Она была создана для меня (ЛП)

Нет, точно не маленькая.
— И все же… — Рич умоляюще смотрит на меня. — Ты присмотришь за ней. Мы уезжаем за город в следующем месяце, и мне становится легче, когда я знаю, что ты будешь там.
Я не могу удержаться от смеха. — Рич, ей двадцать пять. Ей не нужно, чтобы я о ней заботился.
— Дело не только в этом. — Рич вздыхает, отставляя бутылку. — Это ее первый подобный проект, и ей еще многому предстоит научиться.
— Что значит, это ее первый проект? Я думал, она уже занималась этим раньше?
— У нее есть опыт управления проектами, — поспешил заверить меня Рич. — Но не в ремонте. Она пришла из мира технологий.
Раздражение замирает в моей грудной клетке. — Значит, она ничего не знает о ремонте дома?
— Она очень быстро учится, — говорит Ди. — Но это для нее в новинку, так что ей может понадобиться совет.
Я делаю долгий глоток из своей бутылки, чтобы скрыть хмурый вид. Мне и так было не по себе от того, что я вернулся в город и взялся за этот проект, и это не помогает. Я уже собираюсь спросить, почему он нанял ее, если она так неопытна, но уже знаю ответ. Она осталась без работы, и ее отец, будучи хорошим парнем, захотел ей помочь. В этом есть смысл, но мне от этого не легче. Достаточно того, что мне приходится работать с женщиной, которая одновременно привлекательна и совершенно недоступна, но теперь я должен нянчиться с ней? Контролировать ее, чтобы она не натворила дел?
Это уже слишком.
Я открываю рот, чтобы возразить, но Диана с улыбкой поднимается со стула.
— Мексиканская кухня все еще твоя любимая, Кайл? Я думала приготовить фахитас на ужин.
Любое раздражение, которое я испытываю, быстро исчезает.
— С удовольствием, Ди. Спасибо. — Я сглатываю, благодарность согревает меня. — Ты всегда хорошо обо мне заботишься.
Она останавливается, чтобы сжать мое плечо по пути мимо. — Конечно, милый.
Она уходит на кухню, а Рич улыбается так, что это говорит о том, что он рад моему приходу — что мне здесь всегда рады.
Эти двое приютили меня, когда моя жизнь разлетелась на куски четыре года назад, и с тех пор беспокоятся обо мне. Самое меньшее, что я могу сделать, — это присматривать за их дочерью, пока мы работаем вместе.
Но как я это сделаю? Сегодня утром я был в нескольких секундах от того, чтобы пригласить ее на свидание, а теперь мне приходится притворяться, что она меня не интересует.
То есть она мне неинтересна. Ей двадцать пять, и она дочь Ричарда, ради всего святого.
Мне придется установить между нами правильную, профессиональную дистанцию. Больше никакого смеха и флирта, разумеется. Никаких упоминаний о том, что произошло сегодня утром, это было бы неуместно. Все, что я могу сейчас сделать, — это притвориться, что это был невинный кофе, и ничего больше. Вместо этого я сосредоточусь на необходимости присматривать за ней и на том, как это раздражает. Рич никогда не говорил мне, когда уговаривал на эту работу, что это еще и работа няни.
Я повторяю про себя этот факт как мантру, снова разжигая раздражение внутри себя и позволяя ему разгореться.
Только так я смогу это пережить.
Вайолет
Раньше я просыпалась в 5.30 утра, а иногда и раньше, но после ухода из DigiSwap я с трудом поднимаюсь с кровати по утрам. Как будто мое тело каким-то образом знает, что у меня больше нет работы, и использует шанс наверстать упущенное за все эти годы сна.
Точнее, у меня не было работы, но теперь папа уговорил меня заняться этим проектом. Честно говоря, я все еще сомневаюсь в этом. Вчера, вернувшись домой, я немного изучила, как управлять подобным ремонтом, и хотя кое-что было знакомо — я буду использовать свои любимые диаграммы Ганта, ура, — многое было не так.
А тут еще суровый бригадир, с которым я познакомилась вчера, и необычное положение, в котором мы, похоже, оказались. Мой живот подпрыгивает от нервного возбуждения, когда я думаю о работе с ним, но я чувствую, что он не был в восторге, когда узнал, что я дочь Ричарда. Скорее, в легком ужасе. Тем не менее я не могу заставить себя написать папе и сказать ему "нет", так что это означает, что мы с Кайлом официально работаем вместе. Нам нужно забыть о том, что произошло вчера, и сосредоточиться на работе, что меня вполне устраивает. Если я в чем-то и разбираюсь, так это в расстановке приоритетов в работе.
 
Я переворачиваюсь на спину и проверяю время на телефоне, с удивлением обнаруживая, что меня ждет сообщение.
От Кайла.
Кайл: Встретимся в доме через час, чтобы обсудить планирование.
Никаких "привет", "доброе утро" или "эй, я собирался пригласить тебя на свидание вчера, но потом ты оказалась дочерью моего друга, и теперь я не знаю, что делать" — сразу к делу.
Я планировала использовать это утро для дополнительных исследований, чтобы узнать о типе здания, над которым мы работаем, и о некоторых распространенных "подводных камнях" в таунхаусах той эпохи. Я приступила к этому вчера поздно вечером, но едва дотянула до 11 вечера, как мои глаза начали саднить. С увольнения с работы прошло всего несколько дней, а я уже теряю самообладание.
Я проверяю время на сообщении от Кайла и хмурюсь, когда замечаю, что оно было отправлено сорок минут назад.
Черт. Исследованию придется подождать.
Я откидываю одеяло и резко поднимаюсь на диване Сэди, нащупывая свою сумку с туалетными принадлежностями и сменной одеждой. Я быстро отвечаю "конечно", принимаю трехминутный душ, накидываю одежду и замираю перед кофеваркой. Я могу выпить кофе сейчас, а могу снова зайти в "Джо" и взять кофе для себя и Кайла — в качестве извинения за опоздание и в качестве примирения после вчерашней неловкости. Что-то вроде "я знаю, что это было странно, но давай начнем все сначала и вместе набьем задницу этому проекту".
— Доброе утро, — напевает Сэди, врываясь в кухню, и ее шелковый халат цвета шафрана распускается за спиной. — Как спалось?
Я поворачиваюсь к подруге с улыбкой. — Хорошо, спасибо.
Это правда. Ее парень не остался ночевать, так что мои уши были свободны от звуков, которые они издавали из-за друг друга.
— Извини, я могу предложить тебе только диван. — Она заправляет прядь своих непокорных рыжих волос за ухо и тянется к кружке с кофе. — Я знаю, что он не очень удобный.
— Нет проблем. Я ценю, что ты позволила мне переночевать.
Хотя это хорошая мысль. Если я останусь здесь на некоторое время, чтобы руководить этим проектом, мне нужно будет где-то остановиться, кроме дивана моей подруги. Особенно если я хочу больше беспрерывных ночей сна.
Я отгоняю эту мысль, говоря себе, что об этом можно побеспокоиться позже.
— Куда ты направляешься? — спрашивает Сэди, когда я достаю свою сумку.
— Сегодня встречаюсь с Кайлом на стройке.
Я рассказала Сэди о вчерашних событиях: о симпатичном незнакомце, который купил мне кофе и флиртовал со мной, о том, как я была уверена, что он пригласит меня на свидание, а потом о том, что он оказался папиным другом. Она считает, что Кайл старше, и я с ней согласна. В последний раз, когда я подцепила парня своего возраста, мне пришлось заплатить за ужин и отвезти его домой. И не надо мне рассказывать о том, каким посредственным был секс.
Губы Сэди дрогнули в едва сдерживаемой улыбке. — Снова увидела горячего друга своего отца? Мило.
Я поморщилась. — Мы можем не называть его "горячим другом моего отца"? Это странно. Правда, но странно.
Она смеется, делая глоток кофе. — Конечно. Но ты продолжаешь проект?
Я пожевала губу и кивнула. — Думаю, да.
Сэди знает все о недоразумении между мной и папой, и когда я сказала, что не уверена насчет этого проекта, она сказала, что нет причин, по которым я не должна браться за него.
— Хорошо. Ты квалифицирована, и я думаю, у тебя все получится.