Важна только любовь

С тяжелым сердцем Адриана поняла: Лиза сейчас прочла у нее в глазах то же самое.
 
Глава 7
— О Боже, Боже мой! — услышала Адриана вздох матери.
Доставая основное блюдо из духовки, оглянулась через плечо и посмотрела на Каттера и мать, сидящих за столом. Они ели салат; руки у Бланш лежали на столе, глаза были широко раскрыты; она смотрит туда, откуда слышны шаги Лизы.
— Ты почти вовремя, — заметила Адриана с показным весельем. Три раза звала Лизу, боялась, девочка вообще откажется спускаться вниз. Тогда станет ясно пойманный ею взгляд требует объяснений. А вот объяснений-то у нее как раз и нет. Держа в руках кипящую кастрюлю с фасолью, сыром и овощами в зеленом соусе чили, она повернулась, чтобы поздороваться с дочерью. Поскорее забыть происшедшую между ними неловкую сцену.
— Лиза, детка, что за?.. — начала Бланш.
— Не сейчас, мама! — прошептала Адриана на ухо матери, спеша к столу, чтобы поставить кастрюлю в центр.
Под Лизой тихо скрипнул стул.
— Но, Адриана…
Она взглянула на мать так, что та умолкла. Самое время продемонстрировать Бланш свои актерские способности — если кто и способен сохранить спокойствие, когда внучка является к ужину, одетая, как уличная шлюха, так это она.
— Ты сегодня переоделась к ужину. — Адриана отодвинула стул и села.
Слово «переоделась» не вполне отражает ситуацию: туфли на высокой шпильке, черное обтягивающее платье с коротким рукавом чуть не лопается на груди. Адриана положила себе бурито, стараясь не смотреть на жирные линии вокруг зеленых Лизиных глаз, на залитые лаком волосы, превращенные в некое подобие кудрей. Да уж, с таким количеством косметики на лице можно потопить миноносец…
— Собираюсь сегодня пойти в кино с Дженифер, — важно сообщила Лиза, накладывая в тарелку салат.
Адриана чуть не фыркнула и поспешно заговорила о том, что идет в кинотеатре, в котором часу Лиза вернется, всю ли домашнюю работу сделала…
— Мне нравится твоя прическа, — проговорил Каттер, — очень… элегантно.
Взгляд на него из-под черных от туши ресниц сказал ему, что она ожидала комплимента.
— Спасибо. А ты не хочешь пойти с нами, Каттер? Поедим поп-корна.
Еще один ее взгляд — и он беспомощно посмотрел сначала на Адриану, потом на Бланш.
— У меня уже есть планы на вечер, — ответил он, — но все равно, спасибо.
— Конечно. Может быть, в другой раз. — Широкая улыбка открыла зубы, слегка запачканные розовой помадой.
Ужин прошел почти спокойно. Бланш вошла в свою любимую роль — строгой южной красавицы. Это когда стадо трубящих мамонтов присоединяется к ним за столом, а она и глазом не моргнет. Просто предложит им мятного чая со льдом и спросит, что они думают о погоде.
Лиза вела неприкрытый флирт с Каттером — Адриана лишь поеживалась. Бесконечно терпеливый, он игнорировал ее неуклюжие попытки, обращался с ней в обычной дружеской манере, шутил и поддразнивал. «Ох, Лиза, детка!» переживала за дочь Адриана. Что ж, пришло время. Такой привлекательный мужчина, как Каттер, конечно, притягивает Лизу как магнит. Отца ее ведь вечно не было дома, и Лизу окружали одни женщины. Откуда ей взять опыт общения с мужчинами?
— Лиза, ты совсем не поела бурито, — заметила она. — Я приготовила, как ты любишь.
Лиза отрицательно помотала головой. Из прически тут же выбился непослушный вихор и закачался, словно антенна.
— Я на диете.
Адриана удивленно на нее воззрилась.
— Начала с сегодняшнего дня.
— О-о-о… Ну ладно.
Это уж слишком: жуткий макияж, лохматая, да еще и голодом себя морить решила… Адриана зачерпнула маленькую ложку и поднесла к тарелке Лизы.
— Совсем немного — это тебе не повредит. Не можешь же ты жить на одном салате.
Лиза резко отодвинула тарелку, даже подняла ее со стола.
— Нет, мама! Не хочу!
— Лиза это сама решит… — вмешался Каттер.
— Точно, я не ребенок, мама. Вот Каттер это видит. Правда, Каттер?
— Хмм…
— Он думает, что я умная молодая женщина, правда, Каттер?
«Господи, как это меня угораздило!» — Каттер уже начинал паниковать.
  
— Скажи ей, что я больше не ребенок! — потребовала Лиза, заметив его колебания.
О Боже! Он положил вилку и отодвинулся от стола.
— Лиза, по правде говоря, с позиции взрослого, я хочу сказать…
Она повернулась к нему, пораженная таким предательством. От резкого движения волосы у нее окончательно растрепались, рот приоткрылся в разочарованном «о-о…», она всплеснула руками… Этого оказалось достаточно раздался громкий треск, туго натянутая ткань не выдержала и лопнула, обнажив тело от подмышки до талии.
Девочка вскочила на ноги, опрокинув стул, и, одной рукой придерживая волосы, а другой — порванное платье, уставилась на Каттера. Он знал, что она видит сейчас у него в глазах — сожаление и смущение. Не говоря больше ни слова, с пылающим лицом, она повернулась и выбежала из комнаты. Каттер резко поднялся, намереваясь следовать за ней.
— Оставьте ее в покое! — Голос Бланш прозвучал так, что Каттер застыл на месте. — Последний человек, которого девочка сейчас хочет видеть, это вы. — И величественно встала из-за стола. — Сегодня вечером мы с Лизой идем в кино. Скоро вернемся.
Она бросила на Каттера взгляд, от которого тот опустился обратно на стул.
— Уверена, вы поймете, если мы не будем прощаться. — И, высоко держа голову, вышла из комнаты.
Вот это да! Каттер подался вперед, поставив локти на стол. Ему нравилось болтать с Лизой, насмешливой и умной девчонкой. Он хотел ее подбодрить, внушить ей веру в себя. Это его вина — как всегда, всего лишь хотел помочь…
— Это все твоя вина! — Адриана словно подслушала его мысли. — Что ты ей сказал?
— Ничего! Я…
— Ты ее поощрял, да?
Взгляд Адрианы его разозлил. Он поднял упавший стул Лизы и с громким стуком поставил на место.
— Поощрял — чтобы она занималась гимнастикой и следила за своим весом. Вот что я делал.
— Ты пытался заставить ее почувствовать себя какой-то особенной.
— Она и есть особенная.
— Ты знаешь, о чем я говорю! — Адриана перегнулась через стол и наставила на него указательный палец. — Она для тебя так оделась!
— Послушай меня, леди. — Он оттолкнул указующий перст и прижал ее руку к столу. — Если бы ты не была так занята своей вежливостью, увидела бы, что Лиза изо всех сил старается угодить тебе, а не мне.
— Да, крича и ругаясь…
— Ты так давишь на нее — не удивительно, что она столько ест. Старается быть паинькой, хорошей девочкой для тебя, вместо того чтобы быть самой собой.
— А ты что, за две недели уже выяснил, какая моя дочь на самом деле? Адриана выдернула руку.
— За две недели я насмотрелся, как вы, все трое, изо всех сил делаете вид, что у вас ничего не случилось. Харви, пропавшие деньги, твоя работа, Лиза… Девочка так сбита с толку, что каждая мелочь… например, стертая программа Харви у нее на компьютере — и она уже подозревает, что он планировал в ее спальне целый заговор!
Может быть, Адриана и старалась сделать все как лучше, в отчаянии размышлял Каттер, но как она могла не видеть, насколько сильно ранит свою дочь? Защищала себя, уверенная, что защищает и Лизу тоже. А на самом деле вежливые улыбки пугали Лизу гораздо больше, чем напугала бы правда.
— Адриана, послушай, помнишь, ты говорила мне, как ненавидела Бланш за то, что та притворялась, будто все отлично. Как думаешь, что ты сейчас делаешь с Лизой?
Она открыла рот, чтобы возразить, но он не дал ей ничего ответить.
— Я не предлагаю тебе рассказывать ей о неверности Харви.
— Тише! — оборвала его Адриана. Безмолвствующие Бланш и Лиза спустились по лестнице и вышли.
— Но ты можешь сказать ей, что у вас были проблемы, — продолжал он минутой позже, — и признаться, что ты на него злилась. Ради Бога, Адриана, это любой дурак заметит: твои губы говорят, как вы были счастливы вместе, а твои глаза… — глядя прямо ей в медовые глаза, он протянул руку и прижал палец ей к виску, смахивая прилипшую ресничку, — полны злости.