Все еще жив (СИ)

— Твоя сила… — продолжил его сосед.
— Это ничто. Лишь искра для… — заговорил следующий за ним.
— Наслаждений и развлечений… — гнусавый голос уже был знаком мужчине.
— Моих созданий… — закончил новый уродец.
Зубы будущего императора стиснулись так, что даже затрещали.
— Они будут процветать… — шамкал старик.
— В твоих муках…
Полёт над Аурас-Изизис начал замедляться. Они оказались напротив циклопической башни в форме полумесяца с широкими переливающимися светом рёбрами, в которые были встроены пушки, очевидно магические, так как вместо ядер стреляли чистой энергией.
Через несколько секунд в стене открылась пасть, куда они и залетели.
— Сколько бы ты не убегал, сколько бы не лизал пятки своим хозяевам из Верховной Ложи, но момент расплаты настанет, слышишь меня, старый ублюдок⁈ — крикнул Джориз.
— Твои глаза… — шелестел холодный воздух на сухих губах.
— Вынут… — он наслаждался этим мигом.
— Мужское естество… — наблюдая за беспомощным пленником.
— Отрежут… — каждый звук пылал скрытой за ним силой.
— И я передам тебя… — Орозон беспрерывно крутил головой, стремясь увидеть того, кто говорил, будто бы от этого что-то зависело.
— Своим детям… — это было ложное чувство.
— На потеху и поругание…
Джориз заставил себя рассмеяться, сбрасывая липкий страх, которых охватил его с ног до головы.
— Как бы ты не измывался над телом, но дух сломить будет посложнее. И он будет покрепче, чем у тебя, — слова давались мужчине с ощутимым трудом.
— Ты будешь сокрушён…
— Разбит и унижен…
— Твои раны изойдут кровью…
— И семенем моих детей…
— Честь твоя обратится…
— Пеплом…
— И будет развеяна по ветру…
— Где боги соберут её! — уверенно произнёс Орозон. — Те, кого опасаются даже твои хозяева!
Но его слова были проигнорированы.
— Ты будешь рыдать…
Яркий свет начал заполнять окно, освещая комнату сухим и безжизненным, бесконечно белым потоком. Прикованный мужчина заревел что было сил, вновь начав рвать свои цепи.
— И когда всё будет сделано… — продолжал шептать мёртвый голос.
— Ты расскажешь мне…
— Где твой юный друг…
— Спрятал…
— Последний «Вращатель»…
Воспоминание императора внезапно подёрнулась дымкой и ход памяти оказался прерван совсем другим голосом. Более знакомым, привычным и комфортным.
«Не береди раны. Силы ещё понадобятся тебе».
— Хорес… — уткнулся Дэсарандес в собственные подрагивающие ладони, ощущая на коже непрошеную влагу. — Спасибо, что спас меня тогда.
«Ты благодарил меня уже тысячи раз. Тысячи тысяч раз».
— И буду благодарить вновь и вновь, — решительно поднялся Мирадель. — А теперь… нужно сходить прогуляться перед ночным наступлением. Развеяться.
* * *
Бытие крысы… Могу ли я теперь говорить о том, что в должной мере проникся жизнью этих животных? Может, стоит в дальнейшем написать об этом книгу? Пока у меня ещё есть хоть немного времени!
Вредители… Сука…
— Смотри, куда ноги ставишь! — закричал я, но из моих новых уст вылетело лишь возмущённое пищание.
Не дожидаясь, пока раздражённый солдат вольных городов, у которого и так день не задался (особенно у тех войск, которые сидели не за стенами, а обороняли их внизу), попросту раздавит меня сапогом, шустро юркнул за холщевину палатки, механически отмечая, что Борх и Атон (единственные, кроме меня, кто знал мунтос), маленькими тенями, шмыгнули следом. Хорошо. План и так держится на соплях, не хватало ещё этим доходягам где-то отстать или заблудиться.
Было очевидно, что любые животные на территории противника относятся к классу подозрительных объектов, даже если они сливаются с местностью, как мы. Или правильно будет сказать «особенно, если сливаются»? Уверен, тут найдутся такие же глазастые, как и я. А даже ежели нет, то будут какие-нибудь артефакты, наподобие тех, которые я, вместе с остальными магами, изготавливал для разведки — на поиск потенциального неприятеля по кустам.
Тьфу, зла не хватает…
Восстановив неточное и попросту «дырявое» воспоминание Изена (что поделать, ну не некромант я!), пробежал ещё немного вперёд, а потом приметил широкий, ярко-алый флаг Триединства, который лениво колыхался на ветру. Вот он — знак. Значит, где-то тут должны быть нужные руны…
 
Вскоре я приметил подходящий участок стены, расположенный за клетками пленников, пойманных в ходе сегодняшней стычки Империи и сил вольных городов. И это были даже не «перебежчики»!
Остро захотелось как-то помочь бедолагам, хотя бы в том, чтобы подарить им быструю и милосердную смерть, но их охранял десяток солдат и суровый сержант, периодически осматривающий и узников, и своих подопечных.
Хах, ощущение, будто бы он их каждый раз пересчитывал, но уверен, мужик не умеет считать. Грамотные, если не совсем идиоты, обычно быстро переходят на более весомые и руководящие должности.
Обходя лужи нечистот и крови, а также кучи всякого мусора, меня едва не вырвало. Проклятый крысиный нос был неимоверно чувствителен, позволяя унюхать запах еды с нескольких сотен метров! А ещё усы очень отвлекали. Они были будто бы ещё одна рука или нога — помогали ориентироваться в пространстве и ощущать всё вокруг. Какие-то мышцы носа, из которого росли усы, постоянно сокращались, отчего они вибрировали и словно «осязали» воздух. Странное чувство, необычное. В облике ворона такого не было. Впрочем, к нему я уже давно привык и даже не обращал на подобное внимание.
Добравшись до стен Фирнадана, пробежал вдоль них и наткнулся на маленькие, еле заметные выбоины рун. Замечательно! Теперь коснуться вон той, крайней, похожей на раздавленного жука. И если при касании на носителе будет амулет…
В моём восприятии энергий словно что-то кольнуло, а потом один из камней кладки попросту исчез. Грёбаные рунные волшебники! Я тоже хочу такое уметь, а то только и делаю, что дешёвые амулеты отпугивания блох и обогрева — простейшие, но расходящееся как горячие пирожки, артефакты. Всем нужны, всем понятны, а с учётом малого количества магов — и ещё более малого процента артефакторов среди этих магов, — превращаются в уникальную и крайне редкую штуку. Но это не отменяет ранее сказанного: то, что я делаю — дешёвая имитация. Дерьмо на палке. Я же хочу прикоснуться к чему-то поистине высокому. Как, например, этому.
Жаль только, что кто бы ни был ответственен за столь искусно скрытый проход, он давно умер. Амулеты, сами руны и, хе-хе, укрепления города, выглядели весьма старыми. Значит, скорее всего, артефакты лежали где-то в загашниках у власть имущих, а как жопу припекло, так и начали реализовывать всё, что только под руку попадётся.
М-да, это что получается, несмотря на жутко интересную рунную вязь, реального прока от этих предметов почти нет? Бред. Хотя… для защитников в текущей ситуации и правда нет, а вот в перспективе… можно придумать весьма много способов реализации. Потенциал хорош.
Скажем… Огненная сфера — боевой артефакт, позволяющий волшебнику, плохо знакомому со стихиями или имеющим неподходящий вид магии, пользоваться огнём. Тут нечто похожее — артефакт, который может позволить обращаться в зверя. Удобно! Зачем учить несколько форм (или даже одну) — просто нацепи безделушку и стань оборотнем.
Эти мысли крутились в моей голове, пока я пробирался по узкому и тёмному проходу в стенах. Впрочем, чем дальше я пролезал, тем сильнее менялась полярность этих самых мыслей. Всё больше я начинал думать о том, куда всё-таки влез. И я, сука, не о стене! Точнее о стене, но косвенно.
Странно… вроде не дурак, но почему?.. Почему согласился на самоубийственное задание⁈ Нэшсен направил? Так плевать на него! Разве не мог я хотя бы попытаться доказать свою точку зрения? Я УЖЕ в штрафной роте, так какого чёрта только что оказался в ещё большей яме⁈
С другой стороны… ладно ещё сержант — за отказ от какого-то задания, не во время сражения, а в условном перерыве, меня бы вряд ли наказали. Слишком сильно, имею в виду. Но ведь Нэшсен довёл свой план до вышестоящих! И когда подобный приказ исходит, например, от капитана, то уже не выйдет просто отказаться. Что вообще значит «отказаться»? Сегодня не захотел идти к врагу, завтра не захочешь вступать в бой, потому что, видите ли, там помереть можно!