Кошмарной летней ночью (сборник)
– Парни, а вы знаете, что на завтра у нас запланирован поход на байдарках?
Они удивленно вытаращились на меня.
– Ничего себе! – Колин присвистнул. – Сегодня после обеда пеший поход на три мили, а завтра поход на байдарках?
Теперь пришел мой черед удивляться:
– Какой еще пеший поход?
– А ты что, не идешь? – спросил Джей.
– Знаешь такого высокого вожатого? Фрэнка? Он еще ходит всегда в желтой кепке? – зачастил Колин. – Он сказал Джею, что после обеда у нас пеший поход на три мили.
– А мне никто ничего не говорил. – Я опять почему-то разнервничался и начал покусывать кончик ручки.
– Может, тебя не записали в эту группу, – сказал Джей.
– Ты уточни у Фрэнка за обедом, – посоветовал Колин. – Может, Фрэнк просто тебя не нашел. Может, ты тоже идешь.
Я застонал, закатив глаза:
– Хотел бы я посмотреть на такого придурка, который сам захочет идти в поход по такой жаре.
Колин и Джей переглянулись.
– Фрэнк говорит, что это будет прикольно, – сказал Колин.
Он продолжал вертеть в руках свою бандану.
– Я не хочу никаких приколов. Я хочу домой, – пробурчал я и вернулся к своей писанине.
Я писал быстро. Я уже не задумывался, с чего начать. Я просто записывал все, что приходило мне в голову. Я описал все те страсти и странности, которые творятся в лагере. Я хотел, чтобы родители поняли, почему мне нельзя здесь оставаться.
Я исписал полторы страницы мелким почерком и уже дошел до ночных приключений Роджера и Джея в Запретном доме, но тут в коттедж влетел Ларри.
– У вас что, выходные? – Он обвел нас яростным взглядом. – Отдохнуть захотелось?
– Вообще-то у школьников летом каникулы, – отозвался Джей. – То есть именно отдых.
– Смеетесь? – насупился Ларри.
– Да нет, просто сидим.
Я потихоньку сложил письмо и попробовал запихнуть его под подушку. Мне не хотелось, чтобы Ларри его увидел. Я вдруг понял, что не доверяю ему. Ну ни капельки не доверяю.
– Что ты там делаешь, Билли? – Ларри с подозрением уставился на письмо, которое я не успел до конца спрятать под подушку.
– Домой пишу, – пробормотал я.
– Соскучился, что ли? – ухмыльнулся Ларри.
– Может быть.
– Ладно, ребята. Пора на обед, – объявил Ларри. – Давайте быстрее, а то опоздаем.
Мы слезли с кроватей.
– Я слышал, что после обеда Джей и Колин идут с Фрэнком в поход. Вот повезло ребятам. – Ларри тряхнул головой и направился к двери.
– Погоди, Ларри! – крикнул я ему вслед. – А я? Разве я не иду в поход?
– Не сегодня, – бросил он через плечо.
– А почему? – спросил я.
Но Ларри уже вышел на улицу. Я повернулся к Колину и Джею.
– Вам повезло, ребята, – поддразнил их я.
В ответ они зарычали: мол, ты-то хоть не издевайся. А потом мы пошли на обед.
На обед давали пиццу. Вообще-то я обожаю пиццу. Могу съесть ее сколько угодно. Но эта пицца была холодной и по вкусу напоминала политый кетчупом картон. И сыр лип к зубам.
И вообще у меня не было аппетита.
Я все думал о Дани и Дори. Я ужасно за них волновался. Увидимся ли мы с ними снова? Сумеют они послезавтра опять переплыть реку и встретиться со мной на берегу? Я вновь и вновь вспоминал наш сегодняшний разговор. Девочки действительно были напуганы. Похоже, они дошли до предела и были готовы на все, лишь бы только сбежать из этого лагеря. Как они там говорили? «Лагерь кошмаров». Название самое что ни на есть подходящее.
После обеда Фрэнк подошел к нашему столу, чтобы забрать Джея и Колина. Я спросил у него, иду я с ними или нет.
– Тебя нет в списке, Билли, – сказал он, почесывая комариный укус у себя на шее. – Понимаешь, какое дело. Я могу взять только двоих человек зараз. Маршрут немного опасный, и я должен все время следить за ребятами.
– Опасный?! – вытаращился на него Джей, медленно поднимаясь из-за стола.
Фрэнк улыбнулся ему:
– Ты здоровый и сильный парень. С тобой уж точно ничего не случится.
Я наблюдал за тем, как Фрэнк, Колин и Джей выходят из столовой. Почти все ребята уже разошлись. За нашим столом остались только я и еще двое мальчишек, которых я не знал. Они сидели на дальнем конце стола и мерялись силами, сцепившись руками.
Я отодвинул поднос и поднялся из-за стола. Делать было особенно нечего, так что я собирался вернуться в коттедж и закончить письмо родителям. Но когда я уже выходил из столовой, кто-то догнал меня и положил руку мне на плечо.
Я обернулся.
Это был Ларри.
– Турнир по теннису. – Он улыбнулся.
– Чего? – не понял я.
– Ты представляешь четвертый коттедж на турнире по теннису, – пояснил Ларри. – Ты что, расписание не видел? Оно висит на доске объявлений.
– Но я почти не играю в теннис! – воспротивился я.
– Мы в тебя верим. – Ларри похлопал меня по плечу. – Возьми в подсобке ракетку и дуй на корты.
Всю вторую половину дня я провел на теннисных кортах. Первый матч я выиграл легко. В двух сетах. Впечатление было такое, что мой соперник первый раз в жизни взял в руки ракетку. Зато второй матч я продул. Но не без борьбы. Мы рубились, наверное, часа три. Моим соперником был белобрысый парень – один из тех ребят, которые мерялись силами за столом, когда я уходил из столовой.
Когда матч наконец завершился, я был весь мокрый. У меня все болело, но я все равно побежал к реке, чтобы окунуться. Мне казалось, что я сейчас просто расплавлюсь.
Потом я вернулся в коттедж, переоделся в чистые джинсы и зеленую с белым футболку с эмблемой нашего лагеря и сел дописывать письмо родителям.
Время близилось к ужину, а Джея с Колином все не было. Я решил, что не буду их дожидаться, а пойду пока в главный корпус и отдам письмо секретарю.
Секретариат тоже располагался в главном корпусе, но туда был отдельный вход. Обычно в кабинете сидела молодая женщина, которая отвечала на все вопросы и которой мы отдавали письма. Когда я подошел, дверь была приоткрыта. Поэтому я не стал стучаться и сразу вошел.
В комнате никого не было.
– Здесь есть кто-нибудь? – Я перегнулся через высокую стойку и заглянул в заднюю комнату.
Там было темно и, по-моему, пусто.
Во всяком случае, мне никто не ответил.
– Здесь есть кто-нибудь? – повторил я погромче.
Но никого явно не было.
Я разочарованно присвистнул и собрался было уходить, но тут заметил какой-то здоровый мешок. Он лежал на полу в задней комнате. Прямо у двери.
Почтовый мешок.
Я решил положить туда свое письмо, чтобы его отправили с ближайшей почтой. Я обошел стойку, зашел в заднюю комнату и присел на корточках рядом с мешком.
Я с удивлением обнаружил, что мешок набит письмами под завязку. Когда я открыл его, чтобы положить туда свое письмо, целая пачка конвертов вывалилась на пол.
Я принялся собирать их с пола, и тут мое внимание привлек один конверт.
Очень знакомый конверт…
Это было мое письмо. Которое я написал маме с папой вчера.
– Странно, – пробормотал я вслух.
Я достал из мешка еще пачку конвертов. Быстренько их просмотрел и нашел письмо Колина, которое он писал домой несколько дней назад. Я запомнил его потому, что на конверте была нарисована очень смешная рожица. И точно, на конверте был адрес Колина.
Я вытащил еще пачку конвертов.
И нашел два своих письма, которые написал на второй и на третий день после приезда.
Почти неделю назад.
У меня по спине пробежал холодок.
Все письма, которые мы писали домой, были здесь. В этом мешке.
Их никто не отправил.
Отсюда нельзя было позвонить домой.
И нельзя было написать домой.
Я принялся запихивать письма обратно в мешок. У меня так дрожали руки, что я постоянно ронял конверты.
«Что здесь происходит? – думал я в ужасе. – Что происходит?»
16Я был так потрясен своим открытием насчет писем, что даже опоздал на ужин. Когда я пришел в столовую, дядя Эл уже закончил свои вечерние объявления. Я очень надеялся, что не пропустил ничего важного.