Тренировочные часы (ЛП)

Это ее первая игра с нашей группой, и могу сказать, что она нервничает, потому что не переставала болтать все три круга, которые мы сделали.
— Что, если я случайно выведу тебя в аут, когда буду использовать свои милые, сладкие движения на тебе?
— Что за движения? Это, знаешь ли, игра по правилам, а не бандитский стиль.
Она поворачивается и бежит спиной назад.
— Ну, не знаю. Сначала я бы набросилась на тебя вот так, — она сворачивает, — а потом вот так бы тебя обставила.
Анабелль постукивает пальцами ног, имитируя быструю работу ног, которую мы используем во время игр, грудь подпрыгивает под рубашкой.
Я отвожу глаза.
— Ты не должна выбалтывать мне все свои лучшие сценарии.
— Ты еще ничего не видел.
— Больше дела, меньше слов, Доннелли. Игра еще даже не началась — не слишком ли рано для пустозвонства?
Раздается ее смех.
— Никогда не рано для пустых разговоров, Сент-Чарльз.
Мы еще раз пробегаем по полю, прежде чем судья, который просто еще один игрок, добровольно вызвавшийся судить, свистит в свисток. Анабелль находится в центре поля, где чувствует себя наиболее комфортно, в то время как я играю свободным защитником возле противоположных ворот.
Свистит свисток.
Ноги двигаются.
Сорок пять минут спустя первый тайм закончился, начался новый. Мы не делаем больших перерывов и не останавливаемся на тайм-ауты, потому что никто не хочет, чтобы игра длилась всю ночь.
Это быстро развивающееся и веселое действо, с большим количеством стеба.
Я слышу, как Анабелль смеется над Дэвином, две пары глаз смотрят в мою сторону во время пенальти. Моя соседка по комнате бьет моего друга по плечу, пока они стоят вместе, образуя стену, чтобы заблокировать бросок.
Это не работает, и моя команда забивает.
Все пытаются вернуться на свои места.
В парке неровная почва, бегать по футбольному полю опасно, поэтому, когда Анабелль спотыкается и падает навзничь, я не удивляюсь. И достаточно близко, чтобы протянуть ей руку и помочь подняться.
Наши ладони сливаются вместе.
Я тяну.
Она встает. Смахивает траву с задней части, длинные ноги испачканы травой. Краснеет.
— Спасибо.
— Без проблем.
— Подожди. — Пальцами тянется к моим волосам. — У тебя травинка застряла прямо... здесь.
— Спасибо.
Анабелль улыбается.
— Без проблем.
Я смотрю, как она убегает, не сводя глаз с ее задницы. Длинные, как у жеребенка, ноги, шагают на ее сторону поля.
— Какого черта ты делаешь?
Чертов Дэвин.
Я поворачиваюсь и бросаю на него раздраженный взгляд.
— Разве ты не должен быть на другой стороне поля?
— Я занял место Брэндона, ему пришлось рано уйти на учебу. — Мой товарищ по команде смеется. — Вижу, ты уже подружился со своей соседкой? Оторви от нее глаза хоть на секунду, ладно?
— Заткнись.
Его смех громкий и чертовски раздражающий.
— Я знал, что она тебе нравится! Ты можешь лгать себе, но не мне.
— Я сказал, заткнись.
— Это чертовски мило, вот и все, что я говорю. — Он встает рядом со мной, слишком далеко, чтобы быть в правильном положении. — Как маленькие щенки!
Любопытство берет верх, я не могу не спросить:
— Над чем вы двое болтали во время пенальти?
Мои колени согнуты, глаза все еще прикованы к мячу.
— Очевидно, о тебе.
— Господи, Дэвин, ты можешь прекратить это дерьмо? Что ты сказал?
Он громко смеется.
— Я спросил, добрый и вежливый ли ты сосед по комнате.
— Ты гр*баный лжец.
— Да, я лгу. — Он фыркает, вытирая нос рукавом рубашки. — Я спросил, находит ли она тебя привлекательным, нравишься ли ты ей больше, чем друг.
— Какого черта! Зачем ты это сделал?
— Потому что мне любопытно, и я знал, что у тебя кишка тонка. Не ври, бл*дь, и не говори, что твой член не встает при мысли о ней. Она горячая.
Анабелль чертовски горячая, особенно в этих коротких футбольных шортах, с этими кокетливыми розовыми носками, подтянутыми до колен.
— Ну, и что она сказала, придурок? — Он сводит меня с ума.
— Как думаешь, что она сказала?
Я хочу задушить его прямо сейчас.
 
— Боже, как я тебя ненавижу!
— Неужели? Или ты хочешь, чтобы твои яйца были такими же большими, как мои? — Он хватает свой член через шорты, смеясь.
— Просто, бл*дь, скажи мне, что она сказала.
— Неа. — Он игнорирует меня, наблюдая за игроками, перемещающимися по полю. — Не скажу.
Фантастика.
Я не знаю, что со мной происходит. Анабелль круглосуточно у меня в голове.
Мы играем с огнем, и оба это знаем.
ГЛАВА 19
Эллиот
Когда я вечером вхожу в дом, Анабелль уютно устроилась в углу дивана, укрыв ноги одеялом, и держит в руке маркер над книгой, которую я никогда не видел.
Не могу прочитать название, но ярко-розовая обложка бросается в глаза. Поставив сумку у двери и скинув туфли, прежде чем войти в гостиную, я присоединяюсь к ней на диване, плюхаясь на противоположный конец.
— Эй.
Она смотрит на мои ноги, лежащие на кофейном столике, счастливая видеть меня.
— Привет. Добро пожаловать домой.
— Какого черта ты читаешь?
— Книгу? Купила на Озоне. — Она поворачивает обложку к себе, читая ее с усмешкой. — «Как отомстить кому-то и остаться на высоте».
— О господи.
Анабелль вздыхает.
— Да. Я думала обо всем этом фиаско с Эриком и Рексом и просто не готова отпустить это. Типа, не хочу быть психом, но не думаю, что они должны вести себя как полные придурки. Понимаешь, о чем я?
— Ненавижу даже спрашивать, но что сказано в книге, что ты должна делать?
— Ну, это не очень хорошие новости. — Анабелль откашливается, открывает книгу и проводит большим пальцем по одной из страниц. — Когда вы действуете в отчаянии, чтобы отомстить бывшему, это не только заставляет вас выглядеть сумасшедшим, но также может заставить вас выглядеть полным психом. Серьезно, вы лучше этого.
— Там так сказано? Серьезно?
— Да, серьезно. Это такой облом.
— Почему?
— Потому что все, что я исследовала, говорит мне отпустить все это. Это угнетает.
Пожимаю плечами.
— Я имею в виду... ты могла бы отпустить. Эти идиоты никогда не усвоят урок.
— О, и еще вот что! — Она театрально откашливается. — Пусть разбирается карма. — Анабелль фыркает, читая. — Вы не снимаетесь в кино — это реальная жизнь. Можете думать, что у вас есть инструменты, чтобы безупречно осуществить месть, но у вас их нет.
Книга падает ей на колени, и моя соседка бросает желтый маркер на кофейный столик. Он ударяется о твердую поверхность и отскакивает на пол.
— Откуда авторы знают, что у меня нет инструментов для безупречной мести? Они не знают меня и не знают моей жизни.
— У тебя есть инструменты?
— Нет, но они-то этого не знают. — Анабелль бросает книгу на диван рядом с собой. — Фу, я хочу вернуть свои деньги! Эта книга — мусор!
— Анабелль, тебе не кажется, что пора рассказать отцу?
— Возможно, но сначала я хочу изучить все варианты, и поправь меня, если ошибаюсь, но отомстить тем парням было твоей идеей.
— Нет, я хочу, чтобы они понесли ответственность за то дерьмо, которое творили, а не что бы ты мстила им. Им все сходит с рук. Если ты скажешь своему отцу, это положит конец всему.
— Эллиот, я встречалась с этим парнем, помнишь? Он достаточно безобиден. Честно говоря, думаю, что он просто довольно импульсивен. — Анабелль вытягивает руки над головой. Затем меняет тему. — У меня болит все тело. Я думала, что нахожусь в лучшей форме, но эти футбольные матчи надирают мне задницу.
 
— Может, расслабимся и посмотрим телевизор? Могу помассировать тебе спину, если хочешь.
— Да, боже мой, правда? Я бы с удовольствием! — Она садится прямо, оживленная, вскакивает на ноги. — Пошла надену пижаму. Знаю, что еще рано, но я устала, а потом ты можешь сделать мне массаж спины.