. Потому что в этот день… Итак, всё по порядку. Сначала прибыла шакренская экспедиция. Женька закончила приём на час раньше и отправилась встречать Сирила. Миритин тоже собирался, но ему пришлось срочно оперировать.
Евгения страшно нервничала, но увидев шакрена, позабыла обо всём. Это был прежний Сирил — синеглазый, с обалденной улыбкой. Такой улыбки не было ни у кого (потрясающая Талехова — вне конкуренции). Шакрен тоже обрадовался:
— Ева! — обнял легко и естественно, как старого друга, будто вчера расстались.
— Сирил, — Женька вдохнула такой знакомый аромат мяты со специями. Шакрен расспросил Евгению о её делах. Потом рассказал о своих. Учёные привезли множество образцов из туманности. Нужно было первым делом с ними разобраться. Женя проводила Сирила до лаборатории и помогла распаковать коробки и кофры. Потом шекрены отправились устраиваться с дороги, а Женя — к себе. Но сперва они договорились встретиться вечером, у Хала.
Евгения с пользой провела время, оставшееся до вечера. Несколько часов лазила по галанету, отыскивая и копируя заразные тексты. Попутно раскопала несколько шахматных сайтов с описаниями выдающихся шахматных партий. Женька мало в этом смыслила. Шахматист из неё не получился. Раньше, в далёком детстве они с папой частенько играли в шахматы. Женька сильно обижалась, когда проигрывала. А проигрывала она практически всегда. Хотя однажды умудрилась поставить отцу мат. Но радость победы омрачалась догадками, что он поддался дочери и поставил мат самому себе…
В процессе изучения бесчисленных комбинаций ходов — С-2 на Е-4… и тому подобного… Евгения чуть не уснула. Пришлось взбодриться душем, перед тем как идти в «Синегарскую звезду». По дороге Женя зашла в медотсек за Миритином и обнаружила там хмурого Грегори. Оказывается, он сегодня дежурил. Лизы поблизости не было. Хотя обычно в такие вечера медсестричка оставалась с ним допоздна. Женька хотела спросить, не потому ли у англичанина похоронный вид, но тут из кабинета вылетел Миритин, стаскивая на ходу халат.
— Всё! — восклицал он. — С меня хватит! Пять часов операции! Без перерыва…Надо срочно расслабиться.
— Вы куда? — кисло спросил Грегори.
— К Халу! — дружно ответили Женька с Миритином.
— А-а… — протянул Грегори и уткнулся в микроскоп.
— Ничего, завтра сходишь, — утешил его доктор.
— А чего вы туда зачастили? — поинтересовался Грегори, не отрываясь от объектива.
Они переглянулись, не сговариваясь, подмигнули друг другу, и ни словом не обмолвились о своей маленькой тайне.
— Придёшь, узнаешь, — улыбнулся шакрен. — Только обязательно закажи маркафское долинное. Розовое или сиреневое…
В «Синегарской звезде» было как всегда, не протолкнуться, но для них моментально нашёлся столик. Сирил уже сидел в ресторане и в ожидании друзей заказал лучшее долинное вино.
— Взял на себя смелость, — улыбнулся он и кивнул доктору. — Давно не виделись.
— Привет-привет, — ответил Миритин и выразительно посмотрел на Женьку.
Доктор помнил, что она хотела поговорить с Сирилом. Поэтому тактично отошёл к барной стойке «перекинуться парой слов с Халом».
— Э-э… — издалека начала Женька. — Понимаешь… Ты мне очень нравишься, но…
Она мучительно подбирала выражения, собралась с духом и выпалила:
— Я встречаюсь с Талехом.
На лице Сирила отразилось удивление, затем понимание. Он улыбнулся и взял Женькины ладони в свои — крепкие, мужские, даром что шакренские.
— Ева, это хорошо. Но ты снова забываешь, кто я.
Она кивнула. Таким разительным был контраст между тем, что она видела, и тем, что она знала.
— Ты мне тоже нравишься, — продолжал шакрен. — Чуточку больше, чем следует, но я не могу дать тебе то, что ты хочешь.
У Женьки резко отлегло от сердца. Миритин был прав. Она улыбнулась Сирилу.
— Ты уверен?
— Да. Всё это приятно, чудесно, но… Самрай-шак и чарим-вей не живут вместе. Мы сами по себе. За исключением фазы спериума, вынашивания и рождения потомства. И не дружим. Ты — исключение, в определённом смысле.
— Знаю, — ответила Женька. — Значит, друзья?
— Примерно так, — рассмеялся он. — Но я часто вспоминаю…
Взгляд Сирила как-то особенно потеплел.
— Я тоже, — ответила Женька. — И не забуду.
— А ещё я хочу, чтобы ты прилетела на Шакренион, — сказал Сирил. — Погостить. Считай, что я тебя пригласил. Когда закончится война.
— С радостью, — Женя кивнула.
Лучше не вдаваться в подробности, чтобы у Сирила не возникало лишних вопросов…