Мистер Фермер. Кровь с молоком! (СИ)
Глава 11
Несколько часов спустя.
Находясь в кровати, будучи в объятиях двух цепких красавиц, правой рукой, словно за игрушку антистресс, держался за пышную грудь Муррки, а левой поглаживал животик Пом. Обе мои руки уже потихоньку начинали неметь под тяжестью их голов, и самым разумным было бы лечь спать, но…
Глазки Пом ревниво блеснули в полумраке комнаты оранжевым светом, она поднимает мою руку со своего пупка до небольшой, но упругой груди, сжимая мою ладонь. В плече слышится нездоровый хруст и дискомфорт, но терплю как могу.
Я пытался как можно дольше наслаждаться их обществом, тем маленьким миром, воцарившимся между травоядной и хищницей в моей постели. Эти девушки казались похожими и одновременно несовместимо разными.
— Вас, оказывается, не так уж и сложно победить. — Глядя на активизировавшуюся лисицу, перестала дремать Муррка. Рукой лаская меня снизу, она пытается совершить невозможное и заставить член встать в четвёртый раз.
— Не Кролли об этом говорить, — встала на мою защиту Пом. — Мы бы могли долго-долго делать это, если бы ты каждый раз, как кончаешь, не захватывала его достоинство своим ртом, — лежа слева, прорычала недовольная Пом. Из-за первого, не самого удачного опыта оральных ласк у рыжей, кажется, на всю жизнь остался маленький такой пунктик по поводу «работы» своим ротиком.
— Добром нужно платить за добро, — ответила крольчиха.
— То есть ты наслаждаешься жизнью, а я, по-твоему, должна довольствоваться пальцами? — Пом негодовала. Внезапно для себя этой ночью она утратила свою врождённую доминантную позицию, заняв не почётное место догоняющего.
— Тебе не понравилось? — спросила у лисы Муррка. Вопрос мне казался совершенного обычным, но хищница разглядела в нём некую подоплёку и оскалилась.
— Понравилось, но пальцы — это не то. Слишком необычно и странно. С ним лучше… — Вторая, более тонкая, женская ручонка так же берётся за моего поверженного богатыря. Казалось, я натрахался на целую неделю вперёд, но, стоило лишь голове Муррки исчезнуть под одеялам, а ротику её напомнить о себе, всё внутри вновь начало приходить в движение.
Слишком мало в жизни моей, как в прошлой, так и в этой, я уделял время женщинам, слишком мало знал об удовольствии, от которого сам отказался, уйдя в добровольное затворничество.
Моё пока ещё молодое тело приходило в готовность от почти любых ласок, а кровь начинала вскипать от простых видов и слов. Невозможное становилось возможным…
— Я тоже хочу ещё раз попробовать! — Не желая уступать, занырнула под одеяло Пом.
Конкуренция… Обычно за ней следуют ненависть, зависть и разного рода неприятные ощущения. Но только не сегодня, не для меня. Я, как самый желаемый актив, как заражающее ум четверостишие или мелодия из тик-тока, кочевал «из уст в уста», завоёвывая всё больше симпатий, примиряя миры и виды. К тому моменту, когда все мы устали, в доме и кровати моей царило спокойствие. Любовь победила, и все мы наконец-то смогли погрузиться в сон.
Мир грёз встретил меня стеклянными сосудами, наполненными мёдом и деревянными большими бочками с воском. Подвал, длинный, тёмный, конца и края которого я не мог разглядеть, показался мрачным и враждебным. Лишь приятный цвет приоткрытых сосудов с гелеподобной субстанцией, блиставшей в тусклом свете настенных ламп, радовал глаз. Одна из банок была открыта, и я не смог удержаться, тыкнув в неё своим пальцем. Липкая и тягучая нить приподнялась вместе с моим ноготком. Принюхавшись, а после и попробовав на язык, не ощутил запаха и вкуса.
Сон, я видел сон, в котором, как мне казалось, строилось моё иллюзорное пространство. Уже сегодня утром я наконец-то попью сладкой травяной настойки, угощу ей девушек, а быть может, даже и детишек. Требуется вознаградить проявивших себя в работе на полях или в обучении, пусть порадуются сладенькому. Дар Мудра пришёлся к месту, и было бы грубо, неуважительно, что ли, оставить подношение лишь для себя, при этом не разделив частичку удовольствия с другими.
Понимая, что я во сне, ещё раз гляжу на заполненный мёдом подвал. Несбыточная мечта. С первыми запасами мёда нам придётся повременить, и подобные сахарные богатства нам точно не собрать. Хотя я и планировал к следующим весне-лету (если они для меня наступят) подойти к сбору мёда максимально ответственно. Мёд ведь не портится, а значит, своим наличием отлично разбавит пресные зимние-весенние рационы, поможет укрепить здоровье, а также сладостью своей улучшит настроение. Пасека, столько пасек, сколько можно!
Мне много чего не хватает в жизни, прямо здесь и сейчас. И мёд не исключение.
Первое и главное — накопить сил и опыта, построить перевалочный форт. Далее накопить в нём достаточно провианта, а также ресурса для строительства галеры или лодок. После мы организуем спасательную миссию. Затем, если выживем, начнётся интеграция Выр-выр в наше общество. Потом изгои и пленные хищники. Зима может уйти на их перевоспитание, на взращивание в их умах идей о том, что они не такие, как все, а мы такие, как они. Идея общего равенства и братства в условиях присутствия в регионе полоумных гоблинов, которых мы будем истреблять, не проканает. Потому рыкунов требуется представить как всеобщее зло, против коего в дальнейшем мы и будем бороться всеми доступными способами. Уже весной, когда нас (я очень надеюсь) станет больше, начнётся новый этап нашей жизни, а именно посевная! От её успеха, от того, как покажет себя моя магия, зависит всё… Кстати, о магии. Матвейка, блять, ты когда последний раз залитые водой огороды проверял⁈
Блять.
Слишком много дел! Сначала рыкуны, хищники, затем огороды и вот теперь сахар… Чёрт, я слишком много на себя взвалил, теперь ещё и начал думать об алкоголе. О первых экспериментах по его выведению. Как же мне хотелось выпить хотя бы глоточек, терпкого, сладкого, любого из возможных напитков. Кажется, даже курить хочется в разы меньше чем выпить.
Едва вспомнив о том чувстве, снимающем усталость, тревогу, дарящем хорошее настроение и беззаботную лёгкость в телодвижениях, я вновь ощутил нарастающее желание творить. Творить ради алкоголя… Музыка, стихи, рассказы… Когда подопьёшь, тело пускается в пляс, а мысли, зависнув в невесомости, уходят в далёкий полёт, снимая кандалы с длинного языка. Чёрт, я… я действительно зависимый.
Алкоголь — есть ничто иное, как наркотик, позволяющий серой и унылой личности познать или вспомнить свою другую, весёлую и беззаботную детскую сторону. Быть может, лучше было бы, чтоб мир этот и вовсе его не знал? Но спирт… Его появление столь же полезно, сколь и опасно. Его используют в медицине и… а где ещё?
Задумавшись, внезапно ощутил порыв холода. Пройдя сквозь меня, словно через бесплотный дух, по коридору вперёд прошагал смуглый мужчина в чёрных доспехах с длинным развевающимся при ходьбе запачканным плащом.
Поглядев вновь на свои руки, замечаю знакомый белый туман, а после то, как собирается воедино моё рассыпавшееся тело. Чё за кринжатина у меня во сне и кто этот поц, который только что «вошёл» в меня? Любопытство взяло верх, я осторожно побрёл за неизвестным.