Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
— Тогда, может быть, вам известен некто Дергачев Михаил Павлович, депутат Госдумы? Или его помощник и верный оруженосец Александр Бабкин?
Теперь уже не оставалось никакой надежды, что произошла какая-то ошибка, что визит этих служивых — всего лишь недоразумение. Они заявились из-за той проклятой кассеты.
— Последнего из названных вами людей я не знаю. Как вы сказали, Бабкин? Нет, точно не знаю. А Дергачева, конечно, много раз видела по телевизору, — все еще пыталась держать круговую оборону Тамара.
— А лично не сталкивались?
— Не имела чести!
Глаза допрашивавшего, оставаясь ироничными, налились свинцом.
— Хорошо, я открою карты, — сказал он. — Мы абсолютно точно знаем, что в прошедшую субботу вы были в лобби-баре гостиницы «Метрополь», примерно с пяти вечера до пяти сорока пяти. И взяли там лежавший на диване сверток, который нас очень интересует. Кстати, оставлен он был уже упомянутым мною господином Марковым…
«Так вот какая фамилия у красавчика», — подумала Тамара, продолжая тупо молчать.
Тогда подполковник вытащил из папки несколько фотографий и веером разложил их на столе, сопроводив это действие коротким замечанием:
— Госпожа Никитенко, не отнимайте время ни у нас, ни у себя!
Это были те самые снимки, которые Зимин показывал генералу Шпаку. На них хорошо был виден небольшой белый сверток на пестрой обивке диванчика, и то, как Тамара берет его, и даже как она выходит из гостиницы, прижимая к груди не принадлежащую ей вещь. В такой ситуации отказываться было бы глупо.
— Ах, вот вы о чем! — фальшиво рассмеялась она. — Да, я взяла этот сверток.
— Зачем?
— Просто заметила, что сидевший в баре мужчина забыл его, и решила вернуть.
— Почему же вы этого не сделали?
— Почему? — улыбнулась Тамара и, не найдясь, устало сникла. — Я увидела, что мужчину задержали и…
— И?
— Испугалась. Элементарно струсила. И постаралась побыстрее уйти.
— Куда же вы дели сверток? — методично продолжал допрос Зимин.
— Выбросила…
— Выбросили?
— Да, в урну… Рядом с гостиницей…
— А вы знаете, что было в свертке? — поинтересовался другой, невнятно представившийся.
— Конечно нет!
— Вам трудно поверить.
— Почему?
— Потому что вы стараетесь любыми путями дистанцироваться от этой вещи.
— Мне на нее наплевать!
— Не-е-ет! Вы боитесь ее, значит, все-таки заглядывали внутрь, иначе ваша реакция была бы совсем другой. Однако это очень близорукая тактика, которая может иметь для вас самые серьезные последствия.
— Только не надо запугивать меня! — отмахнулась Тамара. — Я не сделала ничего противозаконного!
— Мы и не запугиваем. Но вам будет полезно узнать, что сейчас наши сотрудники ведут расследование дела, связанного с шантажом представителей власти. И в том свертке находилось что-то, что использовали преступники в своих грязных целях. Получается, унеся из бара сверток и якобы выбросив его, вы скрыли важнейшую улику и фактически стали пособницей шантажистов. А значит, мы вполне можем привлечь вас к ответственности.
— Ну да, вам же надо сделать кого-то крайним!
Гости в очередной раз переглянулись, но теперь в их глазах была не ирония, а разочарование. Они словно не понимали, как можно быть такой глупой? Зачем ей надо самой совать голову в петлю?
— Скажите, а как вообще вы оказались в гостиничном баре? Что вас туда привело? — с пугающей деликатностью продолжил допрос Зимин.
Тамара пожала плечами:
— Как там оказалась? Да очень просто. Шла мимо, захотела чаю, вот и зашла.
Она тут же вспомнила, что пила в баре не чай, а красное вино, но поправляться не захотела. Этот рослый, веснушчатый фээсбэшник цеплялся за каждую мелочь. Еще скажет, что она путается в показаниях.
— Интересная версия, — покивал головой подполковник. — Очень интересная.
— А что вам в ней не нравится?!
— Все участники этой истории съехались в «Метрополь» с разных концов города, чтобы попить чайку.
— Вы умеете сопоставлять факты. Думаю, этим чаем вы припрете всех к стенке.
— Допустим, вы сразу выбросили сверток, — никак не отреагировал на ее сарказм Зимин. — Тогда укажите, где конкретно стояла у гостиницы урна?
— Где?
— Да, все они находятся в определенных местах.
Тамара поняла, что начала сыпаться. Даже на таком пустяке. А что же будет дальше?! Не хватало только укрепить подозрения этих людей! Тогда уж точно на нее наденут наручники и отвезут в кутузку. Во всяком случае, они не отступят, пока не вытащат из нее все — двух мнений здесь быть не может!
— Ну хорошо, признаю, что я выбросила сверток не сразу, не у гостиницы, — через силу признала она.
— Так, может, вы его все же вскрывали?
И опять Тамара замялась.
— Не берите на себя такой груз ответственности, — предостерег ее Зимин.
— Да, я его вскрыла.
— И что там было?
— Кассета… Видео.
— Вы ее просматривали?
— …
— Просматривали?!
— Да.
— И что там было записано?
Теперь уже ей пришлось рассказывать все. Это было не так-то просто, так как гости интересовались деталями, причем не только обстановки гостиничного номера, но и происходившего в нем действия. Им важно было набрать как можно больше информации, чтобы установить гостиницу, личности приглашенных туда проституток. Эти девчонки могли стать важными свидетелями. Естественно, назвала Тамара и фамилию главного исполнителя «тяжелого порно».
— Но потом я пленку немедленно уничтожила! Растоптала, искромсала ножницами и выбросила в мусоропровод! — заявила она в заключение. — Я действительно была в шоке и хотела как можно быстрее от нее избавиться.
Фээсбэшники в очередной раз поизучали взглядами друг друга. Было такое впечатление, что они умели обмениваться мыслями на расстоянии. Этот сеанс телепатии продолжался довольно долго. Наконец, они, видимо, пришли к согласованному мнению.
— Тамара Ивановна, — вкрадчиво начал Зимин, почему-то ласково поглаживая свою папку, — мы готовы поверить вам. Но и вы должны пойти нам навстречу…
— Что вы от меня хотите?
— Наверняка хозяева кассеты будут вас искать и уж точно найдут.
— Вы думаете?!
Прозвучало это жалко. Ей совсем не улыбалась перспектива встретиться с организаторами шантажа. Она хотела завести новых знакомых, но не таких же, в самом деле!
— Уверен! Так вот, вы должны сказать им, что пленку не уничтожили, а спрятали.
— Зачем?
— Они начнут вас обхаживать и эти… так сказать, контакты, переговоры мы будем фиксировать. Когда у нас наберется достаточно фактов, мы привлечем этих людей к ответственности. Детали операции мы еще разработаем, но сейчас нам необходимо ваше принципиальное согласие.
— Хотите сделать из меня что-то вроде подсадной утки?!
На ее резкий тон последовал лаконичный ответ:
— Мы хотим избавить страну от бандитов.
— Только, ради бога, избавьте меня от патетики!
— Хорошо, патетику исключим. Ну так что же?
Тамара подумала и с надрывом ответила:
— Я не могу сделать это!
— У вас нет другого выхода, — усмехнулся Зимин. — Не хотелось бы вас пугать, но если вы скажете, что кассету выбросили, вас просто уничтожат.
— Вы это серьезно?!
— Вполне. Уничтожат, как говорится, на всякий случай. Чтобы не оставлять свидетеля. Забетонируют в какой-нибудь фундамент или сбросят в реку с гирей на ногах.
Только этого еще не хватало Тамаре для полного счастья. Слишком большая плата предполагалась за мелкое согрешение. Да какое там согрешение — женский каприз.
— Я подумаю, — подавленно прошептала она. — До завтра… Можно?
— Мы свяжемся с вами завтра…
Как оказалось, в этот день она исчерпала еще не все запланированные на ее долю неприятности. Когда фээсбэшники ушли, на Тамару накинулся Арутюнян. Он был взбешен потерей важного клиента, который, услышав, что в их риелторскую фирму наведываются спецслужбы, решил обратиться в другую компанию.