"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)

– Похоже на лук, – выдавила Кирья. – Золотой такой. При нем еще колчан со стрелами. Только тетивы не нашла…
– Лук?!
Пальцы Зарни еще раз пробежались по оружию, и на его лице отразилось бескрайнее разочарование.
– Там точно не было гуслей или чего-то подобного?
– Нет, отец, – со вздохом сказала Кирья.
– Все пропало! – вырвалось у слепца. – Все! Столько десятилетий поисков, столько усилий! Мне нужны гусли! Они должны были найтись там! Где они?! Зачем мне этот лук?!
Пальцы Зарни бессильно разжались, лук упал на землю. Кирья подхватила его, бережно положила на шкуру рядом с гусляром. Нужен или не нужен – а вот так отбрасывать волшебное оружие не следует.
– Может, лук нам тоже пригодится? – осторожно спросила она. – Это ведь оружие богов!
«Хотя на самом деле мне даже не натянуть его, – подумала она, взглядом измеряя разлет плеч. – Это лук для высокого, сильного мужчины с длинными крепкими руками…» Ей вспомнилась давняя бесславная попытка бегства из керемети, когда она приглядела себе в сокровищнице лук и даже утащила его, но не смогла натянуть…
– Думаю, я читал об этом луке, – проговорил Зарни, сжимая и разжимая кулаки, чтобы успокоиться. – Лук Исвархи – если это он – довольно часто упоминается в Ясна-Веде. Якобы сам Господь Солнце выезжал во главе небесного воинства, огненными стрелами поражая Змея Бездны… Однако считалось, что это оружие хранится в тайном храме где-то в северной Бьярме, чуть ли не на границе вечного льда…
Зарни говорил, а Кирья пожирала глазами лук. Как же он ей нравился! Никогда в жизни прежде она не видела ничего прекраснее. Все в нем дышало совершенством. Грозное, изящное оружие! Его смертоносная красота завораживала. Что это за дерево, из которого он сделан? Такое ровное, гладкое, сияющее, будто лук был не вырезан, а создан богами сразу вот таким – безупречным…
– Будь он проклят, бесполезный, бессмысленный!
Возглас Зарни оторвал Кирью от созерцания.
– Отец, чем ты так сильно огорчен? – спросила она. – Почему говоришь, что этот великолепный лук для нас бесполезен?
– Не просто бесполезен – он вреден и опасен. Не в пример гуслям, на поиски которых я потратил полжизни, этот лук нельзя использовать в обе стороны…
– Как это?
– Гусли Исвархи способны менять саму материю этого мира, причем так, как угодно играющему. Все зависит от того, что ты играешь. Можно сыграть сотворение мира, а можно – гибель мира.
– Сыграть… гибель мира?! Я не понимаю.
– Это правда, Кирья, – устало сказал Зарни. – Я знаю, где записаны нужные песни. Древнейшие в мире песни, что родились еще до того, как солнце стало богом. Мы, сурьи, сохранили это знание. Потом арьи похитили его и извратили… Ну а этот лук, если верить Ясна-Веде, был создан позднее – для войны с Предвечным Змеем. Но для чего мне с ним сражаться? Я бы сказал, сейчас Первородный Змей, повелитель вод, скорее уж мой союзник…
– Тогда что мы сделаем с луком?
– Уничтожим, – мрачно ответил Зарни.
– Как?! – Кирья и сама не ожидала, что слова гусляра так поразят ее. – Зачем?! Это же великое сокровище!
– Хотя бы для того, чтобы он никогда не попал в руки арьев! – резко перебил ее гусляр. – Конечно, оружие богов так просто не разрушить. Но его можно спрятать так, что никто никогда не найдет. Лук потеряется на столетия, а может, и на тысячелетия…
Зарни достал гусли.
– И я знаю, где его спрятать…
Он дернул струны, издав несколько резких, ранящих слух созвучий, и запел тягучую песню на неведомом языке. Таких песен Кирья прежде не слышала. Зарни не пел, а скорее говорил нараспев все одно и то же, будто настойчиво звал кого-то. Слова повторялись, переплетаясь, словно пряжа на спицах, вплетая в реальность новые нити – или разрывая их…
«Калма? – Кирья уловила знакомое, то и дело повторяющееся имя. – Он призывает Калму?!»
В глубинах земли послышался далекий гул, прошлогодняя хвоя зашевелилась, как живая. Дривы с криками шарахнулись прочь, охваченные туманящим разум страхом, какой порождает лишь уходящая из-под ног твердь. Кирью тоже коснулась тень этого страха – но страх не смог одолеть охватившего ее гнева.
 
– Не делай этого! – крикнула она.
Зарни пел, не обращая на нее никакого внимания.
Земля треснула, словно сухая кора. Из трещины пахнуло ветром иного мира. Кирья задрожала – она помнила этот ветер. Страх и отвращение перед Калмой и ее чудищами переполняли ее, но еще сильнее было негодование.
Нельзя уничтожать золотой лук! Он не должен попасть к Калме!
Недолго думая, Кирья подскочила к Зарни. Лук все еще лежал рядом с ним на шкуре. Девочка схватила оружие и отбежала в сторону.
– Кирья, что ты делаешь? – резко спросил Зарни, обрывая пение. – Зачем ты взяла лук?
– Я не хочу, чтобы ты отдал его Калме, – ответила она, холодея от собственной дерзости. – Я не для этой ведьмы его добывала!
– Положи лук на место, – ледяным голосом приказал гусляр.
– Нет! Это я его принесла. Он принадлежит мне… по праву небесной крови! Я и буду решать, как с ним поступить!
Зарни махнул рукой, призывая дривов:
– Быстро хватайте девчонку! Отберите у нее лук!
Кирья бросилась наутек. За спиной послышался топот и тяжелое дыхание слуг. Кирья, словно белка, по знакомой уже тропе вновь полезла на кручу. Она карабкалась, помогая себе лишь одной рукой, а в голове билась единственная мысль: «Что дальше?!»
– Господин, мы туда не полезем, – раздался виноватый голос снизу. – Там логово большого медведя! Ее-то он не тронет, а за наши жизни ты не платил…
– Я приказываю!
Слуги неохотно двинулись к скале. Кирья положила лук наземь, с трудом подняла большой камень и закричала:
– Только суньтесь!
– Последний раз говорю тебе, отродье арьев, – послышался снизу угрожающий окрик Зарни. – Отдавай лук, или пожалеешь!
– Не отдам!
– Ладно же. Не хочешь по-хорошему…
Внизу вновь зазвенели гусли, и из длинной извилистой трещины в земле, сотворенной колдовством Зарни, хлопая перепончатыми крыльями, вылетел черный крылан.
Дривы как один кинулись в сторону леса. Да и было отчего! Кирья с изумлением глядела на знакомую тварь из Бездны. Крылан – если это, конечно, был он – вырос вдвое. Чудище, распахнув крылья, описало круг над скалами, уселось над водопадом, распахнуло длинную пасть и издало крик, способный распугать всех медведей в Затуманном крае.
– Возьми ее! – раздался властный голос Зарни.
Кирья съежилась, рука ее скользнула к поясу, напрасно пытаясь нащупать костяную дудку. И лук, оружие богов, сейчас ничем ей не поможет – на нем даже тетивы нет… Вот сейчас летучая тварь кинется на нее…
– Убей ее! Ну!
Однако черный крылан все сидел и чего-то ждал. В груди у Кирьи вдруг стало жарко, глаза защипало от горячих слез.
– Ко мне, древний дух, мой хранитель! – закричала она. – Ты вырос, это хорошо! Лети ко мне, переродимся вместе!
Крылатое существо взмыло в воздух и ринулось прямо на Кирью, а она, подхватив с земли лук, прыгнула со скалы ему навстречу. Они встретились в полете, и мир перевернулся. Кирья вновь ощутила то, что впервые испытала, когда проникла во владения Калмы в поисках Мазайки. Не стало ни Кирьи, ни летучей твари – лишь единое крылатое существо, принадлежащее двум мирам. В прошлый раз это вышло почти случайно, а теперь Кирья вполне владела и собой, и летучим духом. Они стали одной сущностью: это ее крылья, ее золотой лук в руках!
– Будь ты проклята! – неслись снизу крики Зарни. – Лживая, хитрая рыжая ящерица! Отродье нелюди с порченой кровью! Будьте вы прокляты, арьи! Злые дивы, погибель мира! Не надейся скрыться, я найду тебя даже в ледяном аду!
Кирья взмахнула черными крыльями и взмыла ввысь.
  
Эпилог
   
Часть 1. Путешествие на юг
 
Аоранг стоял на одиноком холме, словно парящем над зимней степью, и щурился, подставляя лицо солнцу и ветру. Ветер был теплым, он пах сухим разнотравьем, пылью и еще чем-то, что пробуждало в душе мохнача множество полузабытых образов и ощущений. Кажется, это был запах очень далекого моря…