Мистер Фермер. Кровь с молоком! (СИ)

Длинный коридор всё никак не заканчивался. За хранилищем мёда расположились погреба с винами, разного рода настойками, одну из которых прихватил с собой Чёрный рыцарь(так я его назвал). Шёл он быстро, торопился, при этом по-армейски чеканя каждый шаг. Ростом меньше любого из мужчин Му, немногим выше кролли, он не казался горой мускул, но и простым солдафоном не выглядел. Его плащ, герб, парные мечи… Рассматривая буквально каждый сантиметр его брони, пытался понять, откуда мой мозг мог спиздил подобные образы.
Внезапно мужик остановился, резко обернулся. Будь я на полголовы выше, то непременно столкнулся бы с ним лицом к лицу. Кстати о лице… Демоническая чёрная маска, с клыками, железными морщинами на лбу выглядела стрёмно, особенно с учётом пылающих в прорезях фиолетовым пламенем глаз. Глядя сквозь меня, тот щурится, что-то пытается рассмотреть. Так же, как и он, оборачиваюсь. За спиной моей вновь слышатся тяжёлые шаги… Меня в очередной раз хотят бросить.
Сон, странный и такой реалистичный, почти как кино с моим участием, продолжался.
Сорвавшись на бег, подобно ветру, несусь за удаляющейся тёмной фигурой. Подвальные ходы сменяются винтовой лестницей. В конце подъёма чёрного рыцаря меня встречают ещё трое подобных ему. С оружием в руках, все в крови. Один, пытаясь перевести дух, скинув маску, демонстрировал своё смуглое окровавленное лицо и длинное эльфийское ухо, развалившись на ступеньках. Другой, опёршись на копьё, вглядывался в замочную скважину. Третий, повиснув над развалившимся на земле побратимом, что-то кричал.
— Эй, говори со мной… во имя Бесконечной ночи заклинаю тебя, брат, говори!
Фиолетовые глаза отдыхавшего на земле мечника закрылись. Уснул? Подойдя поближе, пройдя насквозь его товарища, замечаю сбоку оторванное… нет, откушенное ухо.
— Кажется… — Шедший со стеклянным сосудом воин тоже замечает ранку на ухе, обнажает один из клинков.
— Не смей, он не мог умереть из-за какой-то царапины! Аппа вылечит его ухо и… — возразил на эмоциях рыцарь, и тот, что был на земле, шевельнулся.
— Эглер чётко произнёс: любая рана смертельна!
— Но не такая! — встав грудью между замычавшим безухим и «курьером», только и успел воскликнуть боец, как мощный, прогибающий броню удар рукоятью клинка согнул того пополам. Второй удар, уже перчаткой в лицо и менее мощный, сбил с воина маску, впечатал в двери.
— Не… не трогай… его… — Сидящий на полу воин, подняв голову, оскалился, блеснул изменившими цвет золотыми глазами, после чего тут же лишился своей головы. Удар, выверенный и быстрый, пролил на ступеньки алую кровь.
Вот это страсти…
— Он уже обратился, сам ведь видел. Приди уже в себя… — Чёрный рыцарь, спрятав в ножнах меч, за воротник брони поднял избитого, льющего слёзы дроу.
Воины отпирают засов, ключом открывают дверь, напоминая мне о предупреждении светлячка. Чёт не нравится мне это всё. Прямо мурашки по моей бесплотной шкуре. Я хоть и слегка ужаленный в голову, но чтоб во снах незнакомых людей видеть да бошки их отрубленные… Может, не сон это? Или вещий, будущий…
Оглянувшись назад, в пугающую темноту спиральной лестницы, сглотнул, попытался себя ущипнуть. Просыпаться я не собирался, оставаться наедине с обезглавленным трупом в каких-то катакомбах тоже не хотелось.
— Ну что, идём? — словно спрашивая не только у своих товарищей, но и у меня, произнёс копьеносец.
— Да, пожалуй, лучше мы пойдём… — вслух ответил один единственный я, но, естественно, никто ничего не услышал.
 
Тьма подвала сменяется ярким светом. День, белый, чистый, лучи безоблачного голубого неба не режут глаз, а пустынные жёлтые пейзажи песчаных домов никак не греют моё духовное тело.
Вокруг город, торговые улочки и какой-то страшный бардак. Всё перевёрнуто, порушено, загромождено камнями и повозками. Повсюду тела… трупы и оторванные конечности. Уже представляя, какой тут стоит смрад, обрадовался отсутствию нюха.
Спрятав лица за масками, рыцари жестами договариваются, а после становятся в боевую формацию, переходя на бег. Мне безмерно любопытно, что будет дальше, но угнаться за ними я не могу. Буквально запрыгнув на спину одного из рыцарей, руками и ногами оплетаюсь вокруг него. Ты уж извини, мужичок…
Не заметив прибавки в весе, воин всё так же несёт меня вслед за собой, демонстрируя всё новые и новые постапокалиптические средневековые пейзажи. Разрушенные и сожжённые дома, гнилые овощи, покусанные, словно порванные дикими зверьми люди без голов либо с проломленными черепушками. Казалось, будто меня запихнули в очередное кино про зомби. Только не современное, а средневековое: с дроу и… Божечки, а это что за нахуй?
Посередине площади с копьём, вогнанным в глаз, лежал слон. Да не обыкновенный, а с руками, пальцами, ногами и ростом, как два с половиной Кобаго. Здоровенная пузатая туша, обёрнутая кожаными тряпками, покусанная и местами выпотрошенная. На мгновение мне даже захотелось остановиться, получше изучить этого исполина, но приказ нашего командира: «Не останавливаться!» — я решил исполнить так же, как и мой дроу-таксист.
Человек-слон… Твою мать! Был бы у меня такой в поселении, я б любого рыкуна, любого волколака за пояс запихнул! Вот те на… Интересно, а мамонты у них где-нибудь на севере существуют?
Мы быстро и уверенно приближались к конечной точке маршрута. То была высокая башня с деревянным частоколом, кольями, множеством напоровшихся на них зомбарей и стражи. Разношёрстной, не такой, как эти рыцари.
На стенах и крышах домов я видел непривычно маленьких лисиц, вооружённых луками. Рядом с теми, держа в руках длинные четырёхметровые копья, стояли рогатые бараны. У самих ворот дежурил одинокий, с ног до головы закованный в сталь единоро… Носорог, я хотел сказать носорог. До крупных размеров слона ему так же далеко, как кролли до размеров волколаков. Вооружённый булавой, тот жестом поприветствовал дроу.
— Где остальные? — промычал носорог.
— Мертвы. Трупы, что при жизни владели магией, сохраняют её частичку и…
— Уже знаем, — перебил дроу здоровяк, рогом своим кивнув в сторону заделанной в баррикаде дыры. — Укусы, царапины, ранения?
— Нет, — ответил кеп.
Когда отряд впустили, их всё равно раздели, после чего какая-то скрюченная бабка, заставив воду левитировать, омыла их тела, досмотрела, а после, отделив песок и грязь, вновь вернула чистую воду в чан у себя за спиной. Удобно, блять!
Отряд переодели в новое, в этот раз никакой брони, никакого оружия и спешки. Дорогие знатные костюмы с родовыми гербами, разными украшениями и кажущимися мне магическими пентаграммами, высеченными на одеждах и аксессуарах.
— Тэо, ты впервые предстанешь перед Королевой Матерью, не смей поднимать головы и говори лишь тогда, когда спросят, — произнёс мужик с сосудом, и тот, кого ещё недавно наградили ударом кулака, кивнул.
У центрального входа в каменную башню нас встречает целая толпа. Беженцы, нищие и богатые, старики, женщины и дети. Все они выглядят ужасно измученными, слабыми и голодными.