Клянусь своим сердцем (ЛП)

Пока однажды ночью все не стало по-настоящему плохо.
С меня хватит, сказала я себе. Я устала ждать, когда он вылез бы из своей скорлупы, и я не собиралась позволять ему использовать смерть своей матери как предлог, чтобы поступать не так, как он сам.
Мистера Ди'Амико не было в городе несколько дней, и это была прекрасная возможность для меня поговорить с Люцифером. Я припарковала свой велосипед перед его виллой, где меня приветствовали громкие звуки песни Арианы, поющей из динамиков "Boyfriend". Мое разочарование усилилось в ту минуту, когда я открыла дверь. Дом полон мальчиков и девочек из нашей школы. Половина парней и девушек были заняты танцами и выпивкой, как будто завтрашнего дня не наступит, в то время как другая половина была занята поцелуями, или, лучше сказать, на грани секса на глазах у стольких людей.
Пробираясь сквозь толпу, я искала Люцифера. К счастью, я нашла его целым, но, к сожалению, он сидел на диване в окружении миниатюрных девушек, в то время как сам наклонялся к столу. Скорее, его нос касался стола.
Что он делал?
Словно почувствовав мое присутствие, он поднял голову, встречаясь со мной взглядом.
Я не была уверена, как он отреагировал бы… Возможно, я ожидала, что он был рад мне. Но, увидев шок и удивление на его лице… это то, чего я не ожидала.
Я подошла к нему, чувствуя, как беспокойство пронзило мои нервы. Девушки вокруг него выглядели встревоженными моим присутствием, чувствуя, что его внимание направлено на меня.
— Тейя! Детка! — закричал он своим хриплым, полным энергии голосом, потирая нос.
Я нахмурилась. Что-то не так…
Я села на край дивана и взяла его за руку. К моему удивлению, он не встал и не ушел.
Боже, я так по нему скучала.
— Что ты здесь делаешь?
Он откидывается назад, положив руку на спинку дивана и положив лодыжку на колено, выглядя как король, контролирующий ситуацию.
— Ммм… Я подумала, мы могли бы поговорить. Это важно.
— Да, да, да. Конечно.
— Наедине.
Не отвечая больше, он взял меня за руку и повел наверх, в свою комнату. К счастью, в его постели не было случайных парня и девушки, обнаженных.
Он закрыл дверь, и, прежде чем я успела опомниться, его губы приникли к моим в глубоком поцелуе, лишая меня возможности говорить с ним.
Я немедленно растаяла от его прикосновений. Такое чувство, что прошла целая жизнь с тех пор, как я чувствовала его прикосновения, его губы на своих.
Но даже несмотря на то, что он целовал меня, он, казалось, не в себе.
Люцифер целовал меня не так, как раньше. Я не чувствовала страсти, связи или любви.
Ничего.
Мне просто казалось, что я какая-то случайная девушка, с которой он целовался для того, чтобы скоротать время.
Я оттолкнула его, сохраняя безопасную дистанцию между нами.
— Я пришла сюда поговорить.
— Я просто… я просто скучал по тебе. Давай, детка. Один поцелуй, — пробормотал он, уверенно наклоняясь вперед.
Я оттолкнула его.
— Нет! Я здесь, чтобы поговорить. С меня хватит твоего молчания и невежества.
Даже для себя я казалась решительной и злой, потому что именно так я себя чувствовала. С меня хватит этого дерьма.
Он потер рукой затылок, глядя на меня без тени раскаяния на лице. Все, что я видела, — это нетерпение и раздражение.
Что, черт возьми, с ним происходило? Почему он так странно себя вел?
— Я не игнорировал тебя, детка, клянусь. Я просто был занят. Я должен был наверстать упущенное.
— И у тебя не нашлось ни одной минуты своего времени, которую ты мог бы уделить мне?
Мой голос звучал отрывисто.
 
Люцифер наклонился вперед, обнимая меня своими сильными руками, зарываясь носом в мои волосы.
— Я знаю, знаю. Прости меня, детка. Я заглажу свою вину.
Он обхватил мое лицо ладонями и снова наклонился для поцелуя.
Внутри меня что-то оборвалось, и я оттолкнула его, на этот раз сильно.
— Что с тобой не так? Я здесь, чтобы поговорить о тебе и о нас, а все, на чем ты можешь сосредоточиться, — это целовать меня! — закричала я во всю мощь своих легких.
Он выглядел сбитым с толку моим вопросом и вспышкой гнева и почесал затылок.
И если подумать, почему он вдруг так заинтересовался поцелуями со мной и прикосновениями? Это совсем на него не похоже.
И его очень странное поведение заставило меня прищурить глаза, чтобы получше рассмотреть его. Он определенно не пьян, поскольку у него крепкая осанка. Но его лицо выглядело по-другому.
Его щеки раскраснелись, и глаза тоже немного покраснели, но они сияли счастьем и чистой радостью.
Он под кайфом?
— Люцифер… ты принимаешь наркотики? — я медленно вдохнула.
Он отчаянно потряс головой.
— Боже мой!.. Какого хрена ты под кайфом? — рявкнула я.
И вот тогда до меня дошло. Он наклонился над столом и, прежде чем я успела разглядеть, что он делал, в считанные секунды вытер стол тыльной стороной ладони.
— Люцифер, я не шучу. Скажи мне, какого хрена ты принял прямо сейчас!
Он поморщился, как будто мой высокий голос причинял боль его барабанным перепонкам.
Он моргнул, затем ответил:
— Я только что понюхал немного «молли»… Я чувствовал себя подавленным, и подумал, ну, знаешь, воспользоваться этим, чтобы поднять себе настроение на уровень выше. Но это безопасно, клянусь.
Не произнося ни слова в ответ, я протиснулась мимо него и вышла из комнаты.
Я не могла. Я просто… не могла.
Я услышала его шаги позади, но ни на секунду не останавливалась.
— Тейя… детка… подожди, — я почувствовала по его голосу, что ему больно, но мне плевать.
Я спустилась вниз, возвращаясь обратно к толпе пьяных и, возможно, накачанных наркотиками парней и девушек по всему дому. Взяв меня за локоть, Люцифер развернул меня лицом к себе.
— Тейя, я же извинился. Ничего особенного.
Чертовски неправдоподобно.
Я чувствовала, как гнев струился по моим венам, просто слыша его глупые слова. Насколько бредовым он стал?
— Ничего? Ничего! — закричала я так громко, что это даже громче музыки, гремящей вокруг нас.
Как будто кто-то только что понял, что происходило что-то важное, случайный человек остановил музыку, приветствуя меня неловким молчанием и удивленными взглядами окружающих. Но мне все равно.
— С каких это пор ты принимаешь наркотики? С каких это пор ты пьешь? С каких это пор ты устраиваешь вечеринки? С каких это пор ты превратился в труса? — выплюнула я.
Его глаза затуманились.
— Я просто подумал пригласить нескольких друзей. Я не знал, что вся школа придет поддержать меня после смерти мамы. Что я должен был делать? Вышвырнуть их всех вон?
У меня отвисла челюсть.
— Не надо. Не смей, блядь, использовать Розали как предлог для того, чтобы устраивать вечеринки и нюхать «молли», чтобы преодолеть свое горе!
Он вздрогнул и огляделся по сторонам, как будто ему неловко, но в следующий раз, когда он заговорил, его голос звучал словно он защищался.