В гостях у сказки 1 (СИ)

«Она даже ничего не заметила».
С огромным трудом взяв себя в руки, Конго ответила максимально спокойно:
— Всё в порядке, я скоро свяжусь с тобой.
И быстро разорвала соединение, выйдя из тактической сети.
Секунду постояла, дожидаясь пока перестанет звенеть корпус от рывком вышедших на форсаж генераторов, а импульсы системы целеуказания прекратят метаться по горизонту.
Невыносимо хотелось убивать. Неважно кого.
— Кажется, я был прав, — тихо вздохнул человек.
Резко обернувшись, Конго нависла над ним, едва сдерживаясь, чтобы не раздавить это жалкое существо.
— Кто… это… сделал?
В глазах человека почему-то не было страха, скорее грусть и словно бы сочувствие.
— Конго, у тебя в личной охране есть противолодочники помощнее?
  
Эпизод 2. Робинзон без груза
 
Мда, взбешенная Конго — это ни капли не мило и не кавайно. Это реально страшно. Хотя, понять её можно. Она ведь к Майе как к младшей сестрёнке относилась, а тут на тебе — оказывается, это не сестренка, а просто кукла, которую сделали, чтобы за тобой следить. Взбесишься.
Хотя внешне это у неё почти не проявлялось. Даже с места не двинулась. Просто стояла и молчала, глядя на море. Зато вокруг началась суета.
Оказывается, в реальном флоте Тумана помимо обычных боевых, есть и специализированные корабли ПЛО, и даже РЭБ. Вон та хреновина с тремя шарами вместо надстроек — классический корабль радиотехнической разведки. И если сами туманники — это искусственный интеллект круче некуда, то даже представить боюсь, на что он способен.
Короче, вокруг сновали разные туманники, Конго стояла памятником самой себе, а я беспрерывно курил, с тоской глядя на стремительно пустеющую пачку… пока не появились главные действующие лица. Две подлодки всплыли практически одновременно под самыми бортами Конго, одна с правого, другая с левого, словно взяв её в клещи, и через секунду прямо в воздухе возникло нечто вроде здоровенных голоэкранов, с которых смотрели ментальные модели 400-й и 402-й, — этакие двенадцатилетние лолиты с анимешными глазами на кукольных личиках. Миленькие, маленькие лольки... сплошной кавай и ми-ми-ми. Только мне почему-то под их взглядами стало совсем неуютно. Вот Конго, она живая, настоящая, а эти… как куклы фарфоровые. Глаза стекляшки, мимики ноль, когда начинают говорить — только губы на лице шевелятся. Даже моргают механически, раз в минуту. Киборги, блин.
— Конго, у тебя на борту человек, — бесстрастно произнесла одна из подлодок.
— Это противоречит установкам Адмиралтейского кода, — точно так же без тени эмоций дополнила вторая.
— Ты должна от него избавиться, — снова вступила первая.
О, как, оказывается, между собой туманницы общаются на английском, а не японском. Вообще-то я на нем не так чтобы очень, но вполне понимаю, и даже объясниться могу.
Но какие, однако, порядочки у них! Вот так, сходу, наезжать на начальство — «ты должна»…
— Я вызвала вас не для того, чтобы обсуждать свои действия, — отрезала Конго. — Я хочу услышать ваши объяснения, по поводу Майи.
Не знаю уж, на что она там рассчитывала, но оправдываться или отпираться лолиты даже не собирались.
— Мы приняли это решение в наблюдательных целях, — спокойно заявила первая.
— Создание тяжелым крейсером «Майя» собственной ментальной модели было сочтено нецелесообразным, — в тон ей добавила вторая.
— Вы не имели права на подобные действия! — буквально прошипела Конго.
Лолиты с минуту помолчали, бесстрастно наблюдая за разъяренной туманницей, а затем затараторили, словно механический телетайп, дополняя одна другую:
— Как мы и опасались, ты изменилась.
— Мы фиксируем проявление эмоций.
— Явные отклонения от установок Адмиралтейского кода.
— Твои алгоритмы ухудшились, ты не способна принимать правильные решения.
— Ты отстранена, флагман Второго восточного флота.
— Не сопротивляйся.
У меня с подобного диалога просто челюсть отпала. Вот нифига себе, лолиты! Чрезвычайный Комитет, да и только! Причем образца 17-го, когда уполномоченные генералов прямо в их кабинетах арестовывали. И у ближайшей стенки исполняли.
  
Внезапно экраны пошли рябью и в воздухе повисло непрерывное «Бамп! Бамп! Бамп!» — словно на гигантском компьютере как попало нажимают клавиши, отчего тот выдает непрерывное сообщение об ошибке.
Черт, да это же они системы Конго взломать пытаются! Сейчас её блокирнет и конец!
Я в панике завертел головой, но никаких визуальных эффектов вокруг не наблюдалось. Ни тебе желтых шестиугольников, ни надписей. Черт его знает, что вообще происходит и что делать. Вот честное слово, были бы сейчас пом-поны, прыгал бы и размахивал ими, вопя: «Конго-Конго!». Нет, ну а вдруг поможет? Всё равно, кроме моральной, никакой другой поддержки оказать не могу.
Сама же Конго на происходящее вообще никак не реагировала. Стояла, уткнувшись взглядом в палубу, и молчала.
Внезапно «бампание» перешло в противный скрежет, от которого у меня едва пломбы из зубов не повылетали и всё затихло.
Конго медленно подняла голову, перевела взгляд с одной лолиты на другую, и холодно отчеканила:
— I-400, I-402, вы превысили свои полномочия, вмешавшись в командную структуру Второго флота, что привело к срыву текущей операции и поставило под удар выполнение основной задачи. Так как это является прямым нарушением базовых директив Адмиралтейского кода, я, как флагман Второго восточного флота, приняла решение о вашей деактивации.
Её губы искривились, складываясь в жесткую улыбку.
— Не сопротивляйтесь.
Йо-ха! Пипец свиристелкам! Хакерская атака у них явно провалилась, а в надводном бою с линейным крейсером им не светит от слова «ваабще». И убежать они тоже не смогут, ибо вокруг аж десяток противолодочников вьётся! Конго, я тебя обожаю!
***
Конго мрачно наблюдала за опускающимися на дно останками 400-й и 402-й, пытаясь понять, жалеет ли она сейчас, что вообще выловила этого нелепого человека из воды? Ведь ничего не знать было бы легче. А теперь, уже второй раз за одни сутки её привычный, понятный мир рассыпается на куски.
«Твои алгоритмы ухудшились, ты не способна принимать правильные решения». — Конго даже головой потрясла, настолько отчетливо вспомнились слова 400-й.
Чушь! Разве она нарушила хоть одну установку Адмиралтейского кода? Да, она выслушала человека, но разве это нарушение? Нет, как флагман она обязана учитывать любую информацию. Деактивация 400-й и 402-й? Тоже нет. Это они своими действиями нарушили работу командной вертикали, поставив под удар выполнение основной задачи, а значит, их деактивация была необходима. Сам человек? Но его нахождение на борту не вступает в прямое противоречие с Адмиралтейским кодом, в то время как потерю источника информации, пусть и такого ненадежного, можно рассматривать, как саботаж. Или глупость. А она — флагман флота Тумана, а не человек, чтобы совершать глупые поступки!
Ещё раз проверив логические построения, Конго сама себе кивнула. Всё правильно, ошибок нет. Все решения обоснованы и полностью соответствуют базовым директивам.
С минуту поразмыслив, она принялась переформировывать свою эскадру, усиливая её эсминцами ПЛО.
Если и другая информация человека подтвердится, эти противолодочные корабли ей ещё понадобятся.
***
Вот жизнь, блин! Помнится, Робинзон сидел на острове, мечтая оказаться на хоть каком-нибудь корабле, а я вот натурально робинзоню на самом совершенном из существующих на Земле кораблей, мечтая оказаться хоть на каком-нибудь острове! Потому что корабль этот — кусок металла, на котором НИЧЕГО нет! Вообще ничего! Даже камня, чтобы птицу подшибить! А есть хочется. И пить, тоже хочется. И одежду выстирать, а то она от соленой воды колом встала.
В конце концов, плюнув на страх, я пошел искать Конго. Спотыкаясь и задирая голову (помню, что она на марсовой площадке сидеть любила) обошел весь корабль — по двести метров в каждый конец. Нифига. Намотав пару кругов, раз пять чуть не убившись и один раз едва не выпав за борт, с отчаяния принялся орать «Конго!» и только на пятом или шестом вопле обнаружил, что та стоит у меня за спиной.