"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Квеста два: у меня и у тебя, а значит вероятность больше не увидеться возрастает ровно в двое, – просчитал я.
– Значит тут наши персонажи общаются последний раз. Переспим на прощанье? – подняла на меня взгляд девушка.
– Погоди, но мы же в другом мире можем ещё видеться, – я искренне не понял блестящих от слёз глаз девушки.
– Вот что с тобой не так, незнайка? – возмутилась Нори. – Скажи честно, ты гей? Именно поэтому Яков от нас свалил, ты ему что-то предложил?
– Ничего я ему не предлагал! – опешил я.
– Ну тогда, как сказал бы поручик Ржевский, разрешите вас пропердолить! – с этими словами Нори обняла меня, схватив одной рукой за зад.
Наши губы встретились – для этого она подняла голову вверх, а я, наоборот, наклонился. Нори поставила фонарь на каменный блок, снимая с меня плащ. Мои пальцы побежали по многочисленным застёжкам её кожаной брони, пока она скидывала с меня жилетку, переходя к белой рубахе.
Не вовремя проснувшаяся книга только и могла, что кричать про то, как мы мешаем ей спать. Но осознав, что нам всё равно, она замолчала. Обугленный зал, погребённый и законсервированный со времён некромантов, принимал и отражал наше дыхание, будто наслаждался давно ушедшей отсюда жизнью. Пламя фонаря всё слабело, погружая нас в темноту, делая сакральным то, что и так должно быть скрыто. Нам было всё равно, наблюдают ли за нами боги-зрители, пока в один момент наши синхронные движения ни превратились в объятия, и мы уснули, наконец-то покидая ещё один сумасшедший день.
  
Глава 46. Пятьдесят грамм экстраверсии
 
Я открыл глаза, но не различал чего-либо в непроглядной тьме – сюда совсем не попадал свет. Заклинание истинного зрения наполнило мир серыми красками, Нори рядом не было. Я вдохнул затхлый воздух подземелий, трудно даже представить, на сколько поднялся уровень земли, что даже бывший венчальный зал оказался глубоко внизу. Облачаясь в одежду, я заметил листок с короткой запиской.
«Прощания никогда не были моим коньком, да и у тебя, судя по нашей ночи, тоже. Шутка. У меня с прощаниями всё всегда было хорошо. Снова шутка! 
Эммм да, я не умею прощаться, но просто так уйти как сволочь последняя я тоже не могла, поэтому я спёрла твои деньги. Знаю, ты оценишь, потому что любишь отыгрыш! Если у меня всё получится с королевским золотом, то прилетай ко мне на яхту. Если у тебя всё получится с грибами, то бери грибы и прилетай ко мне на яхту. Опять шутка! Да я прям из династии Петросянов… 
Короче, давай, если погибнем, загрузимся под забвением кем-нибудь новеньким и потусим в реальности. Считай, что это свидание, у тебя с этим, я вижу, тоже туго, столько времени вместе и даже не подкатил! Но зато я теперь знаю, что у чернокнижников не только на демонов стоит, по крайней мере у молодых. А, да, встретишь Гудвина, уточни этот момент. 
Целую, твоя Крошка Нори. 
P.S. Мне твоя книга спать мешала, и поэтому я хотела записку на её листах ножом выцарапать, даже открыла её и зависла, прикинь. Теперь я понимаю, что ты над страницами ингалируешся постоянно. Всё, короче, пока!» 
Я проверил книгу и, хлопнув по карману, тут же услышал истошный писк.
– А-а-а, она, твоя стерва, чуть оригами из меня не сделала! У меня теперь стресс!
– Ну не сделала же! – возразил я.
– Пока ты спал, она пыльцу со страниц ножом соскребала в мешочек, грамм пятьдесят наскребла наверное! – причитала книга. – Скребла ножом, хихикала и писала записку эту твою дурацкую!
– Ну да, это многое объясняет, – согласился я.
– В следующий раз чтобы меня на самокрутки не пустили, ты меня под голову ложь… клади, в общем прячь меня под голову!
Фолиант был шокирован и встревожен, а у меня на душе дрожали нотки печали. Чего-то в один момент не стало в моей жизни, и книга, будто прочитав мои мысли, взорвалась новой волной крика.
– Не стало пыльцы с моих страниц! Я – ценный артефакт и теперь меня надо перезаряжать.
 
– Как перезаряжать?
– Нас смазывают жиром, лучше детским, лучше детским-фейским, – проинструктировал меня охрипший от крика голос.
– Гейским, – возразил я. – Я не убиваю невинных!
– Любым жиром! Поймай бодипозитивную жертву и смажь.
– Бодипозитивную? – не понял я оборота.
– Ну да, это те, кто позитивно относятся к своему ожирению.
– Ладно, будет тебе жир, – решил я, что без крови в моём походе всё равно не обойдётся.
У меня не было денег, не было оружия, и нужно было идти сквозь портал, который хотя бы не пришлось сильно искать – телепортационное заклинание фонило сквозь истинное зрение, как ядерный реактор. Отряхнувшись, будто меня ждут на важном приёме, я побрёл к телепорту.
Бладорон 
Я шагнул в белое пылающее пятно, а вышел в зелёном цветущем саду, не уступающем по красоте НизенФейским паркам.
Он сидел прямо по центру в плетёном из веток кресле-качалке. Худощавый, высокий, бородатый, лысый человек непрерывно гладил свою поседевшую лицевую растительность, то сжимая её в пучок, то отпуская, и просто смотрел на меня. Смотрел и качался в кресле. Качался и молчал.
Голову защемило, а кресло-качалка замедлилась и, казалось, остановилась. 
– Тебе ближе идти через лес, и я не против вашей, как там её, лиги чёрных магов. Будь аккуратней с Марио, он не отпустил ещё ни одного посла, – произнёс маг и снова принялся раскачиваться.
– Вот так просто? – удивился я.
– А что? – снова посмотрел на меня Гудвин. – Хочешь спросить стоит ли у демонологов на кого-то, кроме демонов?
– Как ты… вы узнали, что писала Нори? – удивился я.
– Мультиклассовость, Эффириум, я расскажу вам с Нори позже, – посмотрел маг куда-то сквозь.
– Позже?
– Разве ваши квесты не помечены красным черепом? Все, кто погибает доступны нашему искусству.
– Почему вы уверены, что я погибну, – поморщился я, маг знал слишком много. – И Нори тоже?
– Всему виной короли и королевы, боги и полубоги, вокруг них все гибнут. А ты взял квест у Мелиссы Веерохвостой сходить к Марио детоубийце и губителю жизни. Так что да, я уверен, что твой персонаж умрёт.
– У меня ещё вопрос. Почему я могу ходить между мирами? – я готовился слушать дальше и сел в медитативную позу, прямо на холодный мрамор.
– Это лучше у Зу спросить, или у кого-то, кто шарит в этой игре.
Из-за кустарников вдруг выбежал сгорбленный человек ростом не больше метра, волоча за собой деревянный стул.
– А вы разве не в курсе? – задал я вопрос, присаживаясь на предмет мебели, принесённый демоном-поисковиком.
– Я? Нет, – возразил Гудвин. – Я – что-то типа домашнего питомца у этого мира. Дохера мышления, фулл спелл бук по двум дисциплинам и ряд собственных заклинаний. Плюс портальная комната. Я как страж этого места. Наслаждайся, юный маг, пока можешь делать то, чего хочешь. Чего, кстати, ты хочешь?
– Я как-то даже не задумывался, разве нельзя просто жить? – удивился я вопросу.
– Удали игру со своих приложений, продай свою капсулу, перестань существовать как чёрный маг и стань опять бумажным клерком. Вот цена твоей свободы, – указал пальцем на меня маг.
– Пожалуй, – задумался я. – Мне не нужна такая свобода, я только начал делать то, чего хочу.
– Ну, значит, ты вынужден играть. Вот тебе совет, варлок, не доверяй никому, иначе тебя будут пользовать, как того же Марио. Игра всех пользует: меня, тебя – всех. Это такая плата за вечную жизнь в программном коде.
– Как-то всё запутано, – выдохнул я. – Ну так, я пойду?
– Погоди. Мелисса тебя без опыта на смерть послала. Давай я тебе плащ хоть подправлю на плюс десять маны в секунду и перманентный щит с ёмкостью сто пятьдесят маны, то есть хватит на три использования. Артефакт будет заряжать тебя маной, если сам полон.
– Я не понимаю, что значат эти цифры, но спасибо, – покачал я головой.