Измена. Она его украла (СИ)

— Владислав, окно справа — нам туда. Займи очередь, я не ту папку взял.
— Игорь Андреевич, я сам сбегаю, — раздается знакомый голос. Сомнений нет, это он. Незаметно оборачиваюсь в пол оборота: за мной стоят седой мужчина в возрасте и Владислав.
Он поднимает выше глаза и узнает меня. Сдержанно кивает, разворачивается и выходит из здания. Я отмечаю, что не дышала все это время и шумно выпускаю воздух из легких.
Подходит моя очередь, и я отвлекаюсь. Когда с бумагами покончено, отступаю в сторону. Седой мужчина протягивает документы в окошко и общается со специалистом. А Влад просто смотрит на меня, как в моем сне. Молчит, и только взгляд говорящий, тоскливый какой-то. Я теряюсь и чуть не роняю из рук сумку вместе с документами. Влад делает шаг вперед, стараясь «поймать» падающие вещи.
Наши руки соприкасаются.
— Спасибо, — шепчу, пряча за волосами пылающие щеки.
— Пожалуйста, — отдергивает руки и тут же тянется обратно. — Таня, я…
— Владислав, иди сюда, — его окликает мужчина, и на лице у Влада отражается досада.
— Извини, — кивает он мне и возвращается к своему спутнику.
Я спешно покидаю налоговую, все еще ощущая тепло рук Влада. Одно прикосновение, а так меня взволновало! Черт! Черт! Черт!
  
Глава 36
 
Влад
Таня уходит, забирая с собой тепло и свой неповторимый аромат. Я с трудом концентрируюсь на том, что рассказывает Игорь Андреевич. Он что-то такое подмечает во мне, очевидно, и говорит:
— Иди уже за ней. Все равно не слушаешь. Догоняй свою зазнобу, — и подмигивает мне.
— Спасибо, я вернусь через пять минут!
Выбегаю на улицу, и вижу, что Таня уже садится в авто. Я должен успеть! Не имею понятия, что скажу, но действую на инстинктах. Эта женщина нужна мне! Она — моя!
— Таня! Тань, подожди! — успеваю догнать прежде, чем она уезжает с парковки.
— Нам надо поговорить, — выдыхаю и жду реакции. Она чуть хмурится в раздумье, и нервно постукивает по рулю.
— Хорошо, — наконец-то соглашается и мне становится легче дышать. — Только не сейчас и не здесь.
— Конечно, — я согласен на любые условия. — У тебя бывают свободные дни? Часы?
— Да, — нервно улыбается, — в воскресенье я свободна. Давай встретимся в том кафе, где сидели в самый первый раз. Помнишь?
— Да. Я приду, — киваю.
— В семь?
— В семь.
Таня трогается, и я отступаю. Провожаю взглядом, пока ее машина не теряется за остальным транспортом. И только потом вспоминаю об Андреиче.
— Догнал? — спрашивает с улыбкой.
— Догнал, — киваю, и чувствую себя мальчишкой. Таня согласилась встретиться! Сердце бьется сильнее обычного, так и до тахикардии недалеко.
— Вот и замечательно! Я буду только рад, если у тебя все образуется в жизни. Ну а теперь давай еще немного поработаем.
Вечером приезжаю домой уставший, но довольный. Похоже, что жизнь решила дать мне еще один шанс, круто заворачивая вверх. Страшно только, чтобы на этом все и не закончилось.
С родителями тоже потихонечку налаживаются отношения: мама перестала лить слезы по поводу и без, отец спокойнее реагирует на мое возвращение домой, и мы иногда перекидываемся парой фраз.
Жду первой полноценной зарплаты, чтобы все-таки снять квартиру. С родителями можно жить, но хочется определенной свободы. Да и сам факт, что в сорок лет завишу от родителей — бьет по самооценке.
У вечеру воскресенья я обзавелся новым джемпером и туалетной водой. Гладко побрился, два раза принял душ и весь издергался.
Как пройдет наша встреча? Что сказать? Ведь сам напросился, а теперь в растерянности! Если бы можно было просто притянуть Танюшку к груди и пусть весь мир подождет!
Но чувствую, что не все так просто. Она упрямится, сама не знает, чего хочет. И в тоже время — не отказала, согласилась встретиться. Значит, я должен быть смелее, сильнее за нас обоих. Откровенно сказать о том, что на душе.
Так сильно хочу быть с ней, что даже страх снова ее упустить отходит на второй план. Таня — единственное светлое и доброе в моей жизни, что все еще помогает жить дальше. Вставать, после всех падений и разочарований. Простить себя за ошибки, ради будущего с ней. Но сможет ли она простить?
 
Подъезжаю к семи, и обнаруживаю ее машину на парковке. Приехала раньше меня.… Нервничает? Или хочет побыстрее отделаться?
Сразу нахожу Таню взглядом. Она заняла тот же столик, что и в самый первый день знакомства. Тогда мы оба были на взводе, и вообще, вспоминать неприятно всю ту грязь, в которую нас обмакнули бывшие.
Но я и сейчас нервничаю не меньше, только по другому поводу. Готов молиться всем богам, лишь бы все сложилось как надо.
Таня задумчиво помешивает ложкой в чашке, не замечая, что я уже пришел. Подхожу ближе, стараясь не испугать.
— Привет! Надеюсь, не заставил тебя ждать слишком долго, — опускаюсь на стул напротив.
— Привет, — Таня роняет тихий вздох.
Мы сидим какое-то время в тишине, рассматривая друг друга. Сильное стеснение и неловкость постепенно уходит. Рядом с Танюшкой очень уютно, а если бы она и смотрела с нежностью — этот момент стал бы одним из лучших за последние годы.
— Ты изменился, — нарушает молчание первой.
— Ты тоже, — улыбаюсь ей, — тебе идет эта стрижка.
Она чуть качает головой, отводя взгляд.
— Как живешь? Чем занимаешься? — переводит разговор, опять хватается за ложку. Все-таки нервничает.
— Нормально. Недавно получил хорошую работу. Осваиваю новую для себя профессию.
— Это хорошо. Я тоже работаю, кручусь. Все как у всех, — пожимает плечами.
— Вышла замуж? — мягко спрашиваю.
— Нет, — нервно смеется, — как-то не дошло дело до брака. Но меня все устраивает.
Вскидывает голову, смотрит с вызовом. Боится, что я покушусь на ее свободу, или буду осуждать…. Но я не в том положении. Я просто рад, что у нее никого нет.
— Было тяжело одной сына поднимать? — понимаю, что хожу по тонкому льду, и она не обязана передо мной душу обнажать, но не могу не спросить.
— По-всякому, — отвечает уклончиво. — Сейчас намного легче и я рада, что у меня есть он.
— Роман, да? — переспрашиваю.
— Да, — Таня тепло улыбается.
— Я очень рад, что у тебя все хорошо. Много думал о том, как ты тут живешь. Как сложилась дальнейшая судьба. И хотел сказать — прости. Прости за то, что все так повернулось. Я хотел оградить тебя от всех проблем, но не получилось, — умолкаю. Даже не знаю, что еще я могу сказать. Словами не передать, как сильно я сожалею о прошлом. Надеюсь, что она почувствует искренность моих слов.
  
Глава 37
 
Татьяна. Сейчас
Слова Влада что-то переворачивают в груди. Наверное, мне нужно было это услышать, чтобы наконец-то отпустить ситуацию. Двенадцать лет! Боже, как долго меня это грызло. Я задвигала воспоминания в самый дальний уголок души, но от этого они никуда не исчезали. Выстреливая периодически болезненными импульсами.
Он смотрит на меня, ожидая ответа. А я слишком остро реагирую, чтобы выдать что-то адекватное и вразумительное. Просто дышу, пытаясь проглотить некстати подступившие слезы.
— Я…. Спасибо, Влад, — это все, на что я сейчас способна.
— За что? — распахивает глаза шире. Удивлен моей реакцией? Так мы ведь с ним оба надломленные, обоих выворачивало наизнанку все эти годы. Конечно, мне жилось в разы легче, у него — тюрьма, чувство вины и общественное осуждение. А у меня — малолетний сын и тоже непроходящее ощущение, что я виновата кругом.
— За это. Я злилась на тебя так сильно, обвиняла во всех смертных грехах, чтобы не чувствовать себя крайней. И сейчас понимаю, как это было глупо и неправильно. Для нас обоих. И я рада, что мы поговорили. Стало легче дышать, — улыбаюсь сквозь слезы. Мне действительно полегчало. Я отпускаю ситуацию, все обиды и недопонимания, недоверие…. Пусть Влад будет счастлив. Я искренне посылаю ему лучик добра. Он его тоже заслужил. А прошлое? Пусть останется в прошлом. Не хочу в нем ковыряться.