Все еще жив (СИ)

Аха-ха-ха! Если бы армия работала именно так… Я бы посмотрел. Нет, честно, я бы посмотрел на армию страны, которая оказалась бы вынуждена воевать, если бы все её солдаты ставили свою жизнь превыше всех остальных. Как бы они воевали? Обстреливали противника из пушек, а потом бежали, теряя штаны? Воевали только ловушками? Или просто отдали бы свою землю?
Нет уж, армия — это место, где ты бьёшься насмерть, несмотря ни на что. И если тебе повезёт выжить и не стать калекой, то как минимум ты получишь очень и очень ценный опыт выживания в любой ситуации, и разумной жестокости, которую необходимо применять. А уж при малой толике удачи можно легко поживиться чем-то интересным — военные трофеи считаются святой наградой, на которую, в каком-то роде, не может претендовать никто. Кроме того, по окончании наступательной войны (если она успешна) всем выжившим выдавали неплохие премии. Ну и ключевое для тех же крестьян, которые зачастую шли на воинскую службу — рацион питания. Солдат всегда кормили хоть и не от пуза, но достаточно сытно, ведь воин должен внушать страх противнику и создавать ощущение угрозы, а не являться посмешищем.
И за всё это солдаты платили беспрекословным подчинением.
Не было у меня выбора, выходит. Не было… И раз мне поручили сыграть роль «обратного разведчика», то я выполню её.
Остаётся лишь постараться изо всех сил. Представить себя иным человеком. Надеть маску. Хватит ли у меня мастерства? Хорошо ещё, что Изен, хоть и являлся достаточно «старым» магом, был из новичков, которые прибыли к Фирнадану всего с неделю назад! К тому же наблюда… ш-ш-ш… «наставник», а не наблюдатель! Не перепутать бы! В вольных городах должность наблюдателя называется наставником. В общем, наставник Муллер был человеком занятым — на него сразу два десятка колдунов повесили. Оттого он если и проводил с кем-то лишнее время, то лишь по нужде. Хотя вроде какую-то магичку успел в постели повалять, если я правильно интерпретировал скупую память Изена.
Но вот, впереди сверкнул свет, а значит, хватит бессмысленно гонять в голове глупые мысли. Пора приготовиться к самому сложному этапу моей миссии. Если получится, то дальше будет проще. Фух… Хорес смотрит на тебя, Кирин, не подведи!
Хорошо ещё, что вместе с чужим лицом, целитель успел поработать со связками, сделав мой голос если не один в один, то точно похожим на настоящего Изена. Этого должно хватить… Должно!
В следующий миг я выбрался наружу, оказавшись в широкой комнате. Острый нюх крысы ещё в норе позволил мне ощутить запах людей, так что я не удивился «комитету по встрече».
Впереди стояло три лёгких инсурия, направивших сопла своих огнемётов чуть ли не мне в лицо. За ними расположилось шестеро солдат с ружьями наготове. У каждого на шее висел антимагический амулет. Сам Муллер тоже был среди них — стоял ещё дальше, но удерживал Огненную сферу. Демонстративно так удерживал, гад…
И эта вот обстановка весьма напрягала! Создавалось ощущение, что меня УЖЕ раскрыли, хоть это было и не так. Не так ведь, верно?..
Обращение в человека шло под задумчивыми взглядами, которые ждали лишь намёка, лишь мельчайшего движения не по придуманному ими в своей же голове плану.
И вот мы, три волшебника, стоим и смотрим. На нас смотрят аналогично.
— Великолепный комитет по встрече, наставник! — уголок губ невольно дёрнулся, но я посчитал, что так даже лучше. Изен был… довольно специфичным человеком — со своими тараканами в голове.
— Нужно было убедиться, что вместо вас не придёт кто-то другой, — Муллер несколько отстранённо и словно не до конца уверенно, убрал Огненную сферу. — Фаламар, Корвер, всё в порядке? — взглянул он на моих сопровождающих.
— Не всё, — пожал плечами Борх, ныне выдававший себя за Фаламара. Парень, после Мускольной Дымки, вполне себе оправился и ничего в нём не говорило о том, что лишь недавно собирался помирать. — Но могло быть и хуже.
— Если всё нормально, то можно мне отлить? — вытянулся Атон, изображавший Корвера.
Последняя фраза была в тему, — мысленно улыбнулся я, глядя на ухмыляющиеся лица стражников с антимагическими амулетами. Шлемы инсуриев мешали определить их эмоции, но дай мне возможность сделать ставку, сказал бы, что те тоже ощутило расслабились.
 
Талант! Нет, серьёзно — нужно уметь своевременно разрядить обстановку.
— Сразу доклад или нас хотя бы накормят? — усмехнулся я. — Наставник?
— Десять… — мужчина поднял взгляд в потолок, — Двуликий с вами, двадцать минут, чтобы привести себя в порядок, потом ищите меня возле первого полигона донжона. Но если есть что-то важное, — Муллер сверкнул глазами, — то идём сразу к коменданту. Вы — первые и единственные разведчики, которые смогли попасть в лагерь имперцев и вернуться обратно. Вы же… — он опасно прищурился, — дошли до их лагеря?
Хорес! Мне уже нравится мысль, что командование противника на полном серьёзе подозревает своих версов в том, что те отсиживаются где-то в подземных норах и ни хрена не делают!
— Наставник… — добавил я в голос укоризненные интонации. — Как вы могли так подумать?
Интересно, а Муллер и правда этого не знает или играет роль? С него станется! Даже на вид создаёт ощущение хитрого лиса.
— Конечно дошли, — продолжил я, видя, что мужчина по прежнему ждал ответ. — И даже сумели, хе-хе, «улучшить» им условия проживания!
— Не здесь, — только и буркнул он, окончательно поверив, что мы и правда свои. Махнув рукой, Муллер развернулся и бодрым шагом направился куда-то по коридору.
Солдаты и инсурии принялись действовать в схожем ключе, хоть и по своему. Три железных болвана подошли к двери и аккуратно, по одному, бочком, начали из неё выходить. И это ещё лёгкие инсурии! Что было бы, окажись здесь тяжёлые? Хотя, они бы и не пролезли. Тяжёлые модели предназначены или для охраны дворцов — куда заранее закладывают тот факт, что по ним будут бродить стальные гиганты под три метра ростом, — или для уличных баталий, таких, как у нас сейчас.
Солдаты же неторопливо разряжали ружья, ссыпая порох в маленькие коробочки, а потом зачехляя собственные орудия смерти. Действовали они в привычном темпе, даже умудряясь негромко обмениваться друг с другом фразами и над чем-то посмеиваться.
— Парни, поспешите, в самом-то деле! — Атон, зажимая у себя между ног, принялся подпрыгивать, пристроившись за последним инсурием.
— В штаны, Корвер, — расхохотался я, едва не назвав мага настоящим именем. — Представь, что мы всё ещё бегаем по чёртовым окопам имперских ублюдков.
— Я в форме крысы поссал, — меланхолично пояснил Борх, вызвав новую порцию смеха от парочки солдат.
Наконец вырвавшись из помещения, я уверенно направился в сторону, куда ранее ушёл Муллер — мельком увидел направление, в которое он развернулся, шагнув в коридор. У меня не было ни малейшего понятия, куда эта дорога приведёт, но я знал, что нельзя давать даже скудный намёк на собственное незнание хоть чего-либо! Следовательно, изображаю уверенность, даже когда на неё нет и намёка.
— Оу, чудо из чудес, я сразу же расхотел, — проворчал Атон. — Похоже, на меня давили стены.
— Скорее острое желание облегчить мочевой пузырь вызывали направленные в лицо ружья, — усмехнулся я, вызвав смешок у Борха и фырк у Атона.
Вскоре выяснилось, что направление было верным. Ну-у-у… вроде бы. Мы добрались до винтовой каменной лестницы, которая вела вверх и вниз.
— Кир… кха-кха, — с трудом исправился Атон, — Изен, как думаешь, что сейчас дают на кухне? — и отчётливо, одними глазами, указал вниз.
— Я думаю птицу. Летающую такую, — скрестил руки на груди Борх, мотнув головой вверх.
Просто прекрасно!
— Друзья мои, — обернулся я к ним, блистая улыбкой, а сам оглядел коридор в поисках возможных наблюдателей и свидетелей. — Вы в курсе, что много жрать — вредно? Я вообще думал просто походить по двору, обдумать, что и как мы будем докладывать наставнику.
Оба парня хмуро переглянулись, очевидно не поняв мою слишком тонкую аллегорию. Кретины, что ещё можно ожидать?..