Лето наших надежд (СИ)

— Не стоит. Я обо всем позабочусь.
— Знаешь, это самое приятное из того, что я слышала за долгое время, — с какой-то странной интонацией в голосе говорит она.
— Что именно? — уточняю я растерянно, продолжая согревать в ладонях ее прохладный пальцы.
— То, что ты обо всем позаботишься, — говорит она с подкупающей откровенностью. — Немногие в моей жизни давали мне подобные обещания.
— Расслабься, ладно? — прошу я, приподнимая ее подбородок своими пальцами и быстро касаясь губами приоткрытого рта. — Это самая малая приятность, которая ждет тебя сегодня.
Лера нервно усмехается, а ее ладони ложатся мне на грудь, вызывая волну приятного тепла, которая прокатывается от макушки до пяток.
— Пойдем, — бормочу я, с трудом сдерживаясь, чтобы не прижать девушку к себе и не начать соблазнение прямо здесь, под деревом. — У нас много дел.
Взяв Леру за руку, я веду ее в сторону КПП.
— Мы уходим из лагеря? — спрашивает она, не скрывая любопытства.
— Ну, не здесь же нам устраивать первое свидание, — отвечаю с усмешкой.
— А это свидание?
— А ты сомневаешься?
Лера снова смеется. Искренне. Чисто. Как-то очень привлекательно. Честное слово, слушал бы ее смех и слушал, без остановки.
Стоит нам покинуть территорию лагеря, я снова беру Леру за руку. Она послушно переплетает наши пальцы и даже придвигается ближе, касаясь моего предплечья своей головой.
— Поедем в город? — спрашивает девушка, когда я щелкаю брелком, чтобы снять сигнализацию с автомобиля.
— Поедем, но не совсем в город, — говорю уклончиво, открывая перед Лерой дверь и помогая ей устроиться на пассажирском сидении.
— Я заинтригована.
— На это я и рассчитывал.
Сюрприз для Леры я обдумывал уже какое-то время. Если быть точнее, то с того самого момента, как оставил ее на ночь в больничном крыле «Синички». Тогда я уже точно знал, что мои усилия держаться от неё на расстоянии оказались тщетными: мысленно я сдался и признался себе, что хочу Леру всю и без остатка. С тех пор желание быть с ней рядом усилилось многократно.
В машине я снова беру девушку за руку, целую тыльную сторону ладошки и опускаю ее на свое бедро. Это похоже на одержимость, но мне постоянно хочется касаться ее кожи и в ответ ощущать ее прикосновения.
— Надеюсь, ты никуда не спешишь? — спрашиваю я, выруливая с парковки.
— Не спешу, — от смущения голос моей спутницы звучит немного приглушенно. — Катя и Лариса ждут меня утром.
— Умница.
Несмотря на то, что мне есть, что сказать Лере, едем мы в полном молчании. Не знаю, может быть это нервы, ожидание, понимание, что вся наша борьба идёт к своему логическому завершению, но никто из нас не делает попытки завязать разговор. И от всего этого невысказанного воздух в закрытом пространстве «Доджа» буквально искрит напряжением.
Недостаток словесного общения, впрочем, я с лихвой компенсирую невербальным: постоянно касаюсь ладони Леры, которая по-прежнему лежит на моем бедре, глазею на ее голые коленки, полной грудью вдыхаю ее запах. Мята и мандарины — наверное, и через сотню лет я буду ассоциировать этот исключительный аромат с этой девушкой.
— Мы едем на озеро? — удивленно спрашивает Лера, когда мы сворачиваем к докам.
— Да, — отвечаю просто.
По моей просьбе Всеволод Геннадьевич согласился сдать мне на ночь небольшую яхту, а я постарался, чтобы она выглядела достойно для первого свидания с Александровой.
— Ничего себе, — Лера во все глаза рассматривает яхту, медленно покачивающуюся на воде.
— Не против прокатиться?
— Ты еще спрашиваешь!
Она ловко снимает кроссовки, оставаясь в коротких белых носочках, и проходит на борт. Осматривается вокруг медленно, словно впитывая в себя каждую деталь: накрытый на двоих стол, мягкий плед, предусмотрительно брошенный на софу на случай похолодания, гирлянды огоньков, которые я развесил на палубе.
— Это… — она оборачивается ко мне — на ее лице восторг и потрясение. — Это совершенно особенно, Кирилл.
Особенное для меня место для особенной девушки, хочу сказать я, но слова застревают в горле. Это ведь действительно так. Я никогда и никого не брал на озеро — это было мое убежище, мое особенное место. Но когда я стал задумываться об идее для первого свидания с Лерой, сразу понял, что хочу, чтобы оно произошло здесь.
 
— Присаживайся, — говорю я, указывая на мягкий диванчик с кожаной обивкой. — Предлагаю отплывать. А ты можешь выбрать музыку.
— Могу подключиться к колонке?
Я киваю.
— Какая музыка тебе нравится? — спрашивает Лера.
— Давай договоримся: сегодня мы выбираем то, что нравится тебе.
— Ну, как скажешь, — соглашается девушка, а в следующую секунду из динамиков яхты раздаются убаюкивающие аккорды Coldplay. Я завожу мотор и, предварительно отшвартовав яхту, отчаливаю от пристани.
В кровь выплескивается адреналин, как бывает всякий раз, когда я оказываюсь у штурвала. Но сейчас к нему примешивается что-то другое — тихая радость, наверное, особое волнение от того, что на борту в эту прекрасную ночь я не один.
А ночь, надо признаться, действительно прекрасна. Озеро спокойное и тихое, с мелкой рябью и лунной дорожкой, уходящей в горизонт. Нет ни ветерка, Крис Мартин поет про вечную любовь, а я скорее чувствую, чем слышу, как Лера подходит ко мне и, прижавшись щекой к моей спине, обвивает руками талию.
— Спасибо, — шепчет она, согревая дыханием мой затылок.
Отплыв от берега на достаточное расстояние, я глушу мотор. Яхта мягко покачивается на волнах. Луна ныряет за облако, а на темном небе проступают десяток ярких звезд. Весь мир словно растворился в ночи, и мы с Лерой остаемся одни, освещенные тусклыми огоньками гирлянды.
— Это сложно, управлять лодкой? — спрашивает Лера, когда я оборачиваюсь к ней.
— Не сложнее, чем автомобилем, — отвечаю небрежно.
Уголки ее губ приподнимаются в улыбке.
— Что? — спрашиваю я.
— Ничего, — она заглядывает мне в глаза и порывисто кладет ладошку на щеку. — В этом весь ты. Для тебя не бывает ничего сложного.
— Тебя получить было сложно.
— Ты просто не пытался, — возражает она, пока кончики ее пальцев продолжают поглаживать шершавую кожу моей щеки.
— А если попытаюсь? — голос звучит хрипло и низко, что явно свидетельствует о растущем внутри возбуждении.
Воздух вокруг нас начинает потрескивать от напряжения. Я склоняю голову и прижимаю рот к мягким губам. Господи, так давно ждал этого, что едва сдерживаю за зубами рвущийся наружу стон удовольствия.
Лера отвечает мне с жаром и готовностью, словно ее потребность во мне так же сильна, как моя — в ней. Она открывает рот, встречая мой язык, запускает пальцы в волосы, прижимается ближе всем своим телом. Я с силой сжимаю ее ягодицы, сталкиваю наши бедра, ощущая, как костер в паху превращается в адское пламя.
— Господи-Боже-мой, — скороговоркой вырывается из ее горла.
Стоп. Твою мать.
Резко оторвавшись от ее губ, я заставляю себя замедлиться. Черт возьми, эта девчонка — моя отрава. Я ведь не хотел спешить с ней сегодня, хотел устроить идеальное свидание, накормить, поговорить, в конце концов, а не брать ее впопыхах в дикой вспышке вожделения.
— Ты голодна? — спрашиваю сипло. — Есть рыба на гриле, креветки и…
— Ты издеваешься? — изумлённо выдыхает Лера, облизывая покрасневшие губы.
— Ничуть, — отвечаю уже тверже. — Сначала ужин, потом удовольствия.
— Ну уж нет, — девушка решительно притягивает к себе мою голову. — Я достаточно ждала.
Несмотря на то, что я пытаюсь протестовать, пусть и не очень активно, Лера встает на носочки и тянется к моим губам.
— Лера… Ужин, — пытаюсь образумить соблазнительницу.
— К черту ужин, — отрезает она бескомпромиссно, сначала прикусив мою губу, а потом нежно ее лизнув.
— Лера, — укоризненно бормочу я.
— Лучше молчи, — советует она с мягкой усмешкой, снова легонько прикусывая мою губу.
И когда я уже готов схватить ее в объятия, она вдруг отстраняется. Делает шаг назад, а потом цепляет подол своего платья и быстро стягивает его через голову. Теперь на ней только полупрозрачный лифчик и такие же миниатюрные трусики.