Безжалостные Фейри (ЛП)

Я медленно выдохнула, вместо этого глядя на мать Дариуса.
 Святые фальшивые сиськи! 
Мамочка Акрукс была потрясающе красива и идеально сложена, ее бледно-розовое платье было с вырезом в виде сердечка, который открывал большую ложбинку. Было действительно трудно отвести от этого взгляд. Я думала, что у меня довольно приличная фигура, но рядом с ее пышными формами я была блином с лицом. Настоящие цветы цвели по бокам ее платья, открывая и закрывая лепестки разных оттенков синего, чтобы дополнить наряд ее мужа, и я догадалась, что это означало, что она владела Стихией Земли, хотя никогда раньше не видела, чтобы магия использовалась таким красивым, бессмысленным способом. Ее лицо было накрашено необходимым количеством косметики, чтобы подчеркнуть ее красоту. У нее были темные волосы Дариуса, бронзовая кожа и глубокие карие глаза, и она повисла на руке мужа, как конфетка в руке. Мужчины в комнате не так тонко разглядывали ее, но я не могла их винить. Черт возьми, она мне даже нравилась.
Дворецкому явно предстояло еще поработать, и он вышел вперед, чтобы представить нас своим Верховным лорду и леди.
— Позвольте представить Наследников Целестиалов, Макса Ригеля, Сета Капеллу, Калеба Альтаира и Мастера Акрукса, — сказал он.
Все Наследники двинулись вперед, чтобы поприветствовать Акруксов, и я подавила свое удивление, когда каждый из них склонил головы перед папой Акруксом. Мамочка Акрукс раздавала воздушные поцелуи и объятия, которые на мгновение притянули Наследников к этим грудям. Сет ухмыльнулся, отодвигаясь в сторону, и Дариус подошел последним.
Его отец едва удостоил его взглядом, а мать не обняла, но провела рукой по его щеке.
— Как приятно видеть тебя, Дариус, дорогой, — пробормотала она, ее тон был страстным, и на самом деле она, казалось, не была особенно рада видеть своего сына.
— Я скучал по тебе, мама, — ответил Дариус, его голос звучал так, как будто он был на автопилоте даже для меня.
— Лэнс Орион, — объявил дворецкий следующим, и у меня сложилось впечатление, что обращение к нам последним было намеренным.
Орион поклонился немного ниже, чем Наследники, когда приблизился к Акруксам.
— Добрый вечер, дядя, тетя, — сказал он официально, и я нахмурилась. Насколько я знала, он не был родственником семьи Дариуса.
Он был вознагражден дополнительными пятью секундами против пластического совершенства грудей мамочки Акрукс, и я была почти уверена, что его улыбка приобрела вымученное качество, когда она отпустила его.
— Леди Роксания и Гвендалина Вега, — объявил дворецкий последним, жестом приглашая нас вперед.
— На самом деле Тори и Дарси, — сказала я, не делая шага вперед, и уверена, что, черт возьми, также не стала бы кланяться. Этот момент был испытанием нашего мужества, и я отказалась поддаваться запугиванию, чтобы подчиниться.
Папа Акрукс приподнял бровь от моего тона, и я почувствовала, как Дариус пристально смотрит на меня, но я просто выдержала его взгляд.
— Это имена, с которыми мы выросли, — добавила Дарси, когда никто больше не решился заговорить. — И мы их очень любим.
— Смертные имена? — Спросил Лайонел, его губы скривились, как будто он находил это забавным или отвратительным, трудно сказать, что именно. — Ерунда, потерянные близнецы Вега не могут носить никаких имен, кроме тех, чтодал им король.
— Ну, я слышала, что король был немного не в себе, — мягко сказала я. — Так что, возможно, лучше не жить так, как он поступал. Но если вам нравится идея обращаться к нам по этим именам, то почему бы мне просто не называть вас Барри, и мы посмотрим, как вам это понравится?
Воцарилась оглушительная тишина, и я почувствовала, что все взгляды в вестибюле прикованы ко мне, но просто мило улыбнулась и стала ждать, что произойдет. Дарси стояла рядом со мной, демонстрируя единый фронт против этой комнаты монстров, и я была бесконечно благодарна за то, что была благословлена жизнью рядом с моей сестрой.
Мамочка Акрукс хихикнула, снимая напряжение, и сжала руку мужа.
 
Лайонел одарил нас улыбкой, которая больше походила на то, что он обнажал зубы, но от него тоже исходил смех, как будто мы все просто шутили, а не участвовали в соревновании по раздражению друг друга.
Наследники мгновенно присоединились к смеху, как будто все они были запрограммированы на то, чтобы встать в строй при малейшем намеке своего начальника.
— Тогда Тори и Дарси, — любезно сказал Лайонел, хотя целенаправленно посмотрел на меня, когда сказал «Дарси», и наоборот. Однако я пропустила это мимо ушей, просто радуясь, что прошла первое испытание. Эта ночь обещала быть долгой.
— Возможно, нам следует оставить вас на вашей встрече с остальными членами Совета, — промурлыкала Каталина, беря руку Ориона в свою идеально ухоженную хватку.
— Да, мы не должны заставлять их ждать, — согласился Лайонел.
— Давай, Лэнс, ты можешь развлечь меня, пока они будут говорить о делах, — сказала Каталина, крепче сжимая Ориона и прижимаясь к нему всем телом.
Орион наклонил голову к Лайонелу, прежде чем увести ее, и я взглянула на Дарси, чтобы посмотреть, что она думает о нашем профессоре Кардинальной Магии, делающем реверанс перед Акруксами, как маленькое домашнее животное. Ее глаза слегка расширились, и мои губы дрогнули в ответ. Да, теперь мы определенно были в гуще сумасшедшего дома. Но другого выхода, кроме как пройти через это, нет.
— Идемте, — проинструктировал Лайонел, поворачиваясь спиной ко всем нам таким образом, который, как я знала, должен был показать его превосходство. Я точно знала, как не хорошо обычно поворачиваться спиной к другому фейри, но на этот раз никто из Наследников и глазом не моргнул, явно принимая свои места ниже него в иерархии. Он направился вверх по парадной лестнице и оставил нас следовать за ним.
Дариус двинулся ко мне, взяв меня за руку, не оставляя выбора в этом вопросе.
К ее большому отвращению, Макс взял Дарси и повел за Лайонелом, а Сет и Калеб последовали за ними.
Дариус на мгновение задержал меня, наклонившись, чтобы сказать мне на ухо, чтобы дворецкий и другие слуги не услышали, что он собирался сказать.
— Следи за собой, Рокси, — прорычал он, его дыхание танцевало на моей коже.
Я повернула к нему лицо, моя щека на мгновение коснулась его щеки, когда я посмотрела в его темные глаза. Я не была уверена, что там нашла, но его хватка на моей руке усилилась от вызова в моем взгляде.
— Ты что, оглох, Дариус? — Я вздохнула. — Это не мое имя.
Я попыталась отмахнуться от него, направляясь к лестнице, но он отказался отпустить меня, вместо этого идя рядом со мной.
Я стиснула зубы в знак согласия. Я не собиралась вырывать свою руку из его хватки и устраивать сцену, но также не собиралась просто прогибаться перед его отцом или остальными членами Совета Целестиалов.
На вершине широкой лестницы Лайонел повел нас налево, и мы последовали за ним по огромному коридору, устланному плюшевым красным ковром и огромными картинами, висящими в золотых рамах. Все это было очень величественно и вычурно, больше похоже на музей, чем на дом, и я задавалась вопросом, каково было бы вырасти в таком месте, как это. Я просто не могла представить себе маленького Дариуса, ковыляющего по коридорам с плюшевым мишкой, зажатым в кулаке.
Дворецкий каким-то образом добрался сюда раньше нас и ждал за двойными дверями, когда мы подошли. Он с размаху открыл их для нас.
— Верховный лорд Тиберий Ригель, Верховная леди Антония Капелла и Верховная леди Мелинда Альтаир, — сказал он, отступая в сторону, чтобы мы могли войти.
Помещение, в которое мы вошли, было чем-то вроде роскошной гостиной. Такая комната, которая на самом деле, казалось, не имела никакой цели. Стены были уставлены книжными полками с толстыми томами, темно-зеленые занавески висели рядом с окнами длиной до пола, которые выходили на обширную ухоженную территорию с мерцающим вдалеке озером.
Огромный камин занимал большую часть стены справа от нас, и в его центре бушевал огонь, хотя в комнате от этого не было жарко. Перед камином широким кругом стояли шесть плюшевых кремовых кресел, но в них никто не сидел. Другие Советники Целестиалов стояли слева от комнаты, каждый держал в руках напитки, хотя они оставили их, чтобы поприветствовать своих детей, когда те прибыли.