Игра вслепую (СИ)

— Нет, дарить шубу, будет уже излишеством, — отсмеявшись, сказала Ева. — Пусть радуется, что сохранила голову на плечах, да ещё и целой.
— Ну, не знаю, — невольно пожал я плечами. — Решать, конечно, тебе, но мне кажется, что наместница в целом хоть и преступила закон, но это позволило ей решить наболевший вопрос. Всё-таки губерния три года ждала дополнительные средства.
Ева вздохнула, и после небольшой паузы сказала:
— Как бы тебе объяснить… Ты ведь понимаешь, что каждый человек по-разному видит и оценивает ситуацию? А трактовка событий будет отличаться и колебаться в зависимости от степени информированности. Согласен? 
— В целом, да.
— Вот ты, например, оценил приведённую мной ситуацию как: “казнить нельзя, помиловать”. Ещё и царской шубой предложил поделиться, — Ева усмехнулась. — Но, по сути, наместница показала свою полную несостоятельность на таком ответственном посту. Она проявила чудовищную некомпетентность и не смогла ни понять, ни увидеть, ни подождать. Я уж молчу, что она, в принципе, сознательно пошла на должностное преступление. 
Ева на секунду прервалась и продолжила.
— Губернии регулярно просят финансовой помощи, и заявку конкретно этой наместницы одобрили год назад и даже озвучили сроки. Однако она не захотела ждать ещё два года. Кстати, а как ты думаешь, почему казначейство обозначило именно такие сроки? 
— Бюджет империи не резиновый, — ответил я первое, что пришло на ум. — Да и, наверное, есть очередь из других, не менее важных проектов. 
— Правильно, Сергей. Ну и как теперь ты оценишь действия наместницы? 
— Эм-м... Ну, с шубой, признаю, погорячился. А касаемо окончательного приговора… Я очень рад, что не император. Но ты вроде бы уже оговорилась, что пусть наместница радуется сохранённой голове на плечах. 
— Да, пусть радуется. Вот если бы мои ревизоры нашли хоть один утаённый рубль, её голова слетела в одночасье. Правда, до разговора с тобой я думала снять её с должности и отправить в ссылку на годик. Но возможно, я тоже погорячилась. Ведь население губернии, не зная о проступке наместницы, оценивает её действия под совершенно другим углом зрения. Так что думаю, личная аудиенция у императрицы не оставит её равнодушной и впредь заставит думать головой, а не другим местом. 
Последняя фраза прозвучала настолько угрожающим тоном, что я на миг испытал сочувствие к неизвестной наместнице, а буйная фантазия легко дорисовала её облик с бледным видом и с дрожащими ногами, после разноса устроенного Евой.
— Н-да. “Веселые” у тебя выходные, — задумчиво проговорил я.
— Хм. Про выходные я что-то слышала, но давно и даже смутно помню про отдых. Но если честно, уже стала забывать те времена, когда могла себе позволить ничего не делать. Так что, князь, извольте наконец сказать, зачем беспокоите свою императрицу и отрываете от важных дел?
Несмотря на пафос последних слов, Ева не сдержала ироничный тон и сама же рассмеялась собственной шутке. Я от неё не отставал. Всё-таки даже у всесильных правителей есть потребность в доверенных людях, перед которыми им нет надобности держать на лице соответствующую маску властности и непогрешимости в собственных поступках. Вот мы с Ольгой как раз и были для Евы такими людьми.
— Если честно, то на фоне твоих проблем мне уже стыдно проявлять своё мелочное любопытство, — сказал я. — Хотя вопрос на самом деле довольно серьёзный.
— Сергей, ты где это робость подхватил? — хмыкнула Ева. 
— Где-где - в Караганде, — ляпнул я на автопилоте, даже не подумав, есть ли в этом мире такой город.
— Что-то я не помню такого города, — задумчиво проговорила моя собеседница. — Или это самоназвание какой-то местности?
— Ээ-э, скорее это место из моих снов, — отмазался я тем, что первым пришло в голову, и пока моя въедливая любовница не очухалась, быстренько добавил: — Я чего звонил-то. Мне очень нужна информация об Антонине. Есть что-нибудь свеженькое?
— Хм. Вот скажи мне, чем ты таким занят, что не знаешь об операции, которую совместно проводят имперская и ваша служба безопасности? И кстати, в ней задействована не только ваша СБ.
 
— Ладно, уела. Просто у меня своя операция не менее важная, — невозмутимо ответил я, мысленно обругав Марину, которая не удосужилась меня проинформировать о таком интересном событии. — И как давно длится эта сверхсекретная операция наших спецслужб?
Ольга-то наверняка в курсе, а я опять всё проспал. Возможно, если бы я регулярно донимал главу нашей СБ вопросами об Антонине, то такой ситуации не возникло бы.
— Два дня, — тем временем сообщила Ева.
— Ну, вот и ответ на твой вопрос, — хмыкнул я. — Вряд ли за столь короткий срок появились значительные результаты, чтобы Марина отвлекала своего князя от важной работы. 
— Значительных пока нет, но Марина уже знает, что следы Антонины нашли в Мексике, о чём вполне могла тебе сообщить. 
— Следы – это, конечно, хорошо, — задумался я, — но хотелось бы уже найти саму беглянку.
— Согласна. Но, к моему сожалению, процесс поиска такого человека сильно затруднён. Однако мне интересно, почему ты так обеспокоен этим вопросом?
— Мне тут птичка на хвосте принесла, что Антонина восстановила жезл Радмилы, а на что способен этот артефакт, мы тебе с Ольгой рассказывали.
— А твоя птичка случайно не из рода Кайсаровых прилетела?
“Вот, блин… — мысленно изумился я такой осведомлённости. — Интересно, это за мной такая слежка или за Кайсаровой?”
— Только не говори мне, что за мной приглядывает СИБ, — буркнул я. 
— Конечно, а как ты думал? Что единственный одарённый мужчина на планете и по совместительству мой любовник останется без присмотра? В свете того, что Ольга сейчас в отъезде, я бы очень не хотела, чтобы с тобой что-то случилось. 
Концовку всей фразы Ева проговорила очень нежненько. Я бы даже сказал, проворковала с придыханием. Вот что тут скажешь? Да, хотел сначала возмутиться, но потом подумал, что толку от этого не будет, а такая страховка может однажды пригодиться. Так что ограничился недовольным сопением, не зная, что сказать в ответ. 
— Если тебя это успокоит, то за Кайсаровыми СИБ также приглядывает, как и за некоторыми другими неблагонадёжными родами. За информацию по Антонине - спасибо, но, к сожалению, она мало чем может помочь в поиске. 
— Ясно, — безэмоционально произнёс я и, вспомнив, что забыл обговорить с Евой проблему с Шультц, спросил: — А ты уже в курсе, что твои люди допустили утечку информации обо мне?
— Да, отчёт о вашей встрече мне прислала Марина, и я уже отдала соответствующие распоряжения. И раз ты завёл об этом разговор, хотела попросить тебя больше не совершать подобных ошибок. Очень жаль, что вы с Ольгой не учли несколько вариантов развития событий.
— О чём ты?!
— Шультц не должна была покинуть территорию империи, — жёстко проговорила Ева. — Да, дуэль была бы наилучшим решением, но раз уж Вяземская Катерина из-за благородства не захотела пачкать руки, то в дело должны были вступить другие люди. Используя “Оборотень”, можно было решить этот вопрос тихо и незаметно.
Ева в моём подсознании имела образ поборницы справедливости и защитницы обездоленных, причём без всяких шуток, ибо я очень уважал её как главу государства. И такое предложение из её уст прозвучало для меня, мягко говоря, неожиданно.
— Э-э, — протянул я и, справившись с изумлением, проговорил: — Меньше всего ожидал, что предложение о банальном убийстве будет звучать от тебя.
— Нет, ты всё-таки удивительный мужчина, — судя по голосу, Ева улыбалась. — Где-то готов идти напролом, невзирая на кровь и трупы, а где-то в тебе срабатывает стопор. Почему так?
 
— Всё зависит от мотивации, — уже спокойно ответил я. — Если есть угроза родным и близким, то я готов проливать кровь и свою, и чужую. Августа – лишь верхушка айсберга. Информация уже ушла к немкам и, убрав баронессу, мы не решили бы эту проблему. 
— Нет, полностью её решить в принципе невозможно. Но ты забываешь о своей уникальности. Неужели не понимаешь, что одарённый мужчина - это лакомая цель для любого рода? И можно только предугадать количество охотников, которых отправят, чтобы заполучить желаемое. Ведь способы могут быть самые разные. И необязательно похищать именно тебя. Достаточно взять в заложники близкого тебе человека. И легче всего это проделать с ребёнком, после чего потребовать выкуп твоими генами. И что ты тогда будешь делать?