Безжалостные Фейри (ЛП)

Дариус, с другой стороны, не казался удивленным, и выглядел так, словно вот-вот превратится в гигантскую огнедышащую рептилию. Макс потянулся к нему, провел ладонью по его руке, и он слегка расслабился. Я догадалась, что Сирена только что выкачал из него часть его гнева, и была немного удивлена этим жестом.
— Итак, расскажите мне, девочки, — спросила Антония Капелла. — Вы много думали над своим заявлением?
 Что ж, по крайней мере, хоть кто-то в этой комнате сразу переходит к делу. 
— Мы действительно не придали этому большого значения, — сказала Дарси. — Это даже не кажется реальным. Однако у нас нет планов врываться и садиться на трон.
Все члены Совета мрачно рассмеялись в ответ на это.
— Я полагаю, у вас были бы небольшие проблемы с этим, даже если бы вы захотели, — прокомментировал Тиберий, и это прозвучало почти по-доброму, но в этом была угроза. Эти мужчины и женщины охраняли пустой трон, и не собирались позволять двум девочкам, выросшим в мире смертных, сидеть на нем.
— Ну, мы не хотим его, — огрызнулась я, мое раздражение немного усилилось. — Мы просто хотим провести время в Академии, научиться использовать нашу магию и претендовать на наше наследство — в финансовом плане. Вы можешь сохранить свой пустой трон.
— Вот так просто? — спросила Мелинда, выгибая коричневую бровь.
— Вот так просто, — согласилась я, и Дарси твердо кивнула.
— Прекрасно. Тогда эта встреча пришла к естественному завершению. Мы должны пойти и присоединиться к вечеринке. — Лайонел поднялся на ноги и выскочил из комнаты еще до того, как я по-настоящему осознала, что он делает.
Остальные члены Совета тоже ушли, и Наследники последовали за ними.
Мы встали, чтобы пойти за ними, и Калеб на мгновение придвинулся ко мне, его кончики пальцев скользнули по моей руке.
— Ну, это было весело, не так ли? — поддразнил он. — Может быть, мы пойдем и найдем что-нибудь выпить?
— По-моему, это звучит как хорошая идея.
   
 Дарси 
Мы спустились в вестибюль, следуя за Лайонелом и другими Советниками по длинным и извилистым коридорам, прежде чем оказаться в огромном бальном зале, который был переполнен людьми. Невероятный гобелен, занимающий всю стену, изображал четырех гигантских драконов в красном, золотом, зеленом и темно-синем цветах, сидящих на вершинах гор сокровищ. Огонь кружился вокруг них, а в центре был изображен огромный герб Дома Акрукс, выбитым внизу жирными буквами.
Комната была такой же роскошной, как и весь остальной дом, с полом из темного дерева и тремя впечатляющими хрустальными люстрами, свисающими с потолка. В дальнем конце зала находился струнный квартет, бренчавший на инструментах, полностью сделанных из золота. Они играли свою мелодию в мрачном и зловещем ритме, который соответствовал неровному биению моего сердца.
Наряды участников вечеринки были выше всяких похвал; драгоценности и безделушки, которые они носили, были почти ослепляющими. Взгляды обратились в нашу сторону, когда дворецкий объявил о прибытии Лайонела и других членов Совета, затем Наследников и, наконец, нас.
Все в комнате захлопали в ладоши, вытягивая шеи, чтобы убедиться, что они хорошо разглядели двух потерянных близнецов Вега. Хотя их аплодисменты были энергичными, выражение лиц казались расчетливыми, оценивающими. Люди обменивались шепотом, и на моем лбу выступили капельки пота. Я чувствовала себя оленем, пойманным перед охотниками, хотя никто из них еще не сказал нам ни слова. Но эти глаза говорили все. Мы были угрозой.
Кто-то хлопал громче всех в комнате, пробираясь сквозь толпу и раздвигая ее своими широкими плечами. Мой рот приоткрылся, когда мужчина протиснулся вперед, и узнавание хлынуло через меня. По его усам, лысой голове и массивным размерам было ясно, что он оказался тем человеком, который был изображен на фотографии, переданной нам Аструмом. Я взглянула на Тори, и она с надеждой посмотрела на меня.
— Браво! — радостно крикнул он. — Хорошее шоу! Отличное зрелище!
Это было слишком великодушно в ответ на то, что мы просто стояли там, как пара манекенов, но он продолжал хлопать, в то время как остальная часть толпы перестала аплодировать и вступила в оживленную беседу друг с другом.
 
Советники разошлись вместе с Наследниками, погрузившись в то, что казалось хорошо знакомой рутиной приветствия всех, пожатия им рук и проведения нескольких минут в болтовне.
Еще несколько человек собрались вокруг восторженного хлопателя, широко улыбаясь нам, и у меня возникло то же неловкое чувство, как и тогда, когда О.С.Е.Л. смотрели в нашу сторону.
Мужчина шагнул вперед, чтобы поприветствовать нас, и я не могла поверить, что он приземлился прямо на колени.
— Простите мой язык, Ваши Величества, но созрей мой виноград, для меня большая честь познакомиться с вами обеими. — Он протянул большую ладонь, и у меня вырвался смешок, когда я поняла, с кем этот человек просто должен был быть связан.
— Вы случайно не знаете Джеральдину Грас? — спросила я, и он энергично кивнул.
— Моя дочь рассказала мне просто все о вас — все. Но, черт возьми, ежевика! Где мои манеры? Вы, должно быть, думаете, что я абсолютный болтун и ужасно невежлив, раз даже еще не назвал вам своего имени. — Он низко поклонился, его руки вращались в воздухе по обе стороны от него, а ноги были скрещены в лодыжках. Было довольно впечатляюще, как низко он склонился в таком неловком поклоне. Люди начали смеяться и бормотать, и мое сердце дрогнуло от раздражения. Чтобы противостоять неприятным насмешкам, которые я слышала, произносимым за спиной и в уши, я произнесла свои следующие слова слишком громко.
— Джеральдина — одна из немногих людей в Академии, которые проявили к нам доброту, мистер Грас. Мы очень благодарны за то, что знаем ее.
— О, мои соленые кишмиши, какой великолепный комплимент. — Он покраснел и провел рукой под своим огромным квадратным подбородком. — Пожалуйста, пожалуйста, простите меня, Ваши Величества. Мой рот снова убежал вперёд меня. Мне очень стыдно за себя за то, что я так грубо говорю перед вами обоими. Меня зовут Хэмиш Грас, но не стесняйтесь называть меня любым именем, каким пожелаете, в ответ на мое непристойное поведение. — Его друзья от души рассмеялись у него за спиной, но не недоброжелательно. Они подошли ближе, каждый представился, и нас захлестнуло море возмутительных комплиментов, которые были почти такими же неловкими, как взгляды, которые мы получали от остальной толпы.
— Хрустящие огурцы, прошу меня простить. Как невежливо с моей стороны заставлять вас разговаривать. Пожалуйста, продолжайте кружить по комнате, мы слишком долго вас беспокоили. — Хэмиш снова низко поклонился, выпроваживая других роялистов и оставляя нас практически задыхающимися.
— Ну, по крайней мере, здесь есть несколько человек на нашей стороне, — сказала Тори, и я кивнула, схватив пару бокалов шампанского, когда официант прошел с ними, едва остановившись для нас.
— Надеюсь, у нас будет возможность спросить его о сама-знаешь-чем позже, — прошептала я, передавая Тори один из бокалов.
Тори кивнула, потягивая свой напиток.
— Хоть что-то хорошее в этой вечеринке.
Я заметила Ориона, быстро пробирающегося сквозь толпу, и жену Лайонела, Каталину, которая оглядывалась вокруг, как будто искала его. Он пронесся мимо нас, коротко кивнув в нашу сторону, прежде чем направиться дальше, и мои глаза инстинктивно опустились на его задницу. Может быть, на этой вечеринке есть две хорошие вещи.
— Лайонел кажется очаровательным, — прокомментировала Тори.
Я кивнула, ища Лайонела в другом конце комнаты, и обнаружила, что он смотрит прямо на меня. Мое сердце подпрыгнуло от его расплавленного взгляда, и я сделала быстрый глоток своего напитка, заставляя себя поддерживать зрительный контакт с ним. Это было довольно трудно, и мне казалось, что мои глаза вот-вот расплавятся под его пристальным взглядом.
Кто-то прошел перед ним, и в ту же секунду, как кто-то прошел, Лайонел исчез. Как чертов призрак.