Перевернутая луна (СИ)
Метаморфозы.
Шерсть втягивается в туловище, лапы укорачиваются и гнутся под новыми углами, превращаясь в человеческие руки. Вместо когтей — обычные пальцы. Считанные секунды — и на полу, свернувшись эмбрионом, лежит, поскуливая, крепкий чернокожий мужик. Без одежды, которую разорвало еще на террасе. Без пушки и ножа.
— Ты в дознавательном боксе профсоюза, — сообщил Тейн. — Легендарные подвалы, слышал о них? Тут мы пытаем людей и животных, наполняя каменный мешок воплями.
— Отпустите, — прохрипел оборотень.
— Отпустим, — заверил Тейн. — Но позже.
— Когда?
Пардус встал на ноги и превратился в симпатичную девушку с выбритым виском и татуировками на смуглом теле.
Наоки-Хуанита сделала шаг вперед:
— Предложение остается в силе. Ты едешь с нами в Иштамб, просишь аудиенцию у Сариила. Протаскиваешь меня внутрь.
— А дальше? — переверт больше не скулил. Он сел, скрестив ноги, и с любопытством уставился на своих мучителей.
— Мы разнесем облако к чертям собачьим, — сказал ведун. — Не переживай за ангелов, они с тобой уже расплатились. Ты покинешь миссию в суете и свалишь на все четыре стороны.
— На вершине я оставлю заправленную машину, — кивнула Наоки. — С припасами и оплаченным доступом на межконтинентальную трассу.
Доберман сдался:
— Хорошо. Вы — законченные психи, если хотите знать мое мнение.
— Не хотим, — сказала Наоки. — Следи за этой сучкой.
Последние слова адресовались Тейну.
Ликвидатор сместился, размазавшись от запредельной скорости, в его руке возник пистолет-инъектор. Тейн приставил рабочую часть к шее Хуаниты и нажал кнопку, загоняя иглу в сонную артерию.
Хуанита сползла к ногам охотника.
Вот только Наоки была уже в другом месте.
* * *Силуэт господина Верье четко вырисовывался на фоне окна. Черный приталенный костюм, зализанные назад волосы, лакированные туфли из крокодиловой кожи. Демон успел сгонять в свое представительство, навести марафет и приодеться.
За оконным проемом голубело небо Иштамба.
Над вершиной горы клубилось статичное ангельское облако, пришпиленное магией к самой структуре мироздания. А еще накрапывал дождь из мужиков. Люди в твидовых костюмах-тройках падали вниз, неспешно приземлялись на тротуары и всасывались в кривые переулки, арки ворот, обитые бронзой входные двери. Обслуживающий персонал — вот кем они были. Секретари, разработчики испытательных квестов, специалисты по связям с общественностью, религиозные кураторы, охранники из числа людей. Все как один — верующие. Каждому пообещали счастливую загробную жизнь, вечное блаженство, отпущение земных грехов. Многие сумели исцелиться, вытащить семью из нищеты, спасти кого-то из родственников. Верные и мотивированные адепты. Ночная смена…
Впрочем, облачные жители не заморачивались суточным циклом. У них там, наверху, всегда хорошо и солнечно. Даже по ночам. Для этого существует особая, ангельская магия.
Через час мужики полетят обратно. Другие, не эти. Осадки втянутся в райскую тучу и займутся повседневными делами. Расширением сферы влияния. Борьбой за умы и сердца. Наоки не понимала причин, по которым ангелы избегали женского общества, но факт оставался фактом — девушки среди работников миссии не встречались.
Демон смотрел на разбредающихся по городу прислужников.
И всем своим видом выражал презрение.
Наоки деловито извлекала из холодильника свой арсенал и теперь раскладывала на обеденном столе. По квартире гулял легкий ветерок, настроение было превосходным.
Доберман Дюк пил через трубочку ледяной чай, сидя у барной стойки. Желтые зрачки равнодушно смотрели в пустоту.
Из соседней комнаты слышались струнные переборы. Тейн играл на гитаре и пел. Весьма посредственно пел, как считала девушка, но слыхала она вокал и похуже. Достаточно вспомнить творчество штурмовиков про расплескавшуюся синеву, лопасти вертушек и товарищей, которых надо вытаскивать из «обернувшихся» деревень.
— А мы не ангелы, парень, — слышалось из гостиной, — нет, мы не ангелы, темные твари, и сорваны планки нам, если нас спросят, чего мы хотели бы, мы бы взлетели, мы бы взлетели…
— Хрень какая, — не выдержал Доберман.
— Это Люмен, — с видом знатока сообщил Верье. Точнее, спина господина Верье. Знающая, темная и крепкая. Обтянутая дорогой тканью, скроенной портным по индивидуальной мерке.
Тейн пел по-русски.
Аккорды и текст внезапно понравились Наоки.
— Идем со следующим потоком? — уточнил Доберман.
— Вроде того, — Наоки любовалась стволами, разложенными на продуктовых пакетах с логотипом «Добромаркета». Пакеты отлично подходили для того, чтобы разложить, хорошенько смазать и заново собрать весь арсенал. Тут же аккуратными стопочками громоздились коробки с патронами, изгибались рожки магазинов, поблескивали серебряные головки пуль. В дальнем углу стола валялась перевернутая вверх дном тарелка, с помощью которой Наоки затачивала и правила «Акелу». Полевые условия, ничего лучше она придумать не смогла. — Тейн всё это придумал, у него и спрашивай.
Из гостиной продолжало доноситься заунывное пение под гитару. Что-то про наличие перьев, любовь и доверие. Текст повторялся многократно. Похоже, ликвидатор зациклился и напрочь утратил связь с реальным миром.
— Эй! — не выдержала Наоки. — Поговорить надо.
Гитара смолкла.
— По поводу?
— Мой квест, — пояснила девушка, методично заполняя обоймы патронами и вставляя всю эту красоту в магазины. — Что там наши крылатые друзья припасли для посетителей?
Тейн с кряхтеньем отложил гитару.
Квартира, которую они снимали, расположилась в старейшем квартале Иштамба, прямо под облаком. Аренда стоила сумасшедших денег, но это лучше, чем жить в конспиративной профсоюзной студии. Уменьшаются шансы на превентивный удар со стороны небесных жителей.
Сегодня Тейн по старой привычке щеголял в образе кавайного парнишки с сумасшедшим начесом на голове. На ногах ликвидатора обнаружились джинсовые «конверсы» со звездой в круге, а запястья ведуна были украшены фенечками и кожаными напульсниками. Наоки с трудом подавила смешок. Рок-звезда с концерта для малолеток, а не карающая длань Изначалья.
— Просители поднимаются на облако, — Тейн двинулся к барной стойке, обогнул Добермана и начал шарить по полкам в поисках кофе.
— Справа, — подсказал Дюк.
— Спасибо, — Тейн извлек жестяную банку, турку и миниатюрную чашечку. Снял крышку и неожиданно понял, что без ложечки не обойтись. Инструмент обнаружился в выдвижном ящике. — Так вот, летишь наверх с этими ушлепками. Ангелы там наколдовали антигравитацию. Хрен его знает — зачем.
— А вы так умеете? — восхитилась Наоки, имея в виду профсоюз.
— Мы умеем, — вставил Верье.
— И у нас кое-кто, — Тейн до середины наполнил турку водой и поставил на плиту. Тронул сенсор. Внутри варочной электрической поверхности вспыхнул голубой ободок. Впрочем, Наоки не была уверена в том, что жители Иштамба готовят на электричестве. — Мы отвлеклись. Облако твердое, не упадешь. Они там построили симпатичный дворец с фонтанами, райскими кущами и птичками. А перед дворцом возвели ворота. Знаешь, кованые такие, массивные, со встроенным сиянием. Только апостола Петра у них не хватает.
— А он есть? — спросила Наоки. Она где-то читала, что Петр заведует райскими ключами. Но облако — не рай, а представительство Верхних Сфер. Да и с канонической Библией у ангелов куча расхождений.
— Не встречал, — ухмыльнулся Тейн, пряча банку с кофе на прежнее место. — Так вот, приближаетесь вы все к этим вратам. Там невидимый портал, он ведет во внутренние помещения дворца. Те, кто получил допуск, спокойно проходят. Исчезают в небесном сиянии аки праведники. Ты — нет.
— Ага, — Наоки, не глядя, собрала АШ-12 и потянулась к подствольнику. Рядышком лежали глушитель и оптический прицел. — Продолжай.
— С тобой заговорят, — Тейн перелил кофе в чашку. По кухне поплыл восхитительный запах. — Глас свыше. Начнут командовать. Сядь перед вратами, закрой глаза, сосредоточься на наших вопросах.