Перевернутая луна (СИ)

— Ангелы пропускают оборотней?
— Тебя пропустят.
— Что дальше?
— Отключаешь изнутри их магическую защиту. Я научу, как. Входим мы с Верье. И дружно отправляемся на свидание с архангелом Сариилом.
— Нас попытаются остановить, — уверенно заявила Наоки.
— Разумеется, — кивнул Тейн. — Устроим святошам мясорубку.
— Как? — не поняла Наоки. — Я не смогу воспользоваться своим оружием.
— Сможешь, — Тейн посмотрел в глаза своей ученице. — Мы доставим твое тело на вершину Иштамба. Отключишь защиту, прыгнешь назад, в себя. Войдешь в миссию. В полной экипировке.
Наоки в жизни не слышала более безумного плана.
— Даже если мы сумеем всё это провернуть, — задумчиво проговорил Верье, — что мешает Сариилу быстро свалить в межмирье? Архангелы умеют развоплощаться где угодно и когда угодно.
— Умеют, — согласился Тейн. — А вот забирать с собой предметы еще не научились. Сариил может протащить Науз через трещину, но только в физической оболочке.
— А это его не устраивает, — догадался демон.
— Не устраивает, — признал Тейн. — Поэтому Сариил будет сражаться.
— И тут уж кто кого, — хмыкнула Наоки.
— Куда направимся? — тон посланника стал деловым. Похоже, господин Верье безоговорочно признал Тейна лидером группы.
— Нанесем визит вежливости кое-кому, — ведун выпрямился и задумчиво посмотрел на догорающие угли. — Прошвырнемся на Остров Нищих.
Из-за горизонта выглянул краешек солнца.
Наоки подумала о том, что Доберман подготовится к новой встрече. Очень хорошо подготовится. Фишка в том, что за плечами Тейна и Наоки стоит профсоюз — одна из мощнейших и наиболее разветвленных организаций, когда-либо созданных человечеством.
И профсоюзных боссов лучше не злить.
— Загружайтесь в джип, — сказал Тейн.
* * *
С первыми лучами солнца у Хуаниты исчезла тень.
И вновь появилась.
Вот только Хуанита начала вести себя странно.
— Бах, — сказала чика.
В ту же секунду на Острове Нищих стали умирать люди. Бывшие люди, а ныне — клановые бойцы Танго-взрыва. Разлетались мозги от метких выстрелов скрытых снайперов. Юркие тени скользили по переулкам, разя оборотней руническими клинками. Мертвецы тотчас восставали и начинали рвать на части бывших соратников, подчиняясь воле мрачного жнеца в средневековых доспехах. От этого жнеца даже в жару несло замогильным холодом…
Охотники на перевертов наводнили гору. Вооруженные до зубов наемники с мечами, топорами, дробовиками и пистолетами. Среди пришельцев выделялся старик, орудующий стилетом-распятием — этот не ведал жалости и постоянно сыпал цитатами из Библии.
Пара минут — и Доберман лишился своего войска.
Многие даже проснуться не успели, вернувшись с ночной охоты по диким окраинам Тенокса.
Дюк не видел всего этого.
Но чувствовал.
Взгляд желтых зрачков пригвоздил Хуаниту к месту. На террасе были только они, да еще Мануэль, настороженно прислушивающийся к разговору. Солнце поднялось достаточно высоко над горизонтом, тени удлинились, ночная прохлада отступила. Полчаса назад Доберман разговаривал со своим нанимателем, передавал артефакт, проверял номер офшорного банковского счета и планировал эвакуацию на случай атаки профсоюза. Сариил пообещал свое покровительство, но Доберман сильно сомневался, что ангел сдержит слово. Проще укрыться от бури за пределами Пояса Защиты — туда охотники не сунутся.
— Мне надо попасть в облако, — сказала Хуанита. — И ты мне поможешь, Дюк.
Тень под ногами девушки, казалось, не зависела от солнца. Линия тьмы сужалась и расширялась, раскидывала руки, отращивала пальцы-когти. У Добермана возникло желание метнуть в тень Хуаниты боевой нож, прекратив этот сюрреализм. Вот только он понимал, что основатель не позволит этого сделать. Точнее, основательница.
Мануэль шагнул вперед, в его руке появился нож. Зазубренный черный клинок, отдаленно смахивающий на «Акелу».
— Убери свою шавку, — сказала Хуанита. — Если повезет, вы оба останетесь живы.
Доберман остановил помощника жестом.
— Чего ты хочешь, Наоки?
 
Вожак Танго-взрыва быстро смекнул, кто скрывается в теле его охранницы.
— Если ты готов слушать.
— Я готов слушать.
— Хорошо, — девушка заняла позицию, позволяющую держать на виду как Мануэля, так и его хозяина. — Ты уже передал науз Сариилу, на этом ваши совместные дела завершены. Но ты всё еще можешь попасть в миссию ангелов. Я намерена проникнуть туда, забравшись в твою голову.
Мануэль напрягся. Сейчас убийца с дредами напоминал сжатую пружину, готовую распрямиться в любой момент.
— Не уверен, что мне это понравится, — хмыкнул Доберман.
— Боюсь, у тебя не спрашивают, — ответила Наоки-Хуанита. — Я могу сразу вселиться в тебя, приятель, и попытать счастья в Иштамбе. Думаю, мы не достигнем успеха. И умрем вместе. Только я сумею вернуться в себя, а ты — нет. Тебя больше никто не увидит в мире живых, Доберман Дюк.
— И?
— У меня есть план получше. Ты связываешься со своим нанимателем и назначаешь встречу в облаке. Говоришь, что к тебе приходили из профсоюза и велели передать некое послание. Передать лично, в пределах миссии.
— Почему именно там? — удивился негр.
— Демоны могут услышать разговор и начать войну прямо сейчас. А миссия Верхних Сфер защищена от эфирной прослушки. Даже в стенах профсоюза нельзя гарантировать безопасность.
— Пусть так, — согласился Доберман. — Но разве Сариил не предложит встретиться в Изначалье? Как вариант.
— Нет, — покачала головой Хуанита. — Потому что не захочет выносить науз за пределы миссии. И подставляться под удар наших ведунов тоже не захочет. Но он любопытен и наверняка заинтересуется посланием.
— Нас не пропустят, — уверенно заявил Доберман. — Там целый штат экзорцистов.
— Моя забота, — отрезала Наоки.
И в этот момент цепной пес сорвался с поводка.
Доберман коротким кивком отправил Мануэля в бой.
Наоки могла бы прыгнуть в этого чувака, подчинив его своей воле, но телохранитель Дюка ей не нравился. Поэтому Наоки выхватила наваху Хуаниты и сблизилась с Мануэлем на расстояние удара.
Чувак с дредами в подскоке пытается сломать Наоки колено, но девушка уходит с траектории поражения, делает перехват и описывает стремительную восьмерку. Мануэль отвечает быстрой серией секущих ударов, целясь в трахею, ребра и локтевой сгиб «Хуаниты». Наоки вынуждена уклоняться и разрывать дистанцию. Перед ней — мастер ножевого боя.
Никаких захватов и блоков.
Наоки удается подрезать двуглавую мышцу противника. Мануэль перехватывает нож здоровой рукой и по размашистой дуге бьет в основание черепа Хуаниты. Девушка отклоняется и молниеносным тычком загоняет клинок в левую подмышку Мануэля.
Много крови.
Три секунды.
Смерть.
— Вот дерьмо, — беззлобно выдает Доберман.
И падает на четыре лапы.
Грациозная кошка не пытается атаковать Наоки. Вожак Танго-взрыва перемахивает через ограждение террасы, мягко приземляется на травяной склон, зашитый дорогим дерном, и мчится в сторону каменного забора. Наоки перекидывается в пардуса и начинает преследование. Она настигает Добермана у кирпичной стены, по кромке которой протянута колючая проволока. Оба на высокой скорости влетают в межпространственный портал, развернутый Тейном. И оказываются под сводами мрачного подвала. Тусклые электрические лампы забраны решетками, потолок делится на железобетонные секции, усеянные оккультной символикой.
Из портала выходит Тейн.
Черные линии растворяются, отрезая путь к отступлению.
Пантера разворачивается, припадает к бетонному полу и явно готовится к прыжку. Взгляд желтых зрачков прикован к Наоки. Оба зверя глухо рычат.
Тейн растворяется в зыбком сумраке и, оказавшись рядом с оборотнем, бьет прямыми пальцами в три точки. Наоки не успевает отследить, что происходит, но лапы Добермана разъезжаются в стороны. Пантера валится в пыль, хрипит и хватает оскаленной пастью затхлый воздух.