Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
— Да, кассета у меня! — с вызовом заявила Тамара. — Но я вам ее не отдам!
— Вы что, с ума сошли?!
— Как раз наоборот, я нахожусь в полном здравии и четко контролирую ситуацию.
— Хотите эту запись как-то использовать?
— Не судите о других по себе.
— Тогда зачем она вам понадобилась?
— Для самозащиты. Ваша мерзкая пленка надежно спрятана. И я никому ее не покажу, если, конечно, вы не будете меня трогать. Если же со мной что-то случится, то… один человек передаст кассету вместе с сопроводительным письмом куда следует! Вас я там тоже довольно подробно описала, а теперь еще добавлю имя и фамилию.
— Один человек — это ваша подруга? — кивнул голубоглазый в сторону нервно переминавшейся с ноги на ногу Вероники, готовой в любую секунду по первому же сигналу броситься на помощь.
— Нет-нет! Она ничего не знает!
— Послушайте, — сжав зубы, процедил Марков. Он показывал, что старается быть терпеливым, но из-за непроходимой глупости собеседницы дается ему это нелегко. — Неужели вы не понимаете, что люди, способные сделать такую видеозапись, в игрушки не играют?! Вы очень многим рискуете. Хм, многим — всем! Кстати, не надейтесь, что вам удастся скрыться. Разговорить вашу подругу, узнать, с кем она пришла в театр, для меня не составило никакого труда. Теперь, милая Тамара, определить ваши координаты — всего лишь дело техники. Хотите, я вам завтра позвоню? Могу — на работу, могу — домой.
— Мерзавец!
— При чем тут я? Речь идет о людях, стоящих надо мной. Честно говоря, я даже не имею понятия, кто они.
— Ха-ха!
— Клянусь! Но зато я абсолютно уверен, что уже завтра они будут знать о вас и вашем окружении даже больше, чем знаете вы сами. Для них выяснить, где кассета, кто ее хранит, — пара пустяков. Если, конечно, вы не врете, что спрятали ее у кого-то. Ну а потом даже страшно представить, что будет с вами и тем человеком.
Это было похоже на какую-то фантасмагорию. Вокруг ходили приличные, нарядно одетые люди с театральными программками в руках, светили яркие люстры, неподалеку буфетчица разливала шампанское в стоявшие на подносе узкие фужеры, и здесь же Тамаре угрожали расправой. Нужно было решительно прекращать этот кошмарный разговор, и ей помог прозвучавший звонок, означавший окончание перерыва.
— Я вам сказала, что вы ничего не получите! — заявила Тамара. — И поверьте, я хорошо представляю, с кем имею дело. Так что кассету прятала с особой тщательностью и предусмотрела все возможные варианты. А теперь мне пора. Надеюсь, вижу вас в последний раз!
Она развернулась и пошла в сторону подруги. Когда они уже входили в зал, Вероника почему-то шепотом спросила:
— Кто это?
— Так, один знакомый.
— Вы вместе работаете?
— Нет, он наш клиент.
— Томка, ты что-то скрываешь от меня!
— Клянусь, нет.
— А почему ты его так отшила?
— Он бросил семью с двумя маленькими детьми, а теперь пытается приударить за мной.
— Какой подлец! — ахнула подруга.
Эта маленькая ложь полностью оправдала себя: после спектакля Вероника, хотя и вернулась к теме неожиданной встречи с Марковым, но лишь для того, чтобы с помощью пространных рассуждений доказать: мужчинам доверять нельзя! Особенно красавцам. И что она это знает не понаслышке, а по собственному богатому опыту.
Глава 8
Последними вышли на Тамару Никитенко люди из окружения Дергачева. Всю прошедшую неделю политик сильно нервничал и требовал, чтобы ему «как можно быстрее нашли эту идиотку»! Он грозился уволить всех своих подчиненных, и даже не посвященные в суть проблемы, а таких было большинство, переживали не самые лучшие дни в своей жизни, тоже на все лады понося начальника, но уже за глаза.
В конце концов, Саша Бабкин еще раз созвонился и встретился с Валерием Марковым, соблюдая при этом повышенные меры предосторожности — опять попасть на Лубянку, отвечать на неприятные вопросы ему очень не хотелось. И именно красавчик сообщил Саше фамилию, место работы и телефоны молодой женщины, которая, с одной стороны, спасла их, унеся из гостиницы важнейшую улику, а с другой — невероятно все запутала. Вместо обычного шантажа, понятного и привычного для обеих сторон, теперь приходилось иметь дело с чрезвычайно сложной задачей со многими неизвестными.
Откровенничал Марков по одной простой причине: он надеялся, что людям Дергачева удастся сделать то, чего не удалось ему — забрать пленку с компроматом. Было очевидно, что Никитенко боится его, напрямую связывая с организаторами шантажа, не верит ни одному его слову. А эти болтуны из парламента вполне могут ее уломать.
У них по части уговоров и обмана людей очень большой опыт. Таким образом, будут убиты сразу три зайца: кассета окажется там, куда ее и предполагали передать, парламентская фракция «Сильная Россия» станет подконтрольной, управляемой, и, наконец, в чужих руках не останется ничего, что могло бы в самый неожиданный момент скандально, с большой шумихой в печати и на телевидении, разрушить так непросто складывающиеся взаимоотношения между Балаковым и Дергачевым.
В свою очередь, Бабкин обсудил с шефом полученную от Маркова информацию и разработал план дальнейших действий. В соответствии с этим планом он позвонил Тамаре домой около восьми вечера, когда их разговору не могли помешать какие-то ее дела. Тем не менее в ответившем ему мелодичном женском голосе Саша почувствовал настороженность еще до того, как представился и объяснил цель своего звонка.
— Алло, слушаю! — сухо донеслось из трубки.
— Тамара Ивановна? — начал он самым доброжелательным тоном.
— Да, это я.
— Здравствуйте! Рад, что мне наконец удалось отыскать вас. Очень, очень рад!
— А кто вы?
— Простите! Меня зовут Александром Бабкиным, и я являюсь помощником депутата Госдумы Михаила Павловича Дергачева. Вы его, конечно, знаете?
— Да уж… — хмыкнула Тамара. — Даже больше, чем хотелось бы…
— Напрасно иронизируете. Это замечательный человек, которого вознамерились оклеветать.
— Допустим… А что вам надо от меня?
— Ну, прежде всего, что бы вы не общались со мной, как с врагом… — Он сделал паузу и, так как его собеседница промолчала, уже с большей уверенностью продолжил: — С вами очень хотел встретиться Михаил Павлович.
— Зато у меня нет никакого желания видеть его.
Бабкин едва сдержался, чтобы не выругаться. Ему каждый день приходилось ублажать своего капризного шефа, а теперь и эта стерва треплет нервы. Настанет время, когда он пошлет всех подальше и уйдет работать в какую-нибудь газетку, на страницах которой будет мстить всем своим врагам. Уж там он развернется в полной мере. По профессии Саша был журналистом и семь лет назад перешел к Дергачеву только потому, что верил в его светлое политическое будущее. Кто же мог знать, что этот человек начнет спиваться?!
— Вы не правы! — мягко, но решительно возразил Бабкин. — Ох, как вы не правы! То, что случайно попало к вам, — страшная фальшивка.
— Не думаю…
— Я вам уже сказал и повторю еще раз: Михаила Павловича хотят скомпрометировать. И в данном случае речь идет не просто о карьере отдельного человека, но и, не побоюсь этого слова, о будущем всей страны!
— Куда хватили!
Она даже громко засмеялась, как смеются от неожиданной и очень удачной шутки, но ее собеседник терпеливо и последовательно гнул свою линию.
— Поверьте! Все очень серьезно! — сказал он. — Если вам не безразлично, в каком обществе мы будем жить, вы должны пойти нам навстречу. Не может быть по-настоящему весомых аргументов, которыми вы могли бы оправдать свой отказ просто поговорить с человеком… м-м-м… с человеком заслуженным, известным, тем более что его судьба, политическое будущее волею случая оказалось в ваших руках!
Такой аргумент существовал: растоптанная, разорванная в клочья кассета давно лежала на свалке, и ни крупных, ни мелких неприятностей Тамара доставить политику не могла. Так что их встреча не имела смысла. Но помощник Дергачева мог узнать ее имя и телефон только от шантажистов, а значит, информация об уничтожении видеозаписи способна была пройти и в обратном направлении. В таком случае Тамара лишилась бы защиты от бандитов. Им станет известно, что версия о спрятанной пленке — примитивный блеф, и они без всякого риска выполнят свои угрозы в отношении нее.