Измена. Я ее не брошу (СИ)

— Ты варвар! — рявкаю я, возмущённая в лучших чувствах. Мне не жалко еды, хотя нет, жалко. Потому что я тоже люблю в глазунью макать хлеб, а Дамир любит, чтобы яйцо было полностью прожарено. Вот я и оставила всего лишь один желточек для себя.
— Да ладно тебе, красавица, ещё нажаришь, — хмыкает, совершенно не замечая за собой вины.
— Яиц больше нет, — шмыгнув носом, вручаю ему документы, забираю сковородку с досточкой и хлеб и ухожу к Дамиру.
— Что он сделал? — сразу замечает моё красное от злости лицо Дамир и привстаёт на руках.
— Ничего, — бурчу. Ну глупо же — жаловаться на то, что неандерталец съел кусочек яйца. Пусть и вкусную часть. Целая сковорода ещё есть.
— Варвар! — рявкает Дамир в сторону. Вздрогнув, кошусь на мужчину.
— Уже нажаловалась, что ли? — усмехается адвокат, появляясь за спиной, и, протиснувшись мимо меня, ставит оставшийся на кухне салат. — Да ладно тебе, я всю ночь ехал, жрать хочу. Тем более готовит просто отвал башки, чуть слюнями от запахов не подавился. А ты б вместо этого яиц ей купил, — трясет бумагами мужчина и вручает опять мне. — Подписывай, красавица.
— Пока не прочту, ничего не буду подписывать, — буркнув, занимаю свободный стул и открываю документы. Прочтя пару строк, поднимаю глаза на Дамира. — Ты переписываешь всё на меня?
— Да, Ника, подпиши, — кивает он.
— Но… Я не умею управлять твоей компанией и вообще не умею распоряжаться вещами, акциями, ценными бумагами.
— Натан тебе поможет, — вилкой указывает на адвоката, который, не стесняясь, поглощает мою яичницу.
— Хорошо, я подпишу. А дальше? Эти твои Валиевы могут ведь и меня убить, — всё ещё сомневаюсь.
— Не тронут они тебя. Ты им живой нужна, — хмыкает этот варвар, получает от Дамира по рукам и хмурится.
— Да пусть уже ест. Я бутерброды с салатом поем, — останавливаю мужчин от спора за дурацкую яичницу.
— Спасибо, хозяюшка, — паясничает адвокат и, больше не сдерживаясь, забирает всю сковородку. — Не будут они тебя убивать, — с набитым ртом продолжает: — Во-первых, из-за ребенка. Во-вторых, ты не дочитала. В случае твоей смерти и смерти твоего ребенка всё нажитое имущество уйдёт государству. В-третьих, Саид семье не простит очередную смерть, пусть фиктивной, но всё-таки жены.
  
Глава 18
 
Ника. Тогда
 
— Дурацкий отдых! Дурацкий тимбилдинг! Дурацкие майские! Дурацкая связь! — ругаюсь я, карабкаясь на холм среди густых зарослей.
— Ника, постой! Я не поспеваю, — пыхтит Леська.
— Лесь, сегодня пятница, понимаешь, — ворчу, продолжая идти вперёд. Уже вижу самую высокую точку. Там точно антенна появится, и я смогу предупредить своего нового друга или парня. Мы как-то не выяснили степень наших взаимоотношений.
— Угу. Пропускаешь ужин с мужчиной мечты, ты говорила, — подруга останавливается и, согнувшись пополам, тяжело дышит. — А я беременна, Ник. Нельзя меня в такие турпоходы таскать.
— Как беременна? — забываю о телефоне и разворачиваюсь к подруге. — То есть: поздравляю!
Я вприпрыжку бегу к Лесе и обнимаю крепко-крепко. Женщина пошатывается и кряхтит от тяжести моих обнимашек. Бурчит беззлобно и смеётся.
— Сколько месяцев? Уже знаешь пол? — тараторю, выискивая изменения в лучшей подруге.
— Только четвертый месяц, Ник. И нет, пол ещё не знаю, — хихикает Леся.
— Ты четыре месяца молчала! — возмущённо пихаю в плечо женщину, которую считала подругой.
— Боялась сглазить. Мы с Колей договорились. И ты, между прочим, первая узнала. Вот, — она обнимает мою руку и в глаза жалостливо заглядывает.
— Ладно, ты прощена, — фырчу и тягаю Лесю на тот самый холм, что приглядела пару минут назад.
Добравшись до высокой точки, поднимаю руку с мобильником выше и кружусь. Молюсь богу высоких технологий, чтобы одну антенку мне дал. На пять минуточек, больше не надо.
— Ты знаешь, что бы на моём месте сказала Крис? — задумчиво тянет Леся, усевшись на пенёк.
— Знаю, — закатываю глаза и перезагружаю телефон. — Ты свободная женщина и не должна отчитываться перед малознакомым типом! — хором цитируем мы нашу подругу и хихикаем.
  
Телефон в руке вибрирует. Подпрыгнув, смотрю на дисплей и шикаю на Лесю. У меня разом потеют ладони, сердце ускоряет бег, а в животе кузнечики устраивают революцию. Стадия бабочек прошла просто.
— Ну, бери трубку, — шепчет подруга, недоуменно смотря на окаменевшую меня.
— Алло, да, — хриплю, потеряв разом голос и разум.
— У тебя всё хорошо? — в тоне Дамира слышатся некая тревога, злость и нетерпение.
— Д. да, — киваю, будто он видит мои кивки. — Привет.
— Тебя дома нет второй день и телефон вне зоны.
— А ты приезжал? — закусываю губу, чувствуя, как в груди что-то тёплое разливается. Приятно же, когда за тебя переживают и волнуются.
— Ты где, Ника? — устало вздыхает Дамир, оставив вопрос без ответа.
— В Первомайске. Ленинградская область. Мы с коллегами по работе поехали на все майские праздники. Я хотела тебе ещё в среду позвонить и предупредить, что не смогу в пятницу на ужин пойти, — тараторю, вышагивая вокруг Леси и грызя ноготь. — А тут связь не ловит. Я застряла на все майские. Алло? Дамир, ты там?
Смотрю на дисплей, а там опять нет связи.
— Да чтоб тебя! — рявкаю, замахиваясь. Но вспоминаю, что позволить себе новый телефон сейчас не могу. К тому же номера своего нового друга или парня я наизусть не помню. И фотографии с ним в облаке не сохранила ещё. Так что бережём аппарат и пробуем вновь найти связь.
— Ник, ты влюбилась, что ли? — спрашивает Леся, наблюдая за моими метаниями.
— Пф-фф-ф, нет конечно, — фыркаю слишком красноречиво. — Мы всего лишь месяц знакомы. И ничего такого у нас ещё не было.
— Да ладно⁈ — восклицает беременная дама. — Сколько ему, говоришь? Может, ничего у него там не фурычит? Пудрит тебе мозги.
— Леся! — возмущаюсь и даже обижаюсь за мужчину моей мечты. — Не превращайся в Крис. Мы просто никуда не торопимся.
— Ну да, ну да. Ладно, пошли. Ты ему сообщила, а я замёрзла, — встаёт подруга и тянет обратно на базу отдыха, где мы с коллегами остановились.
Я очень стараюсь не думать о Дамире. Вовлекаю себя во все коллективные занятия. Гуляю по броду, катаюсь на лодке, с девочками сплетничаю, лузгая семечки у костра. Но всё равно ловлю себя на мысли, что скучаю. И жалею, что променяла ужин с мужчиной мечты на чёртов отдых в глуши.
В первом часу ночи мы расходимся по комнатам. Леся падает без задних ног и моментально засыпает. Я же выхожу на открытый балкончик с кружкой горячего кофе. Перед сном пью, чтобы уснуть. Вот такая я странная, ага. Усаживаюсь в глубокое кресло, ноги закидываю на деревянные перила и смотрю на звёздное небо.
— Ты не замёрзнешь? — насмешливо тихо спрашивает тот, о ком я думаю двадцать четыре на семь. Вздрагиваю, чуть не опрокидываю на себя напиток и, вскочив, перевешиваюсь через перила.
А там… Прямо под моими окнами… Стоит он! В чёрном костюме, со стильной причёской, хмурыми бровями и дорогущими часами.
— Как ты меня нашёл? — растроганно глотаю ком в горле.
— Я свою Беду везде найду, — хмыкает Дамир. — Спустишься или мне подняться?
— Сейчас, две минуты! Я быстро! — заметавшись, забегаю в комнату. Откладываю кружку, поверх пижамы с пчёлами накидываю дутую куртку и прямо в мягких домашних шлёпках бегу вниз.
Не замечаю на крыльце Дамира и влетаю прямо в его объятья. Мужчина на удивление ловит меня и крепко удерживает.
— Привет, — сдуваю пряди, упавшие на лицо, и задираю голову.
— Я тебя похищаю, — заявляет Дам, заправляя волосы за уши.
— Далеко? Надолго? Когда вернёшь? — с каждым вопросом моя улыбка становится шире и шире.
— В соседний домик. На все майские. Не верну, только отпущу на время, — отвечает властный мужчина, подхватывает удобнее на руки и несет к своему железному коню. — Ещё вопросы? Предложения? Комментарии?
— Вопросов нет. Похищение одобрено, — хихикаю, болтая ногами. — Только вещи забрать из комнаты надо. И Лесю хотя бы предупредить.