Измена. Иллюзия счастья (СИ)

Тут же отвожу глаза и закрываю руками грудь и то, что пониже
Миша ничего не говорит, только усмехается.
— Эм, я уже выхожу, — бурчу я, надеясь, что он не замечает то, как сильно я краснею.
— А я вот против, — отвечает Миша. Он быстро и ловко влезает в кабинку. Я без каблуков и ещё сильнее понимаю, насколько же он меня выше.
Он мягко касается моей ладони и оттаскивает её от груди. Тут же сам накрывает мои полушария и чуть сжимает.
Мой разум не уверен, в том, чего хочет. Но тело уже предало его и Миша теперь может ощутить твердые камешки моих сосков.
— Какая же ты… красивая, — мягко говорит мужчина. — Если бы я был художником, я бы тебя рисовал каждый день, чтобы запечатлеть то, какая ты. И телом, и душой. Ты самая красивая из всех, кого я знал.
— Ну да, — хмыкаю я. — Сколько у тебя было моделей, или девушек высшего сословия, для кого быть красивой это работа.
— Были, — кивает он честно. — Вот только они не такие, как ты. Ты их всех лучше, просто сама этого не понимаешь. Но я научу тебя.
Его слова лестны, кружат голову и он осторожно опускает руку вниз, касаясь меня в самом чувственном месте.
Ему хватает нескольких умелых движений пальцами, чтобы я раскраснелась ещё сильнее, и шумно выдохнула воздух, закрыв глаза.
— Вот это я бы и рисовал, моя девочка. Вот именно это, — его голос звучит так тихо, хрипло.
Я понимаю, что волную его не меньше чем он меня.
И снова я позволяю безумию и безответственности поглотить меня. Ведь ценой стало высшее наслаждение, которое только можно получить.
*****
Миша заказывает завтрак в номер. Он же и принимает его, избавив меня от лишней суеты и мыслей «что обо мне подумает кто-то там».
Боже, Аня, надо быть проще! Ты взрослая женщина, у тебя может ночевать мужчина. Пусть завидуют.
Есть не особо хочется, я всё больше думаю о том, что погружаюсь в чувства к Михаилу слишком сильно.
Думаю о том, что боюсь потерять себя. Отчаянно боюсь, настолько, что этот страх начинает отстукивать пульсом у меня пальцах и я трясусь.
Миша же беззаботно и с большим аппетитом уплетает ароматно пахнущий стейк с яичницей.
— Не к столу будет сказано, милая моя, — говорит он, отхлебнув из кружки кофе. — Но, увы, мне надо спросить, как вы там с Артуром попрощались?
Артур!
Я округляю глаза.
— Эм, он сказал, что… он чуть ли не угрожал покончить с собой, — я холодею от собственных слов а Миша только недовольно морщиться.
— Когда он подростком был, бывало. Но на тот способ, чтоб его не спасли ему никогда не хватало решимости.
— А вдруг хватит сейчас? — в ужасе спрашиваю я.
Миша поднимает на меня ласковый, хотя немного снисходительный взгляд.
— Зая, не думай об этом. Мы на юге. И здесь полно прекрасных мест, которые я бы хотел тебе показать. Горы, замки, весь мир нам открыт. Хочешь?
Я хмыкаю.
— У меня была с тобой первая брачная ночь и с тобой же будет свадебное путешествие? — спрашиваю я иронично.
— А ты против?
— Нет, я просто… Что будет дальше, Миша? Что будет с нами?
— Когда выборы пройдут, я открою правду отцу.
— Всю? — уточняю я.
— Зависит от поведения Артура. Но о том, что брак был фиктивным, да. Дарственную придется аннулировать. Я такого не ожидал. А потом… — он снова прерывается от еды и поднимает на меня взгляд. — Я хочу, чтобы ты была со мной. Всегда. По-настоящему. С нормальной свадьбой, с нормальным… всем.
— Так быстро? — спрашиваю.
— А чего ждать?
— Не знаю, я просто… мне страшно и я… — меня прерывает трель телефонного звонка.
— О, наш суицидник проснулся, — бубнит Миша.
Видимо, Артур звонит.
Я с тяжелым сердцем сжимаю губы. Миша берет трубку. Отвечает междометиями, «да-да-дашками».
Потом что-то долго слушает. И я вижу, как меняется его лицо. Краснеет от гнева.
Я подскакиваю.
— Что не так?
Миша мрачно сбрасывает звонок.
— Уебок, — говорит одно слово, глядя куда-то в дверь.
— Что? Миша?!
Миша не отвечает. Он прицельным взглядом осматривает номер, будто детектив из какого-то кино.
Подходит к полке рядом с дверью и приподнимает оттуда розовую мягкую игрушку в виде зайца.
 
— Твоё? — спрашивает.
Я пожимаю плечами.
— Нет, это гостиницы.
— Это не гостиницы, — говорит Миша.
Он резко дергает игрушку и я вижу за ней ворох черных проводов а чуть поодаль что-то маленькое, черное, круглое.
— Что это? — мои губы двигаются непослушно, ведь я догадываюсь об ответе.
— Это камера, Ань. Эта тварь нас записывал.
Мои хорошие, что вы думаете о страхе Ани раствориться в любви к Михаилу?
Думаете, это блажь неопытной девочки, или ей есть чего опасаться?
  
Анечка, ответь
 
Мне становится так не по себе от сказанного Мишей, что я едва не теряю сознание.
Он больше ничего не говорит.
Идет вглубь номера, быстро одевается. Распахивает дверь и выходит.
— Ты куда? — спрашиваю я пересохшими губами.
— Угадай, — зло бросает Миша.
Да, наверное, глупый был вопрос.
Кидаюсь за ним. Мы оба оказываемся в лифте и через пару десятков секунд уже у входной двери номера Артура. Дверь не заперта и Миша вламывается внутрь.
Артур явно этого не ожидает. Сидит за стулом и завтракает маленькими булочками, что-то смотря с телефона. Приподнимается глядя в разъяренное лицо Миши.
— Ну и что?! Что ты сам себе опять придумал?! — спрашивает Миша.
Я хочу взять его за руку, сжать чтобы он успокоился но он смотрит только на брата и смотрит так, что я боюсь, что он убьет его к чертовой матери.
— Ничего. Я уже отправил отцу и журналистам.
— Ты… сделал что? — спрашивает Миша тихо.
Меня накрывает дикий, животный ужас.
И позор.
Боже, видео, где я… я была с ним и это увидят столько людей?
Хочется провалиться под землю. Пропасть. Исчезнуть.
Пусть меня больше не будет!
— Ебанат, — констатирует Миша. — То есть, даже шантаж не придумал? Решил просто мелко отомстить? — Артур не отвечает. Миша же продолжает расспросы. — Слушай, я понимаю, отцу зачем. А журналистам нахера? Ты просто разрушил всю его предвыборную кампанию, всё ради чего мы… Что за хрень?!
— А я не хочу, чтоб батя строил свою кампанию на мне. На иллюзии моего семейного счастья. У вас тут всё хорошо, спектакль разыграли, умницы. Все красавцы. А я тут так, лишняя фигура. Сиди, страдай, бухай, пока брат у меня невесту увёл. Пошли нахуй все. Отец подумает, что я сделал это из мести к жене, к её предательству. А тебе с твоими фальшивими браками никто не поверит. Никакого договора вы с Аней не подписывали на фиктивность свадьбы. Твоё слово против моего. Понял? Пусть все знают, чем занималась моя женушка в нашу брачную ночь. А ты, заюш, — он кивает мне. — Стала теперь порнозвездой, поздравляю.
Меня тошнит. Меня снова обмакнули в какую-то дикую, лютую грязь. Это невозможно!
Так больше нельзя, я не хочу, не хочу!
— Аня, всё нормально будет, — Миша удивительно спокоен. Он оборачивается ко мне, обнимает за плечи.
— Нет-нет-нет! — я в истерике, я качаю головой и не могу успокоится. Скулю как побитая собака. Кажется, мир куда-то провалился. Артур явно наслаждается моим состоянием.
— Да, я ссылочку бросил и маме твоей и папе, полюбуются на дочку. И в вуз наш, — ехидно говорит Артур.
— Сдохни, мразь, — рычит Миша, он берет мое лицо в руки. — Слушай меня, Аня, всё будет хорошо. Поняла? Всё забудется очень быстро, в этой ситуации только ты себе можешь навредить, если будешь страдать, поняла?
— А ты её долго будешь успокаивать? — спрашивает Артур.
Его явно раздражает спокойствие Миши.
— Достаточно. Если ты слушал нас сегодня, мы будем вместе, — Миша поворачивается ко мне спиной. — Может быть, скорее всего, мы даже уедем. Анюта, хочешь, мы уедем очень далеко. Сегодня? За границу? Там никто ничего не видел, не знает, и…