"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
Любопытно, почему жители просто не перебрались из затопленной части деревни в уцелевшую?
Солнце ушло за деревья, берег озера накрыли сумерки. Аоранг решил заночевать в одном из домов, а завтра, как рассветет, оглядеться. Он нашел удобный дом, растопил там очаг, поискал оставленные припасы и устроил себе горячий ужин. Настоящая постель, теплое одеяло – все это согревало душу и тело, особенно после ночевок в холодной и сырой степи. Вот только Рыкун наотрез отказывался ночевать под крышей. Он упирался как мог, но в дом не шел.
– Не хочешь – спи на улице! – заявил наконец выведенный из себя Аоранг.
Если бы не усталость после долгого пути, мохнач дважды подумал бы, прежде чем оставаться на ночлег в подобном месте. Когда Аоранг засыпал, ему явилось странное видение: будто лежит он на самом краю бездонной пропасти и достаточно одного неловкого движения, чтобы свалиться… Но Аоранг лишь завернулся в одеяло, отвернулся к стене и мгновенно заснул.
Пробуждение было ужасным. Аоранга разбудил хриплый вой Рыкуна, доносящийся почему-то сверху. Мохнач распахнул глаза и ощутил, что его сковывает мертвенный холод. Он рывком сел на постели и обнаружил, что в хижине полно воды. Вода прибывала очень быстро и совершенно беззвучно. Аоранг вскочил с постели, плюхнулся в воду, с трудом добрался до двери и распахнул ее. Тяжелый накат волны втолкнул его обратно в дом. Мохнач уцепился за косяк, огляделся, и волосы у него встали дыбом. В свете луны раскинулось гладкое пространство огромного озера – уже без намека на торчащие из воды деревья и даже на прибрежный лес. Черная вода быстро наполняла деревню. Аоранг едва успел оглядеться, как она уже поднялась ему по грудь.
Вой Рыкуна с крыши дома привлек его внимание.
– Рыкун! – крикнул Аоранг. – Сюда!
Поток воды подхватил его и повлек вдоль стен, по улице. Позади раздался громкий всплеск – это спрыгнул с крыши саблезубец. Аоранг в несколько гребков подплыл к нему и ухватился за мокрую шерсть.
– Вытаскивай нас отсюда! Ищи берег!
Саблезубец терпеть не мог воду и плавал, лишь когда не оставалось другого выхода. Вот и теперь все, чего желал Рыкун, – поскорее оказаться на твердой сухой земле. На это и рассчитывал Аоранг.
– К берегу, дружок!
Рыкун мощно загребал лапами, пробираясь между затопленными по крышу домами и плывущими деревьями. Тело Аоранга начало понемногу неметь в холодной воде. Он мог продержаться долго – куда дольше обычного человека, – но в конце концов совсем перестал чувствовать руки и ноги.
По сторонам из темноты выступали стволы деревьев. В какой-то миг ноги Аоранга нащупали землю. Рыкун с удвоенной силой устремился вперед. Через несколько мгновений он выбрался на пригорок и принялся яростно отряхиваться. Аоранг с горем пополам выполз вслед за саблезубцем и в изнеможении уткнулся лицом в землю.
Утром восходящее солнце озарило страшную и удивительную картину. Ничего подобного Аоранг в жизни не видал. Весь лес, через который он шел накануне, был затоплен. Куда бы ни падал взгляд мохнача, везде между деревьями блестела вода, и не было ей ни конца ни края. Пригорок, на котором они заночевали, превратился в остров.
«Святое Солнце, что же здесь творится?! Спокойно, спокойно! – приказал себе Аоранг, пытаясь совладать с вгоняющим в оцепенение ужасом. – Такое случается и на Змеевом море! Вода наступает на сушу и заливает ее на целые дни пути, а спустя несколько дней уходит обратно. Видно, землетрясение вызвало небывалый разлив. Надо просто подождать, и вода уйдет…»
Однако время тянулось, а никакого движения вод заметно не было. Когда солнце поднялось выше, Рыкун принялся нетерпеливо рыскать по островку.
– Держись, дружок, – похлопал его по холке Аоранг. – Я тоже голоден и не знаю, что будет дальше. Поплыли – другого выхода все равно нет…
Они спустились с холма, и тут у мохнача снова мурашки пробежали по спине. За ночь вода не схлынула, а напротив, поднялась, и сильно. Аорангу стало жутко от этого тихого, неуклонного наступления на берег. Пожалуй, задержись они на пригорке еще на ночь, и его залило бы целиком…
«Не иначе, сурьи уже знали, что вода может нахлынуть быстро, потому и сбежали, – подумал он. – Похоже, половину их деревни затопило в один миг…»
Аорангу вспомнилось еще одно удивительное и страшное явление, присущее Змееву морю: оно быстро отступает от берега, а потом вздыбливается стеной, захлестывая рыбачьи деревни. Может, и тут произошло нечто подобное?
«Но откуда берется вода? Не с третьего же неба выливается, в самом деле!»
Мохначу вспомнилось видение безумной девочки о великом водопаде, один вид которого свел ее с ума. «Спаси нас, господь Исварха!» – невольно прошептал он.
Нет, это слишком страшно, чтобы быть правдой!
«Я ничего не знаю, – думал он. – Откуда пришла вода? Что там, на другом берегу? В любом случае – надо скорее возвращаться к горам! Пока еще не слишком глубоко и остались возвышенности, где можно отдохнуть…»
– Вперед, Рыкун! – со вздохом приказал Аоранг. – Тебе придется снова помочь мне…
Вскоре они уже плыли бок о бок через затопленный лес. Мохнач то и дело переводил дух, ухватившись за шерсть питомца. Заметив удобное дерево, залезали на него, чтобы перевести дух, затем продолжали путь. Аоранг с тревогой поглядывал на безмятежное голубое небо. Что, если не удастся найти место для ночлега?
Наконец после полудня Аоранг вновь нащупал дно, и вскоре они выбрались на берег. Но отдохнуть не удалось – почти сразу Аоранг с проклятием вскочил, обнаружив, что снова лежит в воде.
– Она преследует нас, Рыкун! – в сердцах воскликнул мохнач. – Подбирается потихоньку, чтобы утопить во сне!
Пришлось вставать и брести дальше.
Весь день Аоранг и Рыкун уходили от воды – а она ползла за ними следом, словно хищный ящер, неторопливо преследующий смертельно раненную жертву. Наконец начались предгорья спасительного кряжа. Поднимаясь по склону, мохнач то и дело оглядывался, окидывая взглядом оставшийся позади лесной край. Подумать только! Совсем недавно он стоял на вершине, радуясь тому, что открыл новую землю. И что же – не прошло и нескольких дней, как леса ушли под воду, и теперь на их месте синеет море! Озером Аоранг больше не мог его называть – оно было слишком велико. Кроны ближайших сосен еще торчали из воды, над ними метались возмущенные птицы. Но чуть дальше блестела на солнце нетронутая водная гладь…
«Будто неспешно наполняется гигантская чаша… Что будет, когда она перельется через край? Когда этот огромный разлив соединится с полноводной Даной?»
Представить, что тогда произойдет, было несложно. Болотистая равнина, которую недавно пересек Аоранг, очень скоро окажется под водой. Море достигнет подножия гор Накхарана. А потом пойдет дальше, заливая степи Великой Матери, подтапливая вендские леса…
«Святейшего Тулума бы сюда! – думал мохнач. – Он бы точно высчитал, с какой скоростью поднимается вода. Предсказал бы, когда она преодолеет водораздел и хлынет на равнины… Но как это все исчислить, если мы по-прежнему не знаем, откуда потоп? А уж если разлив захватит и Дану с Ратхой…»
Аоранг запустил пальцы в косматые волосы и сжал голову руками, словно она была готова вот-вот разлететься на части.
«Если великие реки Аратты выйдут из берегов – конец всему! По берегам – десятки городов, сотни деревень! А мы-то думали, беда придет с севера! Зачем Великий Ров, зачем все усилия? Что разливы Змеева моря по сравнению с этим?!»
Аоранг отвернулся от сияющих вод и начал быстро карабкаться в гору.
«Надо спешить в столицу! Как можно скорее рассказать о потопе святейшему Тулуму! В столице должны узнать: бесполезно строить рвы и плотины, это пустая потеря времени. Немедленно спасать людей, уводить подальше от рек…»
Рыкун первым достиг вершины хребта. Поднял голову, огляделся, понюхал воздух и издал недовольное ворчание. Он давно уже был голоден, но поросшие лесом склоны опустели, и ему не на кого было охотиться. Все звери ушли из этих краев давным-давно. Они чуяли приближение смертельной опасности намного лучше, чем люди.