Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

— И что я должен сделать? — спросил я, не слишком понимая задумки Фервилада.
В ножны вложи клинок,
И будет от меня прок.
Смогу я сам передвигаться,
И вечность за тебя сражаться.
Я посмотрел на клинок с недоверием. Если я сделаю, как он просит, то останется ли он у меня на службе? Может, просто станет живым доспехом, и на этом всё закончится? Хотя это уже не важно. У меня есть куда более мощные силы, чем клинок света. Подойдя к горе доспехов, я вытащил из ножен покойника его меч и отшвырнул в сторону. На освободившееся место поместил Фервилад.
Полыхнула яркая вспышка, руны на доспехе загорелись ещё ярче, а через мгновение погасли. Доспех заскрежетал, дёрнулся и поднялся на ноги. Забрало шлема откинулось, и на меня уставился скелет, в глазницах которого танцевало белое пламя. Челюсть костяшки открылась и он нараспев стал говорить:
— Дубровский друг, тебя благодарю,
При случае , всегда я отплачу,
Но если можешь , в хранилище не отправляй,
Сидеть во тьме, не то чтобы прям рай.
— Не вопрос. Тогда свяжу наши души и смогу тебя призывать, когда потребуется. Идёт?
— Сей вариант меня устроит,
И душеньку мою он успокоит,
Служить тебе всегда я рад,
Жаль , что не могу покушать виноград…
— А это мы ещё посмотрим, — усмехнулся я.
Вокруг лежали десятки скелетов, на некоторых сохранились обрывки замороженной плоти. Я потянулся к некротике и погрузился в небытие. В сером спектре я видел, как бесформенная масса стекается к ногам живого доспеха и проникает через щели внутрь. Когда доспех заполнился плотью, я представил, как она нарастает на костяк скелета. Тук. Тук. Тук. Цвет и звуки возвращаются.
На меня, улыбаясь, пялится голубоглазый блондин со сломанным носом и выбитыми зубами.
— А фо это такое? Я фтоже снофа жиф?
Неужто я красафчик? Такой , каким и был?
Нараспев пропел Фервилад и пощупал лицо. Осознав, что он обрёл плоть, но стал не сказать, что красавцем, меч погрустнел и захлопнул забрало.
— Уродство нужно скрыть… — печально сказал он.
— Да ты достал, — вздохнул я и снова погрузился в пустоту, чтобы исправить морду паладина.
Спустя десяток минут передо мной стоял обладатель тридцати двух зубов и точёного носа! Красавцем его не назовёшь, но и уродом — тоже. Картаполов создал для него ледяное зеркало и паладин оценил плоды моих трудов.
— Я даже краше, чем раньше! — выпалил он и бросился обниматься.
— Да, да. Но ты не на сто процентов жив. Надеюсь, ты это понимаешь?
— Да, конечно. Я нечто вроде мертвяка. Очень красивого мертвяка.
— Ну нет. Ты скорее сплав артефакта, души и мясного голема, — начал было объяснять я, но почувствовал, что постепенно выхожу из себя. — Короче, ты и жив, и нет. Состариться и окончательно умереть ты не можешь, но все радости жизни тебе доступны в полной мере. Правда насчёт деторождения я не уверен.
— Спаси-и-ибо! — завизжал паладин и бросился меня обнимать.
— Ну, раз уж все счастливы и живы, то может, мы обмоем нашу долгожданную встречу? — спросил Браги.
— Хорошая мысль, но сперва сделаю нашему святоше один подарок. — Я протянул руку и призвал демонический клинок, создающий негаснущее пламя. Уже и не помню, у кого я его отнял, но мне это показалось забавным. Святому человеку вручить проклятый клинок. — Держи. — Я протянул ему меч с ножнами, и Фервилад с опаской принял его.
— А ты уверен, что хочешь доверить мне столь мощное оружие?
— Ох. Уже не уверен. Я столько подарков тебе сделал, а ты перестал разговаривать стихами. Это бесит, — сказал я и потёр виски.
— Да, консервная банка. Нам нужен бард, который будет петь песни, пока мы бухаем, — ухмыльнулся гном, ударив кулаком по доспеху паладина.
— Вообще -то я тоже выпить не дурак,
И в прошлой жизни повидал не мало драк,
Порой, признаюсь, сам их начинал!
  
Творилась дичь, когда с друзьями я бухал!
Горделиво заявил Фервилад.
— А-ха-ха! Вот это наш человек! Точно подружимся! — заявил гном и постучал по доспеху. — А если сможешь меня перепить, то я даже нанесу пару десятков усиливающих рун на твою груду железа. И тогда ты станешь силён, как…
— Как Тормунд Дуболом, который подох из-за того, что ты обещал сделать его огнеупорным? — спросил я.
— Эй! Ну то совсем другое дело! Я обещал защитить его от обычного пламени, кто же знал, что этот придурок прыгнет в жерло вулкана? — возмутился Браги.
— Ты прав, он был довольно странным, — согласился я и услышал за спиной кашель.
— Гхм… — прочистил горло Картаполов, привлекая к себе внимание. — Ребята, я тоже хочу с вами.
— А кто сказал, что мы тебя не возьмём? Я ещё никогда в жизни не выпивал с настоящим владыкой драконов! — выпалил Браги, широко улыбаясь.
— Вообще-то я владыка одного дракона, — скромно поправил его Картаполов.
— Один хрен! — выпалил Браги и посмотрел на меня. — Ну, где тут лучший кабак?
  
Глава 17
 
Лучший кабак, разумеется, был Фьёрентиной. Тихон Тихонович с радостью забронировал для нас всё заведение целиком. И начался разнос…
Вадим привёз сорок ящиков коньяка, от которых через час осталось только половина. А вы как хотели? Выпивать с гномом — это то ещё испытание! Не каждый осилит. Играла приятная музыка, освещение приглушили, на сцене мелодично пела красивая женщина лет пятидесяти. А неподалёку от неё слышались вопли гнома:
— Ну и я ей говорю, значит, — пробормотал Браги, опираясь на барную стойку. — А что у вас за артефактик промеж грудей? Знаете ли, очень занятный. Ик!
— Ха-ха! Клянусь богами! Она сто пудов врезала тебе по мерзкой харе! — заржав, выпалил дядя.
— Тихоныч, ну ты чё? Не порти историю, ё-маё. Ик! — икнул гном. — Ну и короче, говорю я ей. Типо, я профессионал в артефакторике. Что, между прочим, чистая правда. Кольдер не даст соврать! Ик!
— Кто? — нахмурился дядя.
— Тьфу! Вечно путаю. В смысле, Дубровский не даст соврать. Ага? — Браги улыбнулся и подмигнул мне.
Конспиратор хренов. К концу вечера вся империя будет знать, что я из другого мира. Хорошо, что здесь все свои и я могу не переживать.
— Понятия не имею, о чём этот алкаш говорит, — пожал я плечами и направился к Картаполову и Львову.
Два друга стояли в дальней части зала и обсуждали душевные терзания во время привязки высших сущностей к их тушкам.
— Ты тоже это пережил? — спросил Лев и сделал глоток коньяка.
— Да это просто жуть! Думал, прямо там помру.
— Вот-вот! А эта сволота даже и разрешения не спросила, — возмутился Лев.
— Рад, что друзья так любят и уважают меня, — улыбнулся я и приобнял товарищей.
— Да не, мы так-то рады. Но сволочь ты та ещё. Я до сих пор не простил то, что ты забросил меня в ледяной мир, — сказал Лев.
— Не переживай. Ещё простишь. Ведь завтра вы станете сказочно богаты.
— В каком смысле? — нахмурился Картаполов.
— Да в самом что ни наесть прямом. Кстати, держи сердце бури всегда при себе и бездумно не используй. А то, сам понимаешь, Начнётся ледниковый период, и только Лев Львович сможет нас спасти. Да? Пламенный ты наш, — усмехнувшись, я боднул Льва лбом.
— Ага. После того, как отец увидел, какую мощь я способен высвобождать, он отдал мне это. — Лев показал нам печатку главы рода.
— Ого! Поздравляю! — выпалил я, сдавив его в объятиях.
— Да, всё! Хватит! Рёбра сломаешь, говорю! — прорычал наш перекачанный блондин.
— Сам сломаю, сам и вылечу, делов-то, — хмыкнул я и позволил Льву сделать глоток воздуха.
— Спасибо тебе. Если бы не твоя помощь, то я вряд ли… — начал было Лев.
— Ой, всё. Заткнись. Ты бы и сам всего достиг. Нужно просто верить в свои силы и трудиться, не покладая рук. Я лишь дал небольшой толчок. И вообще, не надо скромничать. Если бы ты год назад не решил со мной подружиться, то судьба сложилась бы совсем по-другому.