"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Видя, что люди больше не убегают, он замедлил движение — теперь-то добыча от него не уйдет. Глядя на серо-голубых человечков, Гиль ясно сознавал, что они не смогут долго противостоять надвигающейся на них броненосной туше. Ростом они были примерно с него, то есть едва достигали плеча взрослого мужчины. Копья и луки их казались детскими игрушками, а ведь даже оружие Эмрика и Мгала едва ли могло серьезно ранить, не говоря уже о том, чтобы убить глега.
Скарусы тем не менее готовились дорого продать свои жизни. Дождавшись, когда глег приблизился на шестьдесят—семьдесят шагов, они выпустили в него тучу коротких легких стрел и ощетинились копьями. Как и следовало ожидать, в шкуре глега застряли всего две-три стрелы, и когда он, все так же неторопливо хлюпая по мелкой грязи, приблизился к островку ещё на двадцать шагов, Гиль вытащил из-за пояса Жезл Силы, перевел рычажок поражения на дальнюю дистанцию и начал целиться в чудовище.
Посмотрев на него, Эмрик ничего не сказал, а Мгал одобрительно усмехнулся, и мальчишка, рассудив, что действия его не вызовут неодобрения, нажал на спусковой крючок.
Тонкий, похожий на раскаленную иглу, луч скользнул по черной топи и отсек чудищу хвост, однако оно, несмотря на это, продолжало ползти вперед. Затем, описав дымную дугу, луч пронесся ещё раз по топи и разрубил глега пополам. Обе его части взметнулись вверх и рухнули в топь, подняв фонтан брызг.
Гиль, едва сдерживая подступившую к горлу тошноту, отбросил Жезл Силы в сторону и закрыл лицо руками, а Мгал, повернувшись к нему, сказал:
— Полагаю, скарусы скоро поймут, что обязаны тебе жизнью. Готовься принять их благодарность.
— Принцессы, мы вышли к топям. На этот раз к настоящим Чиларским топям, — сообщил Хафр, разглядывая из-под руки раскинувшиеся, на сколько хватало глаз, моховые поля.
— Устроим здесь привал до завтрашнего утра. Половина дороги пройдена. Разошли разведчиков, пусть осмотрят местность и попытаются отыскать какой-нибудь ручеек, — приказала Чаг и обернулась к сестре: — Отойдем в сторонку, мне надо с тобой поговорить.
Бросив котомку, Батигар последовала за Чаг, направившейся к моховому полю.
— Мы прошли половину пути, потеряв при этом три четверти отряда…
— Десятка два гвардейцев попросту дезертировали, когда мы вступили в джунгли, — вставила Батигар.
— Да, — согласилась Чаг. — И те, кто остался, едва ли решатся пробираться назад поодиночке — себе дороже. Однако подумай, есть ли у нас шанс добраться до Чилара? А если даже мы до него дойдем, то сумеем ли отыскать похитителя кристалла?
— Не понимаю, чем вызваны твои сомнения? За первую половину пути мы набрались опыта, а сколько людей дойдет до Чилара — не так уж важно. Мы обратимся к Владыке города, и он, я уверена, даст нам воинов. Для этого, разумеется, надо прежде всего отыскать в Чиларе исфатейских купцов, приодеться и раздобыть подарки для Владыки и его семейства, — сказала Батигар, с отвращением пытаясь расчесать гребнем спутанные и свалявшиеся под войлочным подшлемником, заменявшим ей шапочку, волосы.
— Меня заботит несколько вещей. — Чаг наморщила лоб, пытаясь подыскать нужные слова, — Во-первых, северянин может погибнуть в джунглях и топях. Ведь у него всего двое спутников. Во-вторых, если он все же сумеет дойти до Чилара, значит, это поистине необыкновенный человек, и он, конечно, сделает все, чтобы его не нашли. Затеряться в большом городе — дело нехитрое. В-третьих, поставив на ноги всех подданных Владыки Чилара, мы вынуждены будем рассказать, зачем нам понадобился Мгал, и тогда уж, поверь мне, если его и найдут, кристалла нам все равно не видать. Тайные же поиски займут так много времени, что северянин успеет исчезнуть из города прежде, чем мы его обнаружим. Кроме того…
— Все ясно, — перебила сестру Батигар. — Никогда ещё ты не произносила столь длинной речи, и, надо признать, все сказанное тобой совершенно справедливо. Все, за исключением главного. — Девушка обернулась и, удостоверившись, что их никто не подслушивает, продолжала, понизив голос: — А главное заключается в том, что северянина мы, возможно, и не найдем, но я, во всяком случае, спасусь от замужества. Донгам останется с носом, а Берголу не в чем будет меня упрекнуть. Этот поход для меня не столько погоня за кристаллом, сколько бегство из Исфатеи.
— Зачем тебе было бежать в джунгли и топи? Ты могла бы поехать к матери и отсидеться там, пока отец и Донгам до чего-то не договорятся.
— Я думала об этом, но у матери меня стали бы искать прежде всего, да и не хотелось оставлять тебя одну, — сказала Батигар, лукаво поглядывая на сестру.
— Принцессы! Принцессы, там, у ручья, лагерь чужих! Они заметили нас и вот-вот будут здесь! — донесся до девушек крик проводника.
— К оружию! — рявкнула Чаг, устремляясь на поляну, где расположились на отдых гвардейцы.
Они едва успели изготовиться к бою, когда на краю поляны появились незнакомцы, в руках которых кроме копий и мечей Чаг с некоторым трепетом заметила тяжелые боевые арбалеты. Настроены чужаки были воинственно, к тому же их было в полтора-два раза больше гвардейцев, и Чаг уже намеревалась дать сигнал к атаке, не дожидаясь, когда в её воинов полетят стрелы, но тут Батигар, тоже обнажившая меч, звонко крикнула:
— Кто вы такие? Что делаете здесь и почему собираетесь напасть на нас?
Чужаки остановились, и из рядов их выступил худой высокий мужчина с темными волосами и узким, острым как нож лицом.
— Что делаете здесь вы? — Голос его, скрипучий и властный, ударил Чаг подобно хлысту. Когда-то она его уже слышала, но тогда он больше напоминал ядовитое шипение.
— Мы посланники Бергола, Владыки Исфатеи, и не намерены давать кому-либо отчет в своих действиях! — высокомерно отвечала она.
Предводитель чужаков сделал несколько шагов вперед, всматриваясь в лицо Чаг:
— Дочь Бергола? Тебе нет нужды говорить о том, что ты здесь делаешь. Это и без того ясно. — Остролицый махнул рукой, и его воины опустили оружие. — Ты отправилась сюда за Мгалом — похитителем кристалла. Мы тоже ищем его.
— Кто вы?
— Люди мастера Донгама.
— Какое вам дело до кристалла, украденного из нашего родового святилища? — резко спросила Батигар.
— Младшая принцесса из рода Амаргеев сопровождает свою сестру. — Губы остролицего искривились в улыбке. — Твой жених, так же как и вы, заинтересован в том, чтобы кристалл был возвращен в Исфатею.
Батигар наморщила носик, капризно надула губы, а Чаг кинула нож в ножны, всем своим видом выражая дружелюбие.
— Если вы посланы Донгамом, чтобы вернуть кристалл в храм Небесного Отца — Дарителя Жизни, у нас нет причин для вражды. Разумнее всего нам объединить свои силы в поисках северянина.
Серо-голубые люди работали сноровисто и дружно, и два громоздких, неуклюжих на вид плота удивительно легко скользили между зелеными островами, в которых, только приглядевшись, можно было распознать руины древних зданий. Потрескавшиеся и обвалившиеся стены поросли лишайником, из полуразрушенных арок тут и там тянулись к солнцу причудливо изогнувшиеся деревца. Пушистые кустики выглядывали из оконных проемов, цеплялись воздушными корнями за искрошившиеся барельефы; толстые, сочные, похожие на змей лианы обвивали колонны, ползли по чудом сохранившимся кое-где балкам; яркими огоньками вспыхивали алые, желтые и голубые цветы.
Стоявший на корме скарус навалился на рулевое весло, плот вильнул вправо, и четверо гребцов, подбадривая себя отрывистым уханьем, погнали его в очередную протоку.
— О-хой! — громко вскрикнул склонившийся над краем плота серо-голубой человечек и молниеносно погрузил костяную острогу в воду. Вытащив её, он стряхнул с зазубренного наконечника золотисто-ржавую — словно сплюснутую с двух сторон, похожую на блин — рыбу и гордо взглянул на Мгала.
Северянин одобрительно улыбнулся:
— Отличный удар!
— Му-Хао бьет рыбу на свету и в темноте. Стреляет глегов, ловит ману! Му-Хао сидит в Кругу Совета лучших воинов батракалов. — Маленький человек с белесыми, но вовсе не седыми волосами стукнул древком остроги о брусья плота, словно подчеркивая этим значение сказанного. Говорил он на наречии южан не вполне правильно, с сильным акцентом, но понимал его северянин без труда.