Смертельное попадание (СИ)
- То есть?
- Дирлих женится на Изире, - мрачно заявил гвардеец. – Тем самым, возвращает доверие Ана и наказывает себя за провинность перед тобой. Идиот! Да у него и шанса против огня императорского рода не было!
Я опустила голову, прикрыв лицо распущенными волосами, и закусила внутреннюю сторону щеки. Несмотря на сутки сна, я ощутила прилив прямо-таки звериной усталости и готова была выть, как волчица. Вспомнилось: «На работе дохнут кони, ну а я – бессмертный пони!» В моём случае это звучало так: «В этом мире дохнут люди, ну а я – совсем не люди!» Не поэт я, в общем.
Томар благоразумно оставил меня переодеваться и переваривать информацию в спальне, сказав, что ждёт в гостиной, чтобы сопроводить на тренировку, а я… я решила, что сегодня загоняю себя до изнеможения. Чтобы просто не думать обо всём этом. Мне было жаль Дира, но больше – себя. Да, я эгоистка!
Я извлекла из-под подушки книгу Терена и решила, что сегодня буду учиться использовать ту силу, которая отчего-то не желала спасать меня в пещерах. Как бы сильно её не ненавидела и я, и другие.
Глава 8. О войне
Развязать войну могут и трусы, а бороться с ее опасностями приходится смелым.
Тацит
- Империя Талера объявила войну королевству Люпиния.
На мне было белоснежное обтягивающее платье, что в свете неоновых звёзд, в первый день нового года принявших оттенки фиолетового и голубого, окрасилось в светло-сиреневый. Несмотря на накинутый сверху алый плащ, с золотыми переплетениями императорского герба, я начала леденеть от холода.
Когда император Нижнего Мира вошёл в открытый всем ветрам парадный зал дворца, где не было ни окон, ни потолка, зато открывался чудесный вид на самую красивую ночь в году, он произнёс не те слова, которые от него ждали. В величайший праздник демонов, праздник жизни, в день, когда нас с Ансором должны были обвенчать…
- Наследник Талеры был убит волчьим ядом, - прогремело над моей головой, головой Ансора и головами сотен знатных гостей.
Вокруг меня шумели демоны, но я…
Я не хотела этой свадьбы. И хотела! Трудно объяснить, тут смешались страхи перед ранним замужеством и новая волна воспоминаний о доме, хотя моё сердце тянулось к сердцу стоявшего рядом со мной демона, как птица, запертая в клетке. В глубине души я мечтала, чтобы император вошёл и воспрепятствовал нашей женитьбе, отложил до тех пор, пока бы не стал доверять такой охотнице-заразе, как я. Но я уж точно не желала, чтобы моя первая встреча с отцом Ансора началась со слов объявления войны.
- Ан… - я подняла голову на наследного принца, облачённого в чёрный парадный камзол. Он стоял, как каменное изваяние, на лице – ни единой эмоции. Безотрывно глядя на императора, демон всё же сжал мою похолодевшую руку, да так крепко, что я поморщилась от боли.
Отец и сын были похожи, как похожи два чёрных бриллианта в цепи ожерелья, однако на лице властителя Ада уже залегли морщины. Они смотрели друг на друга с одинаковыми выражениями на лицах, каменные и напряжённые. Императорские гвардейцы успокаивали и выводили гостей: я видела мелькнувшее кобальтовое платье Соранны.
- Я позабочусь о ней, - из-за спины главного демона вдруг вышагнула хрупкая демоница. Худенькая, миниатюрная, с распущенными светлыми волосами и веснушками на красивом, молодом лице. Её рубиновые глаза скользнули по мне, после переместились на Ансора. – Иди с отцом.
Я вновь подняла глаза на наследного принца. Тот опустил полный сомнений взгляд на меня, от чего сердце-птичка, казалось, выломало преграды клетки и выпрыгнуло, чтобы потонуть в кровавом океане его глаз. Мне вспомнилась утренняя тренировка и слова, что он мне говорил.
- Возможно, я всё же осёл, - заявил Ансор, когда я со злостью швырнула книгу Терена в стену тренировочного зала. Я перевела на него удивлённый взгляд.
- Помнится, я называла тебя козлом, демонюкой проклятой, уродом, скотиной… Ослом тоже? – спросила, поднявшись за книгой. Как ни старалась, боевая трансформация охотника на демонов не проявлялась, и я готова была волосы на себе рвать от досады. Когда я скрывалась, она рвалась наружу, а сейчас, когда Ансор дозволил мне тренировки с запретной магией, правда, только в присутствии его и трёх ближайших друзей, эта древняя тварь во мне молчала.
- Такой ты мне нравишься гораздо больше. Знаешь, у тебя не слишком достоверно получалось отыгрывать серую мышь. Постоянно казалось, что что-то не так, да и мимика у тебя выразительная, - хмыкнул Ансор и, взмахнув крыльями, быстро долетел до противоположной стены и поднял книгу. – А осёл я, потому что недооценил, насколько сильно ты возненавидишь себя. Всё же ни разу не имел дело с людьми твоего мира.
- Я не ненавижу себя.
- Правда? – он горько улыбнулся. – Принцип перевоплощения охотников, описанный в этой книге, не отличается от демонического. Мы просто… достаём из шкафа любимые вещи, говоря понятным тебе языком. А ты жаждешь запихнуть эти вещи в шкаф как можно глубже.
- Заслуга твоего мира.
- Я уже признал себя ослом.
Он вдруг резко приблизился ко мне и поднял в воздух. Мы повисли практически под самым сводом огромной пещеры, и я вжалась в него всем телом, смотря в змеиные глаза, а не на далёкий пол.
- Знаешь, Лена… Я всегда мечтал о девушке, как ты. О той, кто не будет за мной бегать. Кто заставит завоевать себя. Об умной, сильной и решительной. Редкость для этого мира с его воспитанием.
- Я не сильная, - покачала головой. – Ты скорее описал Соранну.
- Соранна… нет, её трудно воспринимать, как девушку, после стольких лет дружбы, - принц засмеялся и зарылся носом мне в волосы. – Ты прошла то испытание, в которое я, кусок дерьма, тебя закинул. Теперь позволь мне помочь пройти тебе то, что ты устроила себе сама: тем, кто уже полюбил тебя, всё равно, что ты - охотник на демонов. Тогда я рассказал тебе о тех, кто нас уничтожил. Но что, если я скажу, что меня ты спасла? От участи жениться на Изире и продолжать вести политику без перемен? Ты, охотник на демонов, меня спасла.
Я подрагивала в его руках, вспоминая ночи и то, что могут губы, легко касавшиеся моей шеи.
- Сейчас я тебя отпущу, а ты попробуешь воззвать к той силе, что является частью тебя. Я готов любить всю тебя. И Соранна, и Дирлих, - на имени лучшего друга он слегка зарычал.
После того разговора с Томаром мы говорили обо всём и с Аном, и Сорой. Изира получила унижение в виде насильственного брака с получеловеком, Дир пошёл на эту жертву, чтобы присматривать за ней и больше никогда не позволить жене навредить мне, а Ан… Он приревновал меня, как Изира приревновала его. Я не знала, на чью сторону должна встать. Лишь спросила у Ансора: «Почему тогда проклятие ни разу не помешало мне любить тебя?» Ответ был прост и полон такой нежности, что у девчонки, когда-то столь доброй, наивной и мечтавшей о книжной любви подогнулись колени: «Потому что магия истинной пары сильнее любых проклятий».
Поддавшись порыву, я кивнула и сама расслабилась в его руках. Никогда прежде чешуя не покрывала меня столь быстро. Когда Ансор словил меня в полёте ближе к камням, я была в боевой трансформации.
- Я люблю тебя, - я сама встала на цыпочки и коснулась поцелуем его губ. Кажется, это был первый раз, когда я это сказала. На глазах его родителей, которых он держал от меня подальше.
В кроваво-красных змеиных глазах Ансора что-то мелькнуло, они потеплели, и демон порывисто обнял меня, прижав к сильной груди. На фоне своего жениха я смотрелась крошечной и хрупкой, прямо как его мать рядом с его отцом.
Ансор отстранился, теперь и сам порывисто коснувшись моих губ, и спустился с возвышения к отцу. Императрица же, преодолев отделяющие нас три ступеньки наверх, подхватила меня под локоток:
- Идём, Линаина.
Вчетвером мы покинули зал, пойдя разными тропами. Ансор – с отцом, вероятно, обсуждать участие демонов войне на стороне Талеры, я – с его матерью в сторону, противоположную той, где скрылись наши мужчины.