Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
Настоящим удостоверяется, что в Российском авторском обществе депонирован и зарегистрирован объект интеллектуальной собственности — сценарий телевизионной (радио, интернет) игры под названием «Отгадай и позвони», авторами которой, по их собственному заявлению, являются Сергей Иванович Головин и Петр Федорович Торопов.
Головин С. И. и Торопов П. Ф. свидетельствуют, что при создании вышеуказанного объекта ими не были нарушены права интеллектуальной собственности других лиц.
Соответствующая запись за № 3416 имеется.
Копия произведения хранится в архиве Российского авторского общества.
К авторскому свидетельству были приложены сценарий и аннотация игры с печатями общества на каждой странице. Если во всем этом не было никакого смысла, то никогда еще друзья не покупали несколько листков бумаги так дорого.
Глава 3
Телехищники
В кабинете генерального директора телеканала РТ свет был приглушен, отчего было видно, как бушует за окном непогода и порывистый ветер пригоршнями бросает в окна капли мелкого осеннего дождя. Только на столе уютно горела круглая и не очень удобная для работы лампа с абажуром, освещая две чашки с остатками чая, полупустую пачку «Мальборо» и пепельницу, полную окурков.
Сам Аркадий Элладин полулежал в своем кресле, закинув ногу на ногу, а напротив в такой же вальяжной позе расположился Лев Матусевич. Эти два человека считались друзьями, однако отношения между ними правильнее было бы назвать союзом двух хищников, совместно охотившихся в джунглях телевизионного бизнеса. Каждый имел здесь заметное положение, звонкое имя, мощные, разветвленные деловые связи, и пока их интересы не сталкивались лоб в лоб, они всячески демонстрировали взаимный пиетет.
Встречаясь, Элладин и Матусевич могли даже обняться, спросить о женах и детях. И, естественно, обращались они друг к другу только по имени. Казалось, для них ничего не значат официальные должности и звания, и единственное, что они по-настоящему ценят в людях, так это талант, профессионализм, интеллект, широту и колоритность натуры. Они не стеснялись показаться добродушными простаками, однако это было всего лишь маской: в их кругу каждый знал, кто чего стоит, с кем сегодня можно дружить, а с кем — ни в коем случае, иначе тебя съедят за компанию.
Более того, хотя Элладин предоставлял Матусевичу — самой яркой звезде канала РТ — абсолютную творческую свободу, практически безоговорочно утверждал все расходы шоумена, однако гендиректор внимательно следил за финансовыми потоками, проходившими через программу «Колесо фортуны». И он не простил бы, если бы от него попытались что-то скрыть. Даже по мелочам.
В свою очередь, Лев Михайлович, выкручивая руки спонсорам, рекламодателям, используя здесь всяческие хитроумные финансовые схемы, способствующие личному обогащению, никогда не забывал делиться с Аркадием Аркадьевичем. И в этот вечер два телехищника встретились для того, чтобы обсудить чрезвычайно интересный для них вопрос.
Было уже около десяти часов вечера, рабочий день давно закончился и Останкинский телецентр опустел. На своих местах остались только сотрудники технических служб, а также ведущие, режиссеры, редакторы новостных программ. В общем, было самое время обсудить личные дела.
Элладину и Матусевичу пришлось решать в этот ненастный вечер чрезвычайно сложную задачу: кто будет очередным генеральным спонсором программы «Колесо фортуны»? На эту роль претендовали сразу пять крупных компаний — две строительные, фармацевтическая, кондитерская и еще одна зарубежная фирма с мировым именем, производившая бытовую технику и усиленно продвигавшая свою продукцию на российский рынок.
Иностранцев отвергли сразу же. И не потому, что они хотели на чем-то выгадать, сэкономить. Наоборот, зарубежная фирма готова была платить больше всех, но, во-первых, она собиралась слишком тщательно контролировать как расходуются деньги, а во-вторых, в ее предложениях не имелось дополнительной, неафишируемой части, учитывающей финансовые интересы Элладина и Матусевича. И объяснять этим людям правила ведения бизнеса в России никто не собирался — а вдруг начнут скандалить, поднимут шумиху.
В конце концов выбор пал на одну из строительных компаний. И хотя открытая часть ее предложений была одной из худших, однако еще примерно столько же она готова была перевести со своего счета в офшорном банке на два номерных счета в Швейцарии. К тому же эта компания строила жилые дома по заказу столичных властей, что невозможно было бы без частичного «отката» денег городским чиновникам. Понятно, что с ее руководством было очень легко договориться, а урвать жирный кусок от их доходов вообще представлялось делом чести.
Когда обсуждение столь важного вопроса было закончено, Элладин встал и начал надевать пиджак.
— Извини, — сказал он, — мне надо бежать. Устал зверски. Уже неделю не могу выспаться.
— Ты бы приехал ко мне на выходные, — с простецким дружелюбием предложил Матусевич. — У меня дача прямо на берегу Клязьминского водохранилища. Половили бы рыбку, сварили уху. А воздух какой…
— Я могу в очередной раз тебе пообещать, но ты же знаешь, что обману. И не моя в том вина… — Элладин рассеянно посмотрел куда-то вдаль и вдруг ни с того ни с сего спросил: — Кстати, Лева, к тебе приходили те люди… ну, знакомые или родственники чиновника из Думы? Помнишь мой телефонный звонок примерно неделю назад?
Матусевич кивнул, подтверждая, что те люди приходили, но его бледные глаза не выразили никакого отношения к этому событию.
— Еще раз спасибо, что ты их принял. Надеюсь, они не очень утомили тебя, а?
— Никаких проблем. Нормальные ребята, студенты… Правда, немного занудные от своего подросткового энтузиазма. Вывалили на меня гору всякого бреда. Но есть у них и одна симпатичная идея. Сырая, конечно…
Элладин, уже собиравшийся было вызвать машину, замер с телефонной трубкой в руке. Он прекрасно знал, что Матусевич не стал бы хвалить каких-то мальчишек, даже вскользь, если бы не строил далекоидущих планов.
— А в чем ее суть? — спросил он.
Шоумен поморщился, словно речь шла о чем-то безумно скучном.
— Это долго объяснять. Не хочу тебя задерживать. Идею надо дорабатывать. Если придумаю что-нибудь симпатичное, то обязательно расскажу. Куда же я денусь?
— Речь идет о новой программе? — с показным равнодушием поинтересовался Элладин.
— Дорогой Аркадий, может быть, тебе покажется странным, но, как человек творческий, я постоянно думаю о новых программах — и днем, и ночью, — отшутился Матусевич. — Однако я уже достаточно взрослый человек, чтобы не обременять коллег и начальство смутными порывами, неоформившимися желаниями. Дай моим мыслям отстояться…
— Ну, лады, — отступил Элладин, — до завтра…
Лев Михайлович и в самом деле хотел привести свои мысли в порядок. К тому же не только в его голове, но и в душе царил полный кавардак. И виноваты в этом были проклятые мальчишки. Именно они лишили знаменитого шоумена покоя, поставили под угрозу его благополучие.
Матусевич привык быть первым номером на телевидении, привык к сумасшедшей популярности, к большим деньгам, буквально валившимся на него. И не только на основной работе. За съемку в каком-то двадцатисекундном рекламном ролике, за то, чтобы на экране мелькнули его лицо и улыбка, прозвучал известный всей стране голос, он порой получал больше, чем другой человек за всю свою жизнь, работая с утра до вечера.
Но главное, Лев Михайлович абсолютно точно знал, что никто не свалит его с вершины олимпа, и это делало его существование чрезвычайно комфортным. Он просто не видел вокруг себя реальной опасности. Какие бы игровые передачи ни появлялись на других телевизионных каналах, его «Колесо фортуны» все равно оставалось лучшим. Конкуренты тоже могли крутить различные колеса, барабаны и цилиндры, бросать шары и кубики, но это было бесполезно. Потому что у них не было главного, а именно: такого ведущего программы.