Подопытный некромант (СИ)
Теперь самое сложное. Основные магистрали кровеносной системы с сердцем я сохранил не просто так. Лишние отведения к уже не существующим органам нужно зашить, создав при этом замкнутую систему кровотока, завязанную на неживое сердце.
Работёнка не из лёгких, но нужная. Поэтому я взялся за ножницы, иглы и нити.
– Правильно делаешь, – похвалил меня Савол, отвлёкшись от ритуального круга. – Но я бы, на твоём месте, сразу начал варить нигредо.
А он ведь прав.
Дошил отведение от воротной вены и взялся за котелок с органами.
Выдавливание крови, депонированной в отдельных органах, отняло у меня примерно полчаса. Из-за наложенных заклинаний смысла торопиться нет, поэтому работал я педантично, не позволяя себе торопливости. Всё-таки, именно в такие моменты понимаешь, что патологоанатомическая школа у нас во Владике хорошая. Пал Петрович бы мною гордился…
В качестве топлива для очага я использовал остатки двери. Пусть трухлявые обломки осыпались в руках, но зато хорошо горели, а ещё их было много.
Поставив медный котёл с кровью на огонь, я начал крутить специальные пассы руками. Это тоже ритуал. В книжке называют его «Проклятье нигредо». Нигредо – это из алхимии. Суть – процесс преобразования крови в чёрную субстанцию, заменяющую мертвецам кровь. Нигредо способно вбирать в себя некроэнергию и питать мёртвые ткани, предохраняя их от разложения. У стихийных мертвецов со временем образуется что-то подобное, но к тому моменту все кровеносные сосуды, за редким исключением, слипаются и не могут более осуществлять свои функции. Нет, со временем, по мере развития мертвеца, сосуды «пробиваются» и нигредо начинает течь, но до этого момента мертвецу надо как-то «дожить». В основном, не доживают. Не успевают развиться достаточно, чтобы начались нужные процессы.
Добавив к выжатой из трупа крови ещё два литра воды, я начал размешивать будущий нигредо бронзовой ложкой. Нигредо на определённом этапе становится слишком химически активным, что накладывает свои требования к материалу. Ложке придёт хана, как и котелку, но дело неизбежное. Можно, конечно, использовать золото, но что-то нет у меня столь драгоценной атрибутики в обиходе. Серебро, кстати, использовать запрещено. Почему-то оно губительно для мертвецов и нигредо, изготовленный в серебряной таре, совсем не работает в мертвецком кровотоке.
Видимо, ноги этого феномена растут из тех же мест, откуда растёт вампирская боязнь серебра. Ну, так-то, кровосиси тоже мертвецы, так что логично, по идее…
Оставив нигредо созревать, вернулся к шитью кровеносных сосудов.
Кот всё это время возился со своим ритуальным кругом.
– А мне нельзя с тобой? – спросил я.
– Не советую, – вздохнул Савол. – Мой мир, он… Скажем так: тот уровень прав, который там имеют люди, тебе очень не понравится. Я хорошо к тебе отношусь, поэтому не хочу для тебя судьбу раба или племенного человека.
– Племенного человека? – не понял я.
– Ну, скотину же у вас разводят? – крутанул лапой Савол. – Вот. Что-то вроде того.
– Как коров? Бык-осеменитель и всё такое? – уточнил я.
– Ага, – ответил Савол. – У вас что, разводят коров?
– Ну, как бы, основа скотоводства, – пожал я плечами.
– Дивно, – хмыкнул Савол. – Чего только не бывает в бесконечности миров…
– А у вас разве не разводят? – удивился я.
– Зачем? – не понял кот.
– Молоко, мясо, шкуры… – перечислил я навскидку.
– У нас для этого есть специальные крысы, – покачал мордой кот. – Коровы слишком большие и трудно поддаются контролю.
Тяжело поддающиеся контролю коровы? Серьёзно?
– Мы, видимо, говорим о разных видах животных, – улыбнулся я.
– Возможно, – не стал спорить Савол.
– А в другой мир, куда-нибудь, мне можно перенестись? – задал я следующий вопрос.
– Вокруг не лучше, – ответил кот. – Здесь у тебя хотя бы есть свобода.
– Свобода? – недоуменно уставился я на него. – Что ты понимаешь под «свободой»?
– Ты мог бы отправиться в мир кровососов, что расположен буквально рядом, – произнёс Савол. – Но ты там по ценности внутреннего мира идёшь не выше ходячего пакетика с кровью. Мог бы отправиться в мир минотавров, но ты там максимум сойдёшь за раба низшего ценового сегмента. Мог бы перенестись в мир инсектоидов, что далековато, конечно, но достижимо. Правда, там тебя быстро переработают в питательный бульон, ибо людей они ненавидят – что-то связанное со старой межмировой войной. Этому же миру, пусть и мёртвому, абсолютно на тебя насрать. И это очень хорошо. Поверь мне.
– А в мир, откуда сюда поступают трупы? – схватил я последнюю соломинку.
– Из-за постоянно действующих порталов оттуда, обратный путь слишком дорог, – вздохнул кот. – Даже будь у тебя в десять раз больше накопителей, ты бы не смог туда попасть. Некроэнергия – это худший из способов выбраться из мира с доминированием Смерти. Вот будь у тебя такие же накопители с энергией жизни или стихий, отправился бы в тот мир за милую душу.
– То есть это возможно? – спросил я.
– Возможно, – кивнул Савол. – Впрочем, чего это я, а? Держи схему.
Кот Савол передал вам схему ритуала «Просачивание».
Принять/Отклонить
– Вот так просто? – не поверил я.
– Думаешь, просто? – обнажил клыки Савол. – О, нет, совсем не просто. Если каким-то чудом найдёшь достаточно накопителей с силой одной из стихий или жизни, пробуй. Только помни, что цена ошибки – твоя жизнь. И если провалишься, то принесёшь в тот мир одно полноценное умертвие с идеей в гниющей башке. Готов ли ты заплатить такую цену?
Вопрос заставил задуматься. Впрочем, у меня пока что даже мыслей нет, как бы это всё провернуть…
Спустя час я обновил заклинания на трупе и скрупулёзно проверил герметичность сосудов. Вроде нормально.
Нигредо было почти готово. Я расслабился.
– Ты бы озаботился баком, – напомнил Савол.
– Точно! – опомнился я.
– Всё тебе напоминать… – вздохнул кот. – Не знаю, как ты будешь без меня.
Нигредо, с учётом усушки-утруски, выйдет примерно литра три, поэтому нужно депо, где будет храниться излишек.
У меня как раз в санях лежит медная фляжка, которая продержится достаточно долго. Даже готовый и стабилизированный нигредо сохраняет определённую химическую агрессивность, поэтому медь – не лучший способ хранить его. Но, ввиду безальтернативности, сойдёт и она. Правда, есть способ понизить едкость этой жидкости…
– Как думаешь, графит во фляжке сработает? – спросил я у кота.
– А ты собирался просто налить нигредо в медную фляжку? – удивился Савол.
Вот сука. В учебнике же было написано… Что-то я туплю. Устал, видимо.
Я молча взял графитовый стержень из ящика и начал крошить его на весы. Надо где-то грамм двадцать пять, если исходить из объёма нигредо. Графит стабилизирует эту поганую жижу и увеличит ресурс фляжки десятикратно.
Ладно, поехали.
Нигредо был готов, я снял котелок с очага и начал готовиться к закачке нигредо в дохлый организм.
Пацан ни в чём не виноват, он не заслужил того, что станет с его телом, но у меня нет другого выхода.
Вообще, если подумать, окажись на моём месте кто-то другой, хрен бы он связался с некромантией. Это в весёлых книжках про впопуданцев в фэнтези-миры с бородатыми магами, эльфами-торговцами и паладинами 80 уровня главный герой может поднять орду мертвецов одним движением левой брови, не замарав при этом и пальца.
Моё современное бытие показывает, что руки придётся марать. Переступить через себя. Переосмыслить ценности. Осознать, что другого выхода просто нет.
Я последние месяцы только и делал это. Переступал, переосмысливал и осознавал.
Может показаться, что я очень легко решился на обработку этого мёртвого пацана, который вообще не при делах, но до этого у меня в голове происходили ожесточённые поединки между мной из родного мира и мной нынешним. Этика врача, человеческая мораль, элементарный страх последствий – всё это выступало против того, что я сейчас делаю. Но тот Алексей Душной, который хочет выкарабкаться из этой поганой истории живым и здоровым, победил. Поэтому я подниму столько трупов, сколько потребуется. Убью всех, кто решит покуситься на мой образ жизни и отнять моё. Переступлю через себя ещё раз. Переосмыслю, что нужно и осознаю неосознанное. Только так можно выжить.