Горечь твоей любви (СИ)

Смогу ли я простить его? Отпустить прошлое, не держаться за него и не желать зла Ярославу… Каждый день не думать о том, что я «жертва», а он плохой из-за того, как поступил со мной. Забывать то хорошее, что между нами было. Мы все святые в наших грехах, не так ли?
Прощение — это подарок, который ты протягиваешь тому, кто еще вчера тебя растоптал и уничтожил. Прощение все же не слабость, сила. Нужно уметь прощать, не потому что это звучит так гордо, поднимает в чьих-то глазах и дает плюс сто очков к карме. Нет, это нужно чувствовать нутром и тогда жить станет легче. Наверное, нет такого состояния, как «я не могу простить», есть «я не хочу» и «я не готова».
Смогу ли я простить его?
Уже простила.
— Я тебя простила и не держу зла. Правда, — тихо отвечаю, когда понимаю, что пауза затянулась.
— Леди Ди… — начинает Яр, но я поднимаю руку, останавливая его, не даю сказать, то, что он собирался.
— Я просто простила. Это не значит, что я готова вернуться к тебе сейчас же. Это ничего не значит.
— Понимаю. Но это многое значит для меня.
Ничего не отвечаю на эту реплику, беру уже остывший кофе в руку и делаю глоток.
— А как тебе удалось квартиру вернуть, расскажи.
— Я нанял хорошего адвоката, и он решил вопрос за пару дней. Нотариус, с которым я тогда все оформлял, умер, но оказывается, он не чист на руку был. Это не первый случай в его практике. Он увидел легкую мишень и провернул все.
— С ума сойти можно. Есть же такие козлы на свете. А те, кто жил в квартире? Они что, ничего не сделали? Просто так отдали?
— Да, просто так. Они снимали квартиру. Этот урод, прости господи, был так самонадеян, что оформил квартиру на своего племянника и сдавал ее. Если бы он ее продал, тогда возникли бы проблемы, а так…
— Но все равно, я не понимаю, как он все это сделал. Как он мог знать, что ты не вернешься, допустим, через месяц. Он сразу пришел ко мне и выселил.
— А вот это мы пытаемся выяснить. Я тоже думал об этом. Все это не случайно. Он слишком хорошо знал всю ситуацию. Наверное, был в сговоре с кем-то из ближайшего окружения, — сказал Ярослав и потер лицо руками.
— Наверное, ему сказала твоя благоверная, — фыркнула я.
— Кристина? Нет, это не она.
— Почему ты так уверен? Илье, например, она все рассказала, — высказала я свои подозрения, в которых только укрепилась.
— В смысле? — нахмурился Марин.
— В прямом. Илья все знает о нас. Абсолютно все. Если только он не научился читать мысли, я на сто процентов уверена, что ему рассказала твоя жена.
— А он что сказал, когда ты спросила?
— Я не спросила, была занята объяснениями, знаешь ли.
— И как он воспринял все? — поинтересовался Яр, как бы между прочим, делает вид, что расслаблен, а сам превратился весь во внимание.
— С учетом того, что я сделала вид, что совершенно тебя не знаю и первый раз вижу, сам как думаешь?
— Думаю, не очень хорошо, раз ты здесь, — криво улыбнулся.
Я нервно засмеялась.
— Это мягко сказано.
— Надеюсь, у вас все будет хорошо, — сказал Марин таким тоном, которым говорят самые худшие новости в мире.
— Не будет, — отвечаю со вздохом и обнимаю себя руками, — мы расстались. Он меня бросил. Меня все бросают.
На глаза снова навернулись непрошеные слезы. Сколько я уже проплакала за эти дни? Настроение опустилось на ноль.
— Ладно, я пойду. Спасибо за кофе, — сказала, вставая со стула.
— Уже уходишь?
— Да, поеду на работу, там пересижу до открытия, а потом надо квартиру найти.
— Зачем уходить? Отдохни здесь, а через пару часов поедешь на работу.
— Нет, я не могу. Ты вообще спал, я лучше пойду, — надо уходить и быстрее.
— Ди, оставайся. Я сменю все простыни в спальне, а ты немного поспишь, — и смотрит так заискивающе, — пожалуйста.
Я застываю посреди кухни. Смотрю на Ярослава, и меня терзает внутренняя дилемма: уйти или остаться?
  
39
 
Ярослав
Я не мог поверить в то, что Диана осталась. Когда я попросил ее не уходить, то мне казалось, она пошлет меня куда подальше, лимит нашего нормального общения закончился. Но девушка меня удивила. Она согласилась остаться. Я видел, насколько она выглядела измученной и это грызло изнутри. Ведь я — одна из причин такого ее состояния.
Быстро расстелил Ди в спальне. Нашей спальне. На секунду наши взгляды встретились, и я понял, что она думает о том же, о чем и я. Вспоминает, все то, что творилось за закрытыми дверями этой комнаты. Девушка смутилась и выставила меня прочь из комнаты. А я как идиот стоял и смотрел на закрытую дверь. Боролся с желанием войти внутрь, побыть еще немного с Дианой. Но сдержался, ушел от греха подальше на кухню, где и провел остаток ночи.
Какая все-таки жизнь забавная штука. Ты никогда не знаешь, что будет завтра, что произойдет. Я даже и подумать не мог, что Ди придет в квартиру под покровом ночи. Почему-то был уверен, что не придет. Мне казалось, что в ближайшее время мы не увидимся, поэтому и начал делать ремонт. Мне хотелось быстрее начать его, чтобы избавиться от присутствия бывших жителей квартиры.
Вообще, вся история с квартирой доводила меня до такой степени злости, что хотелось что-то разбить и крушить. Я не мог понять, как так получилось! Конечно же, я не дебил, который верит в розовых пони и радугу из мармеладок, но это. Как нотариус смог такое провернуть? И главное — никто не знает, лишь плечами пожимают.
Сейчас вопросом о квартире занимается один из лучших адвокатов страны. Он, как питбуль, мертвой хваткой вцепился в это дело. Сразу же добился выселения жильцов. По документам квартира все еще моя, не смотря на то, что нотариус, якобы, переписал ее на себя. Мало того, что забрал квартиру, так и деньги, которые я переводил Диане, он тоже забирал себе. Меня иногда посещает мысль найти могилу этого негодяя и плюнуть на нее. Как жаль, что он умер до того, как все узналось. Но пока всех виновных нельзя наказать. Все упирается в бюрократию. Идите туда, подпишите это, пошлите запрос, мы все рассмотрим… Не знаю сколько это будет тянуться. Но до правды докопаемся.
Но сейчас все это интересовало меня меньше всего. Все мои мысли были заняты Дианой. Я смотрел на нее и восхищался тем, какой потрясающей женщиной она стала. Меня разрывало изнутри осознание того, что все эти года мы провели порознь. И я не думал, что она сразу же захочет снова быть со мной. Да, она сказала, что простила меня. Но простить и снова довериться — разные вещи. Я сделаю все, чтобы заслужить ее доверие. Мы уже не те влюбленные друг в друга люди, которыми были семь лет назад. Оба изменились. Но я всем сердцем желаю заново узнать Диану Новак, открыть с новой стороны, с которой не знал. Тем более, что она сейчас одинока… И последнее, что ей надо — другие отношения. Но надежда та еще тварь, хрен убьешь, поэтому буду верить только в лучшее.
* * *
Диана проспала до обеда, я не стал ее будить, подумал, что ей нужно хорошенько выспаться. Я как раз заканчивал делать кофе, как девушка зашла на кухню.
— Доброе утро, — широко зевнув, сказала Ди.
— Добрый день, — ответил с улыбкой.
— Почему ты меня не разбудил? Я проспала все на свете, — проворчала Новак и села на стул. Поставил кофе на стол.
— Во-первых, я подумал, что сон сейчас для тебя важнее всего, а во-вторых ты закрыла двери спальни… На ключ.
Диана невозмутимо пожала плечами и сделала глоток кофе. А я поставил перед ней вазу с огромной охапкой сирени.
— Это тебе, — глаза девушки расширились, и она тут же придвинула к себе букет.
— Боже, ты помнишь, — сказала с улыбкой. Конечно, помню, я каждую деталь помню об этой девушке. — Я даже хотела назвать салон Сирень, но таких названий уже куча.
Диана с такой любовью погладила цветки. А потом нахмурилась, перевела на меня взгляд и прищурилась.
— Это что, цветы с палисадника перед домом? Ты наглым образом оборвал кустарник?