Сердце Зверя (СИ)

Карты были сданы, и теперь оставалось только ждать.
Ночь полнолуния выдалась, во-первых, необычайно светлой: небо было чистым, звезды сияли по-особенному ярко, да и луна не отставала, будто тоже осознавала всю торжественность ситуации, а во-вторых, необычайно теплой. За последнюю неделю погода успела перепробовать все – и солнце, и дожди, и град, и ветер – и, видимо, немного притомилась от собственных экспериментов. И именно поэтому ночь полнолуния была тихой, безветренной и очень теплой.
Погода, правда, совершенно не соответствовала буре, бушевавшей в глубине души Наруто, который в эту ночь вместе со своей стаей оказался напротив запертых ворот, ведущих в Гринду. И мало того, что он был в эту и без того беспокойную для всех оборотней ночь у города – так он еще и был, разумеется, голым, поэтому ощущал себя еще глупее, стоя закутанным в плед. Остальные члены его стаи, жавшиеся друг к другу в поисках успокоения, тоже чувствовали себя не лучше. Ситуацию не спасал даже слишком спокойный Орочимару, которого, кажется, совершенно ничего не беспокоило, и Саске, терпеливо не выпускавший его ладонь из своей уже который час.
Собственно, последняя неделя выдалась настолько сумбурной, что Наруто ощущал себя хомяком, которого засунули в прогулочный шар и хорошенько раскрутили – ему казалось, будто он совершенно потерял ориентацию в пространстве, что все происходящее – нелогично, что происходит вообще какая-то ерунда, и что тогда он вообще здесь делает?
Сначала было выступление Тсунаде, которая отдала им свой планшет, чтобы они могли полюбоваться на все это безобразие. Выступление проходило в прямом эфире, одновременно оно транслировалось через интернет благодаря ушлым знакомым Саске, которые вцепились в эту сенсацию, как голодные собаки в кусок мяса. Тсунаде загодя разослала копии документов в правительство, куда имела доступ как, собственно, правительственный человек, пусть и из другого города. Они же оказались и в интернете – выгодно было иметь в знакомых человека, на чей блог были подписаны несколько миллионов человек. Общественный резонанс был настолько мощным, что отпираться правитель не стал, а оперативно подтвердил, что да, его советник был одновременно главой Гильдии. Это была вынужденная мера, сообщил правитель, и долгие годы его советник прекрасно выполнял свои многочисленные обязанности. Информация, переданная Тсунаде, была проверена и, к ужасу своему, добавил правитель, подтвердилась. На допрос советник не явился, а спешно покинул город вместе с людьми, чьи имена были перечислены в списках. Они, конечно же, объявлены в розыск, но пока поиски не дали никаких результатов. Тсунаде публично поблагодарили за бдительность, за патриотизм и гражданскую сознательность. Тсунаде смущалась и в интервью ловко уворачивалась от вопросов о том, откуда у нее столько компромата на такую известную личность. Одним словом, общество гудело, как потревоженный улей. Вести о сорвавшемся перевороте заставляли включаться в обсуждения даже тех людей, которых политика не интересовала вообще. Правозащитники уцепились за открывшиеся подробности дела Джирайи и финансирования Гильдии. Но о судьбе диких по-прежнему говорили мало, поэтому в эту ночь Наруто со стаей оказался под стенами города.
Тсунаде, загодя приказавшая задержать всех гильдейцев (теперь она боится за свою жизнь, ведь это такая опасная организация – вещала Тсунаде во все камеры и диктофоны, заверяя, что содержат задержанных в прекрасных условиях, она-то не преступница, в отличие от!), вновь вооружилась прямым эфиром, своими верными журналистами, которые едва слюной не капали, предвкушая новую сенсацию (… и повышение на работе, и премию, в конце концов!) и попросила горожан по возможности собраться на площади перед воротами в город.
- Вы помните, что я говорила на этом месте в прошлый раз. Информация оказалась правдивой, и мы избежали государственного переворота и сохранили мир. Сегодня я снова хочу выступить и развеять очередную ложь Гильдии. Все вы знаете о синдроме альфы, на который так напирают правозащитники в своих исследованиях. Гильдия уверяла нас, что он не работает, что это очередная чушь, что мы должны продолжать вести бесплодную войну с омегами, которые провинились перед нами только тем, что родились не в городе, - мысленно радуясь, что написала речь заранее, вдохновленно говорила Тсунаде, шагая взад-вперед по установленному для нее помосту. – Я и хочу с полной уверенностью заявить вам, что они лгали. Синдром альфы существует и даже больше – он работает и распространяется на целые стаи. Разве не этого хотели бы мы все? Жить в мире и согласии с омегами, которые не причинили бы нам вреда даже в полнолуние. Наше общество расколото на части. В нашем законодательстве прописаны наказания за убийства, но при этом Гильдия вырезает омег целыми стаями, вместе с детьми. Сейчас у нас есть шанс попробовать жить по-человечески, а не как звери, истребляющие себе подобных. Вы скажете, что нет доказательств существования синдрома альфы, но я вам их предоставлю. За этими воротами, - Тсунаде кивнула на запертые ворота, и все слушатели, невольно завороженные искренностью ее тона, повернули туда головы. – За этими воротами меня ждет стая, которая после обращения останется абсолютно адекватной. Сейчас я пойду к ним и докажу всем, что долгие годы жили во лжи, призванной оправдывать убийства. Если хотите – идите со мной, - Тсунаде спустилась с помоста и решительно прошагала к воротам.
 
Журналисты увязались за ней – один из них при этом вдохновенно строчил что-то на планшете, ухитряясь вести прямой репортаж прямо через блог – записывая все свои приключения.
Собравшиеся на площади горожане, озадаченные подобным развитием событий, застыли, переглядываясь между собой. На лицах многих собравшихся, впрочем, читалось искреннее любопытство. Кажется, решительность главы города, которая собралась лезть к обращающейся стае безо всякого страха, их вдохновляла.
Наконец, от толпы отделилось несколько десятков человек, которые набрались достаточной смелости для подобной авантюры.
Тсунаде, ждавшая их у небольшой двери в воротах, мягко улыбнулась.
- Что ж, для начала достаточно, - заметила она и, распахнув дверь, первой вышла наружу.
За ней увязалась вся собравшаяся цепочка, включая операторов с камерами. Двери за ними закрылись (Тсунаде сама попросила об этом, чтобы не нервировать оставшихся в городе людей, которые продолжали наблюдать происходящее через установленный на той же площади экран). На дороге перед въездом в город, по разные стороны друг от друга, остались только горожане и новоприбывшая стая. Ночь становилась все интереснее и интереснее.
- Ужас, тут камеры, а я ужасно выгляжу, - пожаловалась Сакура, делая безуспешную попытку спрятаться за Кибой.
- Нет уж, пусть весь мир видит тебя такой, - злорадно захохотав, заявил Киба, выталкивая ее перед собой.
Как и все собравшиеся сегодня на этой дороге, он жутко нервничал, но пытался не подавать виду. Первая часть плана у них прошла идеально, и Тсунаде не подвела, равно как и документы, оказавшиеся правдивыми. Однако он, как и вся компания, по-прежнему был в розыске, да и беспокойства за стаю никто не отменял. За прошедшие месяцы Киба так привык к оборотням, что понятие «часть стаи» для него теперь было совершенно обыденным.
- Ты хотя бы не голая, - мрачно отозвался стоявший чуть поодаль Наруто, успешно выставивший впереди себя Саске.
Саске, оказавшийся вперед планеты всей, зябко поежился.
- Вообще-то, я тут главный преступник во всей своей группировке, - заметил он. – А ты меня бессовестно сдаешь, морда предательская.
Наруто показал ему язык, но менять своего положения не стал. Лучше уж пусть Саске светит своей преступной физиономией, чем он, Наруто, своим старым и даже дырявым в нескольких местах пледиком.
Саске, отвернувшись от камер, задумчиво запихнул палец в дырку на пледе, трогая Наруто за бок. Наруто раздраженно сверкнул на него глазами, но промолчал. Как это обычно бывало, прикосновение Саске его успокаивало, а таким пренебрегать сейчас не стоило. От состояния вожака зависело состояние всей стаи, в конце концов.