Судьба (СИ)
Лея внимательно смотрела на меня, почти не моргая, с жадным вопросом.
— Да. — Ответил я. — Это был он. Тот же Фантом.
— А ты уверен, что это точно он?
— Абсолютно. — Я позволил себе улыбнуться. — Его ни с кем не спутаешь. Этот голос… Нет, это он, без сомнений.
— Так, — Лея поставила руку на локоть и положила подбородок на ладонь, — дальше…
— Дальше?.. А что дальше? Он тогда говорил о Наследии, точнее, — меня снова передернуло, прям как Данте, — в том кошмаре… Не знаю как, но этот кошмар стал явью, как вещий сон. Не точно, но с основными красками… ты понимаешь?
— Да, да. — Лея, очень внимательно слушая, активно закивала.
— А потом эта встреча… Хотя, все началось раньше… Не знаю, может это и не связано, но тот Отго… — Я немного виновато глянул на девушку.
— Все нормально. — Улыбнулась она в ответ. — Отголосок лучше звучит.
— В общем, та тварь… может быть мне показалось… я вообще плохо соображал в тот момент… мне показалось, что глаза у нее светились… голубоватым светом… и этот свет притягивал… Это как… ты уехал из родного города, в котором прожил лет двадцать, а потом, через пару лет приезжаешь и идешь гулять — все вокруг родное, знакомое, ты примерно знаешь, что ждет тебя за тем поворотом, на той улице, в том районе … Вот и у меня было такое же чувство. Мы не обсуждали это с Данте, не знаю видел ли он, но я видел. Я почти уверен в этом… Этот свет, он вызывал те же чувства, он манил, будто гипнотизировал… В нем было что-то очень знакомое, что-то родное… Тоже самое было и с тем Фантомом. Те же чувства и эмоции.
— Может быть, — после небольшой паузы проговорила Лея, — это их новое оружие? Новая вариация Небулы?
— Может. — Так же задумчиво произнес я, действительно погруженный в раздумья. — Только… помнишь, что сказал Данте?
— Именно?
— Перед тем, как увидел ту девушку? Он сказал, что видел отблески света…
— То ли синего, то ли голубого. — С чувством, но с еще большим вопросом в глазах произнесла Лея. — И что это по-твоему значит?
— Ничего, потому что я нихрена не понимаю. — Я откинулся на спинку кушетки. — Все это связано, все это что-то значит, но как и что — это мои главные вопросы в последние часов шестнадцать. И еще этот Фантом… Блин, да какой силой нужно обладать, чтобы наносить такие удары?
— Чудовищной. — Лея взяла меня за руку. — Данте отделался сотрясением, ушибом и гематомой, а вот ты…
— Сколько сотен килограммов может нести такой удар?
— Сотен? — Лея присвистнула. — Две-три тонны, а может больше.
— Это тоже не понятно. Фантомы вроде нас, чуть-чуть сильнее. А этот!.. Он говорил что-то о том, что он избран, он первый кому открыли глаза, что они наблюдали за нами…
— Наблюдали?
— Да. Он не сказал кто. Все время говорил: «Он думает», «Он увидел», что-то вроде этого. А про кого и что, я вообще без понятия. Я думал, что встретившись с ними лицом к лицу, получу ответы, а вместо этого мне навалили еще больше вопросов.
— Значит рано или поздно появятся и ответы. — Лея крепко сжимала мою руку. Она встала. — Уже поздно, тебе нужно поспать. Как себя чувствуешь?
Как раз несколько мгновений назад, боль снова стала медленно, но уверенно карабкаться к вершине.
— Не откажусь от очередной дозы.
— Хотя бы на эту ночь останься здесь. Я сделаю укол, но ты должен сразу заснуть. Больше нельзя.
— По-твоему в моем положении может быть что-то хуже?
— Хуже — не хуже, а моя задача спасти твою жизнь.
Я все еще держал ее за руку.
— Ты спасала ее уже множество раз.
Я не знал что делаю, поэтому и сказал это слишком… глубоко что ли. И Лея считала эту глубину. Я видел как вспыхнул румянец на ее щеках, теперь я понимал что писатели и поэты не врали — так действительно бывает.
Лея неохотно отпустила мою руку, быстро наполнила шприц и сделала укол.
— Я добавила немного снотворного. — Слегка рассеянно пробормотала она, улыбнулась так же неловко, и двинулась к дверному проему, но у него, на мгновение, задержалась. — Доброй ночи, мой Темный Волк.
— Доброй ночи, Сестренка. — Я старался улыбаться как можно теплее.
— Я рада, — немного поколебавшись и не смотря мне в глаза, произнесла Лея, — что ты вернулся. Я… рада.
Щелкнув выключатель, она исчезла, оставив меня в кромешной тьме. Ни тебе окон, ни дверей сквозь которые может пробиваться темный и холодный свет ночи. Но мы давно уже привыкли засыпать так. И я сделал честную попытку заснуть… Ничего не вышло. Вероятно, снотворное должно было подействовать не сразу, хотя… Укол, внутривенно, или внутримышечно, я уж не следил. Все должно было пройти быстро. Но я не спал и вообще даже не хотел. Ни намека на желание уснуть.
Я пробовал примерно полчаса — плюс-минус несколько минут, но безрезультатно. Поэтому я сел, затем осторожно слез с кушетки и ощутил холодный пол босыми ногами. На меня натянули какие-то старые легкие спортивные штаны, светло-серого цвета, а вот об обуви или хотя бы носках не позаботились… Шлепанцы! Я вспомнил, что когда мы ходили в общую залу, Лея подала мне шлепанцы! Они были где-то здесь, возле кушетки. Я быстро их отыскал. Пришлось, конечно, немного покряхтеть, поскольку жилет сковывал движения, не говоря уже о боли, но в итоге я, через некоторый промежуток времени, тихонько отворил дверь в коридор. Лампы отключили, но слева, вдали, мерцал яркий прямоугольник с округлыми краями — свет, пробивающийся сквозь щели двери в общую залу. Значит, там еще кто-то был. А может, просто там оставили свет. Такое бывало. В любом случае, я знал, что шансов нарваться на Лею было мало. Танк… с ним я попытался бы договориться. А с остальными вообще все было проще. И я пошел, опираясь о стену и шаркая ногами, как настоящий дряхлый старик.
Я открыл дверь. Свет горел тусклый, но и его хватило, чтобы зажмуриться — с такими травмами как у меня, десять метров ты покрываешь в десять раз медленней обычного. А я еще шел в темноте. Я успел заметить одинокую понурую фигуру за столом, но дальше мои глаза беспощадно резал свет.
— Она тебе попку налимонит. — Сказал голос, врезавшийся в мою душу. — Не спится?
— Как и тебе. — Я улыбнулся Данте, проковылял к столу, а потом вдоль него, и сел напротив друга. Он был все в том же облачении, но, судя по взъерошенным волосам и блестящей коже, принял душ.
— Да, — сжав губы, согласно закивал Данте, — как и мне.
— А ты чего не спишь?
— Да, собственно, — он смотрел на стол, не поднимая на меня глаза, — как раз собирался. Нужно только в оружейной взять пару жилетов и — манифик!
— Не понял. А нафига тебе жилеты?
— Здрасьте! — Он поднял на меня возмущенное лицо. — Тут вообще-то не Окинава.
— Эм?.. — Снотворное все же подействовало — мысли вдруг стали тягучими и заме-е-е-е-едленными.
Данте внезапно стал спокойно-серьезным.
— Я с Катей расстался. — С крохотной улыбкой сказал он. — А, стало быть, с комнатой тоже.
— Как? Но-о-о…
— Да вот так. — Он опустил глаза, опять уставившись в стол. — Помнишь, я говорил тебе про мир? Вот я нашел свой мир, завоевал, а что делать с ним… Так до конца и не понял. — Он хмыкнул и сжал губы. — Ребенок устроил истерику, кричал и плакал, нервировал мать и она, из последнего, отложенного на хлеб бабла, купила ему этого чертова робота. А когда они шли домой, он просто бросил его в лужу, потому что за прошедшие тринадцать минут, он перестал быть ему интересен. — Он посмотрел на меня, абсолютно спокойно, пугающе спокойно. — Я добивался ее с двенадцати лет. В пятнадцать добился. А в восемнадцать… Желаю тебе не ошибиться, а то… как-то некрасиво вышло. Она расстроилась.
— А ты?
— Я тоже. Тут все-таки холодно, зато задница в холоде так гореть не будет. Так что, в общем все сбалансировано.
— И ты… — я не договорил. Если честно, странное спокойствие Данте меня немного пугало. Я списывал это на пережитый им стресс, но он выглядел абсолютно нормально.
Он снова хмыкнул. И внимательно посмотрел на меня.