"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Времени на размышления уже не оставалось, и Казаков, подведя транспортер как можно ближе к кораблю, к тому месту, где в его корпусе виднелись три темных провала, заглушил двигатели. Несколько мгновений он сидел молча, как бы внутренне собираясь, а затем резко поднялся с кресла и прошел из кабины в пассажирский отсек вездехода.
Все были готовы. Операторы смартов в последний раз перепроверяли свое грозное оружие, биологи пристально осматривали оборудование. Казаков надел каску, взял свою винтовку и, удостоверившись, что магазин полон, обратился к остальным.
– Мы находимся рядом с объектом,– медленно, четко, чтобы каждое его слово было понятно, произнес он.– Двое, капрал Буслаев и рядовой Русаков, останутся охранять транспортер. Открывать огонь по любому – повторяю, по любому! – живому существу, которое попытается приблизиться. Понятно?
– Слушаюсь, лейтенант. Надеюсь, к членам отряда это не относится? – с усмешкой ответил Буслаев. Именно этот высоченный и невероятно сильный капрал первым обнаружил на Фиорине личинку, атаковавшую консультанта…
– Капрал, здесь не полигон, а это – не Земля! – серьезно сказал Казаков. – Перед нами несколько миллионов тонн чужого корабля, а в его грузовом отсеке – зародыши опаснейших существ. Вы сами видели, что случилось с Марией Семцовой, и знаете, в чем опасность и насколько она реальна. Если не хотите разнообразить собой завтрак этих чудовищ или стать папой милого чужого младенца, повнимательнее следите за индикаторами движения живых существ. Теперь все ясно?
– Так точно, лейтенант! – козырнул капрал.
Казаков нажал кнопку, и люк медленно открылся. В транспортер ворвался воздух Ахеронта, чуть пахнущий аммиаком, однако вполне пригодный для человеческого дыхания.
Первые шестеро солдат во главе с Казаковым выбрались из вездехода и рассредоточились, выстроившись неровным полукругом. Индикаторы движения молчали, только ветер гонял пыль и заунывно свистел в скалах. Научная группа, выгрузив снаряжение и своих коллег, закованных, точно в старинные латы, в скафандры высшей защиты, двинулась за ними. Последней транспортер покинула вторая группа военных, прикрывавшая тыл.
До чужого корабля было не более сотни шагов пути вверх по склону скалы, который, к счастью, не был особенно крутым. Медленнее всех поднимались биотехники – очень уж неудобно было взбираться наверх в их неповоротливом и тяжелом облачении.
Первыми до корпуса корабля и трех овальных шлюзовых отверстий добрались Казаков и рядовой первого класса Саша Баулин. Блестящая обшивка титанического сооружения уходила на много десятков футов в высоту. Баулин осторожно, словно опасаясь удара током, дотронулся до поверхности корабля.
– Очень интересно, – проворчал он и обратился к Казакову: – Командир, вы не замечаете здесь ничего странного?
– Чего именно? – оглядывая гладкую поверхность шлюзов, спросил Казаков.
– Это не металл, а нечто вроде пластика. Нигде нет следов сварки или клепки. Абсолютно ровная поверхность. – В доказательство своих слов Баулин постучал по стене. – И обратите внимание – никаких острых углов, нигде. Все сглажено, закруглено.
– Да,– отозвался Казаков и взглянул на индикатор. Там, где им и полагалось, светились розовые точки, означавшие продвижение членов его отрада. Кроме этого – ничего.
Вскоре группа собралась на относительно ровной площадке у шлюзов. Казаков подошел к одному из отверстий и посветил внутрь фонариком. Метрах в пяти от них виднелись еще три дыры, более узкие, а за ними стояла непроглядная темнота. Сами отверстия имели идеальную овальную форму и были около десяти футов в высоту и шести в самой широкой части. Казаков оглядел притихший отряд и скомандовал:
– Отделение сержанта Корпачева, вперед. За ними – научный персонал. Всем смотреть в оба! Сразу за входом будет большое помещение. Пошли. – Он первым нырнул в темноту.
Пройдя по короткому коридору, люди оказались в большом зале. Нигде никаких следов присутствия живых существ. Серые панели стен, опоясанных по периметру стальными поручнями, уходили в высоту, создавая впечатление огромной клетки. Индикаторы движения молчали. Зная, что Чужие обычно нападают сверху, почти все направили лучи фонарей в потолок. Пусто. Баулин взглянул на Казакова:
– Что здесь, по-вашему, было?
– Не знаю, – пожал плечами лейтенант. – Я не ксенолог. Возможно, какая-то часть грузового отсека.
Солдаты осторожно разбрелись по залу, компьютерные техники, расставив и выключив аппаратуру, сканировали зал в поисках возможных спрятанных коридоров. Вскоре прибор зарегистрировал наличие пустоты за панелью, а один из биотехников наткнулся на отверстие в полу.
– Похоже, именно это мы и ищем! – громко сказал он. – Идите все сюда!
Казаков подошел к дыре, возле которой столпилась команда биологов, растолкал их и склонился над колодцем. Снизу тянуло теплым воздухом и каким-то странным запахом.
– Ну что же, начинайте работу, – коротко сказал он и направился к техникам, возившимся с одной из серых панелей стен. Похоже, за ней прятался коридор, ведущий в глубину корабля. Никаких кнопок, рычагов, замков, ничего указывающего на возможность открыть. Разве что один из участков стальной трубки, опоясывающей плиту, был необычно загнут вверх.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
"Патна", подобная гигантскому золотистому жуку, мирно висела в пространстве над Ахеронтом, чья атмосфера, пронизанная лучами местного солнца, уже не казалась в свете дня мрачным провалом в Ничто. Изредка вспыхивали миниатюрные сопла микроракетных двигателей, корректировавших орбиту, мерцали бортовые огни, да каждые полчаса из корпуса крейсера появлялась чаша антенны экстренной связи, которая автоматически передавала сигналы о состоянии корабля в Центр транспортного контроля Солнечной системы.
По земным понятиям уже настала ночь, и все руководство проекта разбрелось по своим каютам. В операторской центра слежения оставались только Бишоп, Семцова, полковник Гор да один из инженеров-связистов. Больше трех часов прошло с момента посадки модуля на LV-426, пилоты оставались в челноке, регулярно выходя на связь каждые двадцать минут, а вот об исследовательской группе, ушедшей на чужой корабль, было пока ничего не известно. На центральном мониторе по-прежнему отражалась рельефная карта местности с изображениями челнока, транспортера и подковообразного силуэта инопланетного монстра. Больше двух часов назад синие точки, обозначавшие поисковый отряд, исчезли в зеленоватом свечении "подковы". На экране остались лишь шесть отметин на схеме челнока и две рядом с вездеходом.
Рассудительный Бишоп объяснял исчезновение сигналов ЦДЛ тем, что корпус корабля, куда отправились люди, экранирован и задерживает любые радиолучи. Таким образом, наблюдателям на "Патне" оставалось лишь регистрировать сигналы, исходящие от пилотов спускаемой группы и врачебной бригады, не принимавшей участия в вылазке, да от двоих охранников у транспортера. С каждой проходящей минутой напряжение нарастало.
"Почему так долго? У них ведь есть предостережение об урагане, – думала Семцова. – Что там еще могло произойти?"
Ретт Гор сохранял по крайней мере видимость спокойствия, хотя на душе у него тоже было тяжко. "Слишком долго они там копаются. Всего-то дел: спуститься в колодец, о котором говорилось в отчете Эллен Рипли перед следственной комиссией, отобрать несколько яиц существ и подняться наверх. Максимум сорок минут. Разве что они обнаружили проход в глубь корабля, а это может задержать отряд лейтенанта Казакова".
О худшем варианте развития событий полковнику думать не хотелось.
В тот момент, когда Маша Семцова потянулась за очередной, неизвестно какой по счету сигаретой, с разницей в несколько десятков секунд на экране погасли два сигнала передатчиков личных данных, исходившие от транспортера. Инженер за пультом глухо выругался и попытался настроить монитор, решив, что его работу нарушили какие-то помехи. Однако там по-прежнему виднелись только четкие сигналы с челнока, и более ничего. Семцова вскочила с кресла, выронив тлеющую сигарету, и подбежала к полковнику.