Свет в океане (СИ)

— Ты да, а кто-то нет, — Поттер присел на корточки рядом с ней. — Чтобы уравнять вас, существуем мы.
Она подняла на него глаза, что-то в её взгляде изменилось.
— Ты говоришь, как настоящий аврор, Гарри.
Он хмыкнул.
— Едва ли. Если я не сдам экзамен по травологии, то до следующего семестра не дотяну. Хоть убей, не вникаю, как из гноя бубонтюбера, от которого выскакивают зудящие прыщи, делают лечебное зелье, опять же, от прыщей!
— Замкнутый круг, — прокомментировал Рон.
Гермиона вскочила с места, засуетившись.
— Ты куда взлетела? — опешил Гарри.
— К Мариэтте.
— Мариэтте? — Рон выглядел озадаченным.
— Эджком.
— Зачем?! Боишься, что она донесёт на тебя в Аврорат за незаконное заклинание? Не переживай. Кингсли тогда быстро изменил ей память об Отряде. Она даже не помнит, что обзавелась вечными прыщами благодаря тебе.
— Я постараюсь снять с неё порчу! — объявила Гермиона уже в дверях стажёрской. Она взглянула на Гарри, будто спрашивала у него поддержки.
Он кивнул.
— Рон, — она повернулась к Уизли, — у меня к тебе просьба: зайди потом, пожалуйста, к Лафкин и сопроводи её к Браунам. Они живут замкнуто из-за Лаванды. Уверена, она будет рада тебя видеть, и миссия Урсулы тоже пройдёт гладко.
— Ну ладно, — пробормотал Рон.
Комментарий к Глава 11 — Стажёр Поттер
1) Фраза из культового комикса 1962 года «Spider-Man: With Great Power…»
2) Луни Нонби — герой комиксов в мире волшебников, о его похождениях можно было прочесть, например, в выпуске «Луни Нонби против Корнуэльского Пикси».
3) «Мартин Миггс, сумасшедший маггл» — любимый ваншот-комикс Рона Уизли во время учёбы в Хогвартсе.
========== Глава 12 — Гостья ==========
7 февраля
Гермиона заметила, что Кричер во все глаза смотрел на неё, но не подавала вида. Она и так целую вечность уговаривала себя прийти сюда. Перед выходом тщательно расчесала волосы, впервые дождавшись полного одобрения со стороны волшебного зеркала, и долго выбирала, что надеть. В этом не было смысла. Она не ждала, что Регулус падёт ниц, увидев её в новом платье. Да и ни к чему это. Рон говорил, что она хороша даже в его растянутом свитере на голое тело. В конце концов, Гермиона рассердилась на саму себя за легкомысленность и одним взмахом палочки затолкала все наряды в шкаф, где вешалки ещё несколько минут обиженно передёргивали плечиками.
На ней была аккуратная мантия лавандового цвета — стандартная форма сотрудника отдела регулирования и контроля за магическими существами. На груди приколот значок с символом Министерства магии. Волосы собраны в высокий хвост. Весь её вид говорил: она прибыла в Бери исключительно по делу.
Блэки шли вторыми в её части списка эльфовладельцев, и по долгу службы она была обязана нанести им визит. Конечно, Гермиона могла с чистой совестью отправить сюда Урсулу и даже всерьёз собиралась так и поступить, но в последний момент передумала. Она с прошлого года так и не навестила Тедди и миссис Тонкс, которая прислала ей на Рождество чудесную открытку, под надуманным предлогом отказалась сопровождать Гарри, предлагавшего ей пойти к Блэкам вместе, три недели виртуозно избегала встречи с Регулусом, но правда заключалась в том, что Гермиона невыносимо по нему соскучилась.
Особняк почти не изменился с её последнего визита перед праздниками, разве что стало чуточку светлее. Это уже не те тонущие в полумраке комнаты, замершие в ожидании хозяев. В камине весело потрескивал огонь. Шторы с фигурными складками были собраны лентами, благодаря чему открывался сказочный вид на зимний парк. Солнечные зайчики ныряли через окна и играли на тщательно вычищенных коврах гостиной. Тут и там глаз цеплялся за оставленные Тедди игрушки.
— Гермиона, — произнесла Андромеда, войдя в комнату. — Как же я рада тебя видеть! Смотрю, Кричер о тебе уже позаботился.
— Да, спасибо большое, — пробормотала Гермиона. Меньше всего она ожидала от домовика хорошего приёма, но Кричер её удивил. Он усадил гостью в удобное, божественно мягкое кресло, снабдив его дополнительной подушкой, принёс чай, который был как нельзя кстати в такую погоду и, самое поразительное, подал к нему её любимый апельсиновый мармелад. Угадал так угадал. Правда, подан он был в жутко неудобной вазочке, с которой пришлось бы долго возиться чудовищно маленькой ложечкой. Гермиона стоически воздержалась от десерта, ограничившись глотком чая. Она здесь по делу. Но, Мерлин, как же притягательно пахло карамелью и цитрусами!
 
— Боюсь, у меня не так много времени, миссис Тонкс…
— Андромеда. Называй меня по имени, дорогая. Мы пережили столько испытаний, горестей и радостей, что я вправе считать тебя и Гарри практически членами моей семьи.
Она не подозревала, как приятно и вместе с тем горько слышать подобное. Гермиона вымученно улыбнулась.
— Но Гарри бывает у нас намного чаще, тебя же сюда не заманишь, — с притворной обидой в голосе произнесла Андромеда.
— Я исправлюсь, — пообещала Гермиона, баюкая чашку в ладонях. — В начале года у меня очень много работы. Возможно, вы слышали о новом законе, одобренном Кингсли в отношении домовых эльфов.
Кричер отчётливо фыркнул.
— Да, мы читали об этом в «Пророке», — сказала Андромеда, лёгким движением бровей указав домовику на отсутствие манер.
Кричер не выглядел пристыженным, но для приличия потупился.
— Нас, магов, связывают особые узы с домовиками. Если волшебник не может добровольно исполнять свой нравственный долг перед эльфом, его остаётся лишь принудить к этому. И мне самой особо нечем гордиться, Гермиона. Ты наверняка видела нашу фамильную галерею — ряд отрубленных эльфийских голов на Гриммо.
— Эльф должен служить своей семье, пока не умрёт, — отчеканил Кричер.
Гермиона вздохнула. Она с самого начала знала, что напрасно пришла, а ведь ещё даже не заикнулась об освобождении от вечного рабства всего волшебного народца. Регулус вообще, скорее всего, поднимет её на смех.
— Я бы хотела узнать ваше мнение насчёт этого, — она отставила чашку и вытащила из сумки свиток пергамента — тот же договор, что она предлагала подписать Пиритсу несколько дней назад. — Что скажете, Андромеда?
Миссис Тонкс села и несколько минут внимательно вчитывалась в строки контракта.
— Извини, дорогая, здесь сказано о свободе для эльфов? — спросила она наконец.
Гермиона с грустью посмотрела на онемевшего от шока Кричера.
— Только если они её захотят. Я надеюсь, что со временем волшебники поймут, что эльфы — не наследственные рабы, а те, в свою очередь — что быть свободным естественно. Эльф решит свою судьбу сам. Хочет стать свободным — придёт к нам. Хочет оставаться рабом — мы не запрещаем. Он им будет, если только ему не вручат одежду его хозяева.
— Покажите мне бессовестного эльфа, который добровольно отречётся от своей семьи волшебников! — воскликнул Кричер.
— Разве ты не был знаком с Добби?
— Добби — другое дело, — Кричер стушевался под взглядом Гермионы. — Он получил носок от хозяина.
— Но он был этому рад, — напирала она. — Он бы ушёл от Малфоев раньше, если бы имел право.
— Потому что мистер Малфой не принадлежал сам себе. Волшебник, у которого есть хозяин, не заслуживает уважения.
— У Регулуса тоже была метка, — сказала Гермиона. — Он тоже служил Волдеморту.
— Хозяин Регулус восстал против «Того-Кого-Можно-Называть»! — вскинул голову Кричер. — Он не стал мириться с его злом!
«Вот и попался!»
— Так значит, против плохих хозяев можно бунтовать? От них можно уходить?
— Гермиона, пожалей его, — обеспокоенно произнесла Андромеда.
 
Кричер в самом деле тяжело и шумно дышал. Его взгляд растерянно бегал по комнате, как у сломанных часов «Кит-Кэт». (1)
— В любом случае я не вправе решать, что с этим делать, — Андромеда вернула Гермионе бумаги. — Тебе стоит обсудить всё с Реджи. Он читал намного больше умных книжек, чем я. Особенно во Франции. За годы в браке я основательно подзабыла язык и растеряла навык, а Регулус, наоборот, если что и помнил без труда, так это уроки французского. Меня интересовал только раздел ботаники.