Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11

– Не надо, – брезгливо поморщился Виктор Иванович. – Зачем это?
Хозяин быстро догнал выходивших мужчин и сунул одному из них браунинг. Тот, взяв ноги Котенева под мышку, спрятал оружие в карман брюк.
Полозов подошел к окну. Через пару минут через двор пронесли спеленутый в старые простыни длинный тюк, и мужчины-носильщики скрылись со своей страшной ношей в дверях сарая. Сейчас там поставят на кошлы очередной ящик, уложат в него тело и зальют раствором, а завтра новый блок появится среди таких же бетонных блоков, сваленных в углу двора.
– Тебе не страшно жить, имея во дворе собственное кладбище? – не оборачиваясь, спросил Виктор Иванович…
– Все в руках Аллаха, – проводя ладонями по подбородку, – ответил Саттар, – человек приходит на свет голым и голым уходит. Его встречают и провожают руки других людей, за них и надо молиться.
– Где его вещи? – отходя от окна, поинтересовался Полозов.
– Все наверху. Принести?
– Не надо, пойдем посмотрим. Ключи от чемоданов у тебя?
– Вот, – хозяин дома показал связку ключей на тонкой цепочке, которую он успел вытянуть из кармана Котенева.
Поднялись наверх, вошли в комнату, еще хранившую запахи ушедшего навсегда Михаила Павловича. Саттар нагнулся и вытащил из-под дивана «дипломат», подал его консультанту, предварительно обтерев несуществующую пыль рукавом светлого пиджака. И этот жест как-то умилил Виктора Ивановича и заставил на минутку пожалеть старика.
Взяв ключи, он начал возиться с замком «дипломата», но хитрый цифровой набор не поддавался. Обозлившись, Полозов плюнул и приказал:
– Кислоту давай, в замок капнем.
– Не надо, не надо, – замахал на него сухими ладошками хозяин. – Я инструмент принесу, откроем.
Он ушел и вернулся с ящичком инструментов, скинул пиджак и начал колдовать с замком. Полозов, напряженно сопя, курил у него за спиной, заглядывая через плечо. Наконец, крышка «дипломата» откинулась. Увидев содержимое, Виктор Иванович быстро опустил ее:
– Получишь свой процент, – буркнул он Саттару, собиравшему инструменты…
Вечером, отдыхая в своей комнате, Полозов раздумывал. Доллары, золото, камни – все собирал покойный Котеиев. Виктор Иванович зябко передернул плечами, представив себе, как еще живого, но находящегося без сознания Михаила Павловича замуровали в бетонный раствор.
Наследником покойного стали Куров и его команда. Хомчик ничего о них не сможет рассказать, впрочем, как и Лушин, – все проверено, и осечки не произойдет. Оставшихся после провала дела Котенева предпринимателей возьмет под свою руку Сергей Владимирович. Конечно, милиционеры там порезвятся, разломают отлаженный механизм бизнеса, разорвут связи предпринимателей с поставщиками и сбытчиками, многих посадят на скамью подсудимых. А все из-за чего – из-за глупости, из-за вшивого придурка, сколотившего банду и решившего взять свой банчок в игре сильных. Как же он не к месту вылез со своими инициативами, уголовник проклятый! Спутал карты, поломал планы, а как было бы славно оставить дело в руках Мишки и постоянно сосать с него деньги, вкладывая новые средства и имея приличные девиденды.
Теперь фирма Михаила больше не существует – уцелевшие обломки поглотят другие, а ценности пойдут в кассу сильного. Таковы правила игры – переспи ночь с бедой и встречай новый день!
Сняв трубку телефона, Виктор Иванович набрал местный номер.
– Джума Юнусович? Это я, привет.
– Салам, – ответил ему знакомый гортанный голос.
– Хочу завтра улететь, дела закопчены. Осталось не многое. Поможешь?
– Обязательно, – заверил Джума. – Как тебе у нас?
– Нормально. Проследи, чтобы завтра не задержались с отправкой.
– Хоп! – и короткие гудки в трубке…
Ближе к полудню следующего дня в ворота усадьбы Саттара втиснулся грузовик с краном. Сам хозяин, стоя во дворе, отсчитал водителю деньги и попросил:
– Сбрось, дорогой, где-нибудь эти блоки, – сухая рука Саттара показала на громоздившиеся в углу бетонные параллелепипеды.
– Одни расходы, слушай! Хотел строиться, да не пригодились, а теперь мешают. Лучше отвези туда, где дорожная стройка. Пусть пригодятся людям. Неудобно, понимаешь, – понизив голос, он взял водителя под руку и заглянул ему в глаза, – я старый человек, за деньги их мне достали, а если все увидят, скажут Саттар совести лишился и ума, то покупает, то выбрасывает…
 
– Сделаем, – успокоил его водитель и, забравшись в кабину, развернул стрелу крана.
Двое мужчин в грязных тренировочных костюмах помогли зацепить крюк крана за толстую стальную скобу, вмурованную в бетон, и первый блок, покачиваясь в воздухе, поплыл к кузову. За ним последовал второй, третий, четвертый… Теперь уже никто не мог бы с точностью сказать – даже сам хозяин и его верные слуги, – в каком из блоков лежит Лука, а в каком Котенев.
– Спасибо тебе, спасибо, – провожая выезжавшую со двора машину, кланялся и благодарил Саттар.
Водитель вырулил на дорогу и погнал к окраине. Через полчаса пути машина притормозила у заброшенной стройки. Надев рукавицы, водитель развернул стрелу крана и зацепил крюк за скобу первого блока. Заскрипели тросы лебедки, блок закачался в воздухе и рухнул в бурьян. За ним последовали остальные.
Здесь, никому не видимые под слоем бетона, нашли свой последний приют Михаил Котенев и Лука Александриди, бывшие еще совсем недавно частичками воспетой Полозовым системы, но отторгнутые ею за ненадобностью и уничтоженные, чтобы сохранить самое себя…
– Скоро придет машина, – укладывая вещи, сказал Саттару собравшийся уезжать Виктор Иванович.
– Добрый путь, – поклонился хозяин, открывая перед гостем дверь. – Не надо беспокоиться, чемодан отнесут.
– Ты всем доволен? – спускаясь по лестнице, приостановился Полозов. – Может быть, что-нибудь не так? Ты скажи, мы все-таки старые друзья.
– Все хорошо, все, – заулыбался Саттар.
– Тогда по рюмочке на прощание, – вытянул из заднего кармана брюк плоскую фляжку Виктор Иванович. – Так сказать, посошок на дорожку, по нашему обычаю.
– Я сейчас принесу приборы, – сделал движение хозяин, но гость удержал его:
– Не надо, выпьем из колпачка, по-походному. Ну!
Налив в колпачок фляжки коньяк, он протянул его Саттару. Тот принял и выпил, полез за сигаретами. Виктор Иванович запрокинул горлышко фляжки над широко открытым ртом. Обтерев губы ладонью, усмехнулся:
– Прости, иногда хочется нервы успокоить.
Хозяин понимающе кивнул и щелкнул зажигалкой, прикуривая сигарету. Спустились во двор, где уже ждала белая «Волга». Один из неразговорчивых мужчин уложил чемодан Полозова в багажник. Шофер открыл дверцу.
– Прощай, Саттар, – прижал старика к груди Виктор Иванович.
– Счастливого пути.
Усевшись на заднее сиденье и положив на колени «дипломат» Котенева, Полозов помахал рукой, и машина выехала за ворота.
Вернувшись к себе, Саттар достал новую сигарету, вставил ее в мундштук, и, прикурив, открыл окно. Когда он повернулся, чтобы направиться к сундуку и еще раз полюбоваться полученными от гостя ценностями – так и манил жемчуг, стояли перед глазами желто-красноватые кругляши золотых монет царской чеканки, – желудок вдруг пронзила острая боль. Старик согнулся, выронив мундштук и прижав ладони к животу. Боль не проходила, внутри словно жгло каленым железом.
– Шакал! – просипел Саттар, падая на колени. «Вот почему он пил из горлышка», – мелькнуло в туманящемся сознании.
С усилием добравшись до телефона, он снял трубку и непослушным, негнущимся пальцем едва попадая в дырки диска, набрал номер милиции – пусть он умрет, но этот шакал и его компания тоже не будут жить.
 
– Слушаю, дежурный…
Фамилии дежурного Саттар не услышал. Новый приступ дикой боли скрутил его и бросил на ковер. Изо рта старика хлынула темная кровь.
– Алло! Кто звонит? – понапрасну вопрошал голос в трубке, а потом раздались короткие гудки.
Вытянувшийся, как-будто ставший больше ростом, сухонький Саттар с перемазанным кровью лицом лежал на ковре.