Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

Касторкин и министр уставились на меня в ожидании.
— Эммм… Я не планировал заниматься игорным бизнесом, но раз уж вы нашли таланты моего профессора магии огня полезными, то я, конечно же, не против. Пусть раскроет свой дар прохиндея на полную.
— Прохиндея? — задумчиво протянул Касторкин. — Звучит не очень лестно. С другой стороны, по-другому меня и не опишешь. — Он пожал плечами и улыбнулся. — Я в деле!
Безумный мир, безумные люди, жаль с ними расставаться. К тому же если выжил Браги, то, может, я смог бы найти в осколках миров ещё кого-то из старых друзей? Было бы отлично. Внезапно мелодичная музыка прервалась и заиграла громогласная, больше похожая на воинственный марш, нежели на свадебный вальс.
В центр танцпола выскользнула пара. Лев и Кьяра. Началось нечто удивительное, прекрасное и опасное. Их танец больше походил на сражение двух диких хищных кошек. Они вытворяли невообразимые пируэты, подбрасывали друг друга в воздух, ловили, а иногда и нет. Уворачивались от объятий, а после сталкивались так сильно, что казалось, будто их кости вот-вот сломаются.
Чертовски страстный танец заставил всех в зале замолчать и смотреть с замиранием сердца на происходящее. Дай Льву и Кьяре клинки, и прекрасный танец превратится в яростное сражение. Убери гостей отсюда — и начнётся жаркая постельная сцена. Слева от меня всхлипнул Львович.
— Это мой мальчик. Как же он прекрасен.
Я посмотрел на старика, а он вытирал слёзы. Да уж. Вот и грозный князь, глава рода. Хотя уже бывший глава рода. Дела-то переданы Льву, а значит, можно показать хрупкость собственной души.
В финале танца Лев высвободил ауру, объединённую с мощью ифрита, по залу пронеслась волна чудовищной энергии, отчего пара гостей даже рухнули в обморок. Так мой друг решил продемонстрировать мощь рода Львовых. Отличное представление. Одобряю. Кьяра, судя по всему, и сама едва не отключилась, но смотрела на Льва с обожанием и благоговением. Прекрасная пара.
Когда танец завершился, гости засыпали Льва и Кьяру аплодисментами, а после на танцпол заполнился другими парочками, желающими себя проявить. Среди них был Лунгин Фёдор Антонович и моя Аннушка. Они кружились в вальсе, смеялись, обнимались. Анна была счастлива, ведь это один из немногих раз, когда Фёдор вывел её в высший свет.
Но она даже не догадывалась, что будет в финале их танца. Тремя днями ранее Фёдор пришел ко мне и попросил руки и сердца Анны. Я отвесил ему подзатыльник и отвёл его к настоящему отцу Анны. Когда Иван услышал о том, что на его дочери желает жениться аристократ, он едва не помер от сердечного приступа. Пришлось его откачивать с помощью целебных лоз.
Так вот, прямо сейчас музыка резко оборвалась. Гости стали озираться по сторонам, не понимая, что происходит, а Фёдор рухнул на одно колено и достал колечко, спрятанное во внутреннем кармане пиджака.
— Анна Ивановна, я не знаю ни одной женщины, которая могла бы сравниться с твоей красотой, лаской и добрым сердцем. Ты выйдешь за меня? — спросил явно нервничающий Лунгин.
Аня ничего не ответила, лишь разрыдалась и, кивнув, бросилась в объятия жениха.
— Дамы и господа! Прошу не жалеть аплодисментов в честь моих добрых друзей! — выкрикнул я и стал громко хлопать, инициируя настоящую бурю оваций!
Я подошел к ним ближе, обнял и шепнул:
— Вы отличная пара. Совет да любовь.
Отходя от ребят заметил Лилит, стоящую в обнимку с Фервиладом.
— А может, и нам тоже? — спросил паладин.
— Фер, не порти момент, — буркнула Лилит и положила голову ему на плечо.
Да уж. Если и эти поженятся, то мир явно сошел с ума. Демоническая принцесса и воин света. Вот же хохма.
— Виктор! Идём скорее, — выпалил Оболенский и, схватив меня за рукав, потащил на улицу. — Мышкин предложил мне открыть стеклодувную фабрику имперского значения!
— Мой тесть? — нахмурился я.
— Да какой, к чёрту, тесть? Его дядя — Лев Николаевич!
— А ты чего?
— А как тут откажешься? Правда, он будет забирать пятьдесят процентов прибыли в пользу империи, но и все расходы возьмёт на себя. С меня только поставка ресурсов и организация производства. — На лице Оболенского было какое-то неземное счастье.
  
— Вот и молодец, что согласился, — улыбнулся я.
— Ага. Всё благодаря тебе.
— А я-то тут при чём?
— Ну, как же? Мышкин сказал, если бы я не был твоим другом, то условия были бы куда жестче. А без залежей разломного хрусталя я ему и вовсе был бы не нужен. Знаешь, эти слова немного меня задели, но в целом он прав. Так что всё благодаря тебе, Виктор. Спасибо.
— На здоровье. — Я хлопнул его по плечу и добавил. — Если однажды со мной что-то случится, я надеюсь, что ты позаботишься о моей семье, раз уж мы теперь родственники.
— Что за глупости? Конечно позабочусь, — сразу же сказал Оболенский и на секунду замер. — Стоп. Я должен что-то знать? Что-то случится?
— Нет. Всё хорошо. Просто я ведь Дубровский. А у меня всё вечно идёт не по плану.
— Это точно. Более спонтанного и безрассудного человека во всей империи не сыскать, — хмыкнул Григорий. — Кстати, ты видел Удальцова? Он тебя искал.
— Эх, надеюсь, он последний из гостей, кто жаждет моего внимания. Хочется уже поскорее вернуться к Юле, — вздохнул я.
— Понимаю, я и сам сегодня нарасхват, — гордо заявил Григорий. — Он, кстати, вместе с дочерью пошел на берег Байкала. Фархат превратил озеро в горячий источник* и, как видишь, многие желают погреть кости. — Оболенский указал рукой на десятки человек, бегущих к озеру с полотенцами в руках.
— Хммм… Всемирно известные горячие источники на берегу Байкала. Звучит неплохо, — оценил я и направился к озеру.
Удальцов Пётр Артемьевич и его дочь Светлана Петровна Берёзова по горло сидели в воде, от которой шел тёплый пар. Слева и справа плескались десятки купальщиков, а на берегу сидела богиня покровительница рода Берёзовых по имени Тара. Богиня расчёсывала свои волосы, похожие на тонкие ветви берёзы.
— Пётр Артемьевич! Искали меня? — выкрикнул я, привлекая к себе внимание.
— О! Виктор Игоревич! Минуту! Сейчас я подплыву!
— Не стоит, сейчас я к вам занырну, — отмахнулся я и щучкой вошел в воду.
Вода была практически горячей. Это было очень приятно. Вынырнув из тёмных вод Байкала, я подплыл к семье артефакторов и поприветствовал их.
— Виктор Игоревич, спасибо, что пригласили нас. Здесь столько интересных людей, это потрясающе! — восторженным тоном сказал профессор артефакторики.
— Да бросьте вы. Как я мог не позвать моего учителя?
— Ха-ха. Да… Учителя. Пожалуй, я от вас узнал больше, чем вы от меня, — озадаченно сказал Удальцов и почесал затылок. — Кстати, я познакомился с вашим другом Браги. Он невероятно много знает о построении артефактных структур и их разрушении. Могу ли я рассчитывать на то, что вы пришлете его ко мне на стажировку? Разумеется, стажироваться буду я, а не он.
— Пётр Артемьевич, увы это невозможно. Скоро начнётся учебный год в моей личной академии магии. — Увидев, как у Удальцова открылся рот от удивления я продолжил. — Да, я дорос и до такого. Могу предложить вам взаимные экскурсии по обмену опытом. К примеру, пару раз в месяц можем проводить выездные лекции, мои студенты будут наведываться в Иркутскую академию магии, а ваши — в мою академию. Конечно, если ректор будет не против.
— Это замечательная мысль! А с ректором я договорюсь, можете не переживать.
— Виктор Игоревич, красивый у вас санаторий, — похвалила дочь профессора Светлана Петровна.
— Рад, что вам нравится. Могу организовать для вас и отца бесплатную путёвку. Всё включено, проживание, питание, лечение.
— Это было бы просто замечательно! — воскликнул Удальцов и покачал головой, зыркнув мне за спину. Я даже обернулся, чтобы посмотреть что там происходит. — Вижу, вашему богу покровителю приглянулась наша Тара, — сказал профессор.
И правда. На берегу реки появился Гру и принёс берёзушке огромный кусок торта. Руки у девушки были заняты, поэтому мой деревянный сердцеед стал кормить её с ложечки. Выглядело это невероятно мило. Я едва не прослезился. Мой малыш так быстро растёт. Эх.