Азраиль. Небеса содрогнутся! Том 2 (СИ)

Какого дьявола он делает это голыми руками?!
— Активировать защитный покров, живо! — всё, что я успел выкрикнуть своим товарищам, но...
...всё произошло слишком быстро. Янко рухнул на колени и приложил обе ладони к земле. Секунда — и по земле вокруг парня прошлась волна Ауры уровня Альфа-распада; она буквально в пару мгновений вырвала острые иглы из земли.
И скорость их была поистине ужасающей.
Около тысячи острых игл по всей местности поместья в секунду взмыли вверх на метр от уровня земли. Крики боли, вопли и даже стоны... тут же раздались со всех сторон, а эхо, отбиваемое от деревьев, доносило звуки на километры вдаль.
Я же остался на ногах; ощущая, как кровь течёт по икрам, лишь сделал следующий шаг.
...помимо стонов, что звучали за моей спиной, я ощутил боль Пелагеи — она была расположена позади от меня. Однако... несмотря на это иглы смогли-таки достать и её.
Альфа-распад позволяет материализовывать Ауру в физические предметы. Ничего удивительного, вот только... как тут сражаться?!
— Так тебе плевать на её жизнь? — с искренним изумлением вопросил я, ткнув пальцем в сторону стонущей цыганки. — Это вы называете кровными узами?
— Она стала обузой, — отозвался он. И замолк.
Сердце замерло...
...и я чуть сбавил шаг — а затем и вовсе остановился. Если во мне нет чувства самосохранения, это не значит, что мне плевать на сохранность остальных.
— Остановись, Янко, если хочешь спасти Боико, — повторил я. На этот раз серьёзно. — Этот осколок тебе не принадлежит.
— Да? — язвительным тоном заметил Драгомир. — А кому он принадлежит? Тебе? Это артефакт моего отца, и никто не смеет отнимать его.
Я поджал губы. Иглы тем временем медленно, с глухим треском, уходили обратно в землю. Драгомир оглянулся и, не найдя вокруг себя убитых, вновь выбросил в своё тело немного моей Ауры.
— А теперь скажи, откуда ты знаешь Пелагею? — заключил он.
Ответа вновь не прозвучало. Я поморщился, Янко же просто вытянул руку. Он точно не кажется болтуном, однако каждое его слово раскалённой сталью отпечатывается в моих мыслях.
Это... Натиск?
...Аура в форме острого лезвия с безумной скоростью прошла сквозь меня, задевая и тех, что стояли за спиной. Мой костный покров выдержал удар. Вот только...
По инерции меня унесло назад, в одну из машин ордена; тело смяло массивный капот в гармошку, а из носа потекла кровь. Признать, никак не ожидал увидеть смертного человека, который сможет так искусно управлять моей Аурой.
Распластавшись, я вновь поглядел на Янко... и всё ещё не давал ответа.
— Да кто он такой?! — недоумевал Иван Князин, падая на колено. Аура Драгомира была острее, чем защитные покровы бойцов. И это... усложняло задачу.
Кто он такой?.. Хороший вопрос, знать бы самому. Я поднатужился, опирая руку о груду металла и поднимаясь на ноги.
— Татуировки, свободное племя, Пелагея, — взгляд Янко мазнул по мне. — Откуда тебе известно обо всём этом? Откуда ты знаешь, где расположен тайный особняк?..
— Если скажу, что знаю, где сейчас твой отец... поверишь, Янко? — я скосил глаза на истекающую кровью Пелагею. — И если скажу, что Дэвид Драгомир, доверенное лицо Азраиля, явно будет недоволен, когда узнает, что ты убил меня. Что ты будешь делать?
Янко снова опешил. А я... чуть наклонил голову набок и сощурился.
— Повторяю в последний раз. Я верну твоего друга, если отдашь камень, — в третий раз это звучало не так громко, как в первый. — Послушай меня и сделай то, что должен, пока не стало слишком поздно.
Краем глаза я заметил, как израненные орденоносцы медленно окружают Янко Драгомира. Тяжёлая походка, следы крови и прочие нюансы, которые лишали их возможности застать врага врасплох, казались... донельзя нелепыми. Однако были вполне себе действенными.
Впрочем, об этом думал не только я, но и Янко, который периодически оглядывался по сторонам с той же хищной физиономией.
— Не смей больше говорить в таком тоне, ублюдок, — процедил он, высасывая из моего артефакта новые порции Ауры. — Вернуть к жизни труп? Послушай, щенок, мне этот камень передал отец ещё в юношестве. И я открыт перед всем миром абсолютно так же, как и когда-то был открыт Азраиль. Но даже мне не удавалось воскрешать людей.
 
Разве я говорил что-то о воскрешении?.. Не успел я ответить — объяснить, что к воскрешению это не относится, как меня прервали.
— Такие, как ты... — хриплым голосом заявил Иван Князин, готовясь дать команду. — Мерзавцы и ублюдки... не достойны такой силы! Парни!
И «парни» среагировали. С отчаянным воплем сотня бойцов ордена Щита ринулась в атаку, выбрасывая наружу всё больше Ауры. Казалось, солдаты не особо задумывались о своей сохранности — будто годами копили в себе злость за несправедливость и прочее.
Однако, увы... это казалось малоэффективным. Биться с Янко — то же самое, что и пытаться остановить иглу металлической сетью — размеры частиц не те. Воздух запах осенью, грязью и... свежей кровью. Я ощутил, как напряжено пространство вокруг; лица солдат словно сведены в судорожных масках без эмоций, кулаки сжаты...
Отличная среда для Ауры, что пожирает боль.
— Прикажите и нам атаковать, босс! — на этот раз выкрикнул один из людей Красного ордена. — Мы ждём вашего приказа!
Я кивнул, щурясь.
— Атакуйте, — рука моя дала отмашку. — Мне нужно немного времени.
— Есть! — внезапный крик раздался за спиной.
Люди из Красного ордена тоже успели принять нужные позиции. И сейчас, хромая и переваливаясь — всё же шипы Драгомира нанесли существенный урон — бежали сломя голову в ту кашу, которую устроили люди Князина.
Но я не торопился атаковать — лишь постарался сконцентрироваться, не реагируя на крики и стоны, удары стали о сталь и прочие звуки сражения.
Моя задача — использовать печать Богини Асхалы.
Вот только Янко, точно зверь, запертый в клетке... казался неостановимым. После очередной выброшенной острой волны Ауры он чуть вырвался вперёд и вспорол своим кинжалом брюхо солдата.
— Укрепить оборонительные техники! — послышалось от Князина.
И солдаты тут же начали менять позиции, параллельно отбиваясь от острых волн. Аккурат после этих слов я ощутил... всплеск силы. Сейчас будет что-то очень мощное — такое, что уничтожит всё живое вокруг!
— Назад! — теперь уже я приказал своим людям. — Укрепить оборону!
Люди начали отходить от Драгомира, выстраивая прочные щиты. А тот, оставшись один посреди трупов, сплюнул кровью...
...в челюсть его тут же прилетел кулак... орденоносца.
Да простит меня Богиня-мать! Даже Насгардские ослы умнее! Какого дьявола он делает?!
— Был отдан приказ! — разъярился я. Жаль, было слишком поздно.
Драгомира пошатнуло, концентрация чуть рассеялась. Но не от силы удара, нет. Скорее, больше от... его дерзости и наглости. В глазах Янко мелькнуло непонимание. Казалось, от неожиданности остановились буквально все: и члены Красного ордена, и бойцы Князина.
И даже этот тугодум.
Я к этому времени как можно быстрее начал сокращать дистанцию, вырисовывая в воздухе Сложную печать. Да, она буквально высосет из меня все соки, но... если сможем отбить его лучший удар, то будет достаточно времени для хорошей контратаки.
— Уходи, Пелагея! — разразился громом голос Драгомира. Он орал громче обычного, выбрасывая в стороны не только руки, но и слюни. — Беги как можно дальше!
Я печально вздохнул. Пелагея явно не хочет считать себя обузой, но...
Миг — и яркое пламя мощной волной озарило всё вокруг. В тот же момент и я активировал Сложную печать Асхалы, что вобрала в себя всю собранную Ауру в доме Рюриковых.
Печать тут же вспыхнула в метре от каждого бойца, что находился на поле боя. Навыков достаточно, чтобы изображать её быстро и в движении, да и печать эта далеко не из тех исключительных, которыми пользуются Высшие Боги. Обычная защитная оболочка на уровне Альфа-распада покрывает людей в радиусе, длина которого зависит от количества Ауры.