Между светом и тьмой (СИ)

— Да что ж такое! — раздался обеспокоенный крик Юлии, которая упала на колени прямо перед ним. — Лекаря сюда! Срочно!
— Все нормально, милая, — улыбнулся Воронцов, — мы закрыли разрыв, но только один, и дорогой ценой, — он продемонстрировал руку с обугленной кожей. — И мне нужно срочно прийти в себя, через час второй раунд.
— Не позволю, — заупрямилась боярыня Воронцова.
— Позволишь, — улыбнулся Константин и провел тыльной стороной ладони левой руки по щеке девушки. — Позволишь, иначе есть вероятность, что эту ночь нам не пережить.
  
Глава девятнадцатая ​
 
Глава девятнадцатая
— Ваше сиятельство, — Фока отступил в сторону и вытер пот со лба. — Я сделал все, что мог, я нанес заживляющую мазь, она дальше справится и без вед. Но нужно еще хотя бы пару часов, не только кожа пострадала, но и мясо обуглилось. Что ж вы такое делали, руку в костре держали?
Константин встал, бросил взгляд на лекаря-гвардейца и отрицательно покачал головой.
— Разрыв мы с боярами закрывали.
Под бинтом, где была тонкая розовая кожица, слегка пощипывало.
Гвардеец кивнул.
— Поберегли бы вы себя, Ваше сиятельство.
Константин отмахнулся и принялся одеваться, до следующего ритуала оставалось всего пятнадцать минут, а нужно еще поесть.
Юлия ждала его в персональной столовой, а Микита выставлял перед ней тарелки и судки. Его все же приняли, мальчишка, который пожертвовал собой на свадьбе, чтобы спасти остальных, действительно сумел приготовить блюдо, понравившееся боярину, и испытания в кухарский цех прошел с легкостью.
— Ваше сиятельство, — поклонился он, увидев входящего Воронцова, — я ваш любимый суп приготовил — томатный с перцами, острый.
Константин улыбнулся. Да, вот такая его судьба кулинарного прогрессора — сейчас он делился с парнем рецептами, которые уже обкатал на Варе. Учился паренек быстро, суп у него получался отменный — густой, острый, вкусный.
— Спасибо, Микита, только мне что-нибудь посытнее и побыстрее, мяса побольше. Суп твой хорош, но не сейчас.
— Рубленная говяжья котлета, — снимая крышку с одного из подносов, тут же сориентировался парень. — Картошка-мятушка с грибной подливой, — указал он на другой судок, — острый соус, как вы любите.
— Давай, только очень быстро.
— Может, не стоит еще раз такое проделывать? У тебя рука в бинтах, — попробовала его отговорить Юлия, которая все же решила начать с супа.
— Надо снизить давление, — покачал головой Воронцов, быстро заливая бифштекс соусом и берясь за вилку. — Орислав сказал, что тьма стала не такой плотной после того, как этот разрыв закрыли. Если хотя бы еще один закроем, ночью все же легче будет. Да и есть у меня идейка, не зря же мы все же бомбометы с собой волокли, им как раз дальности хватит, чтобы достать до затемнения, а я наводчиком из рунного круга поработаю. Снаряды там светом заряженные, может, удастся, раздолбать алтарь, или ударить по малому кругу ведунов. А теперь быстро едим и вперед.
Он почти опоздал, пришлось даже бежать по трапу. Людям такого ранга опаздывать не к лицу. Но успел. Призвав Врана, а вместе с ним и круг, Константин отдал приказ духу известить бояр, и те почти синхронно шагнули в круг, только Лосев явился с запозданием.
— Боярин, может все же не стоит? — попытался образумить его Кречет. — К сожалению, никто из нас не сможет занять ваше место, а вы едва на ногах стоите.
— Скоро ночь, — покачал головой Воронцов, — Орислав сказал, что тьма стала пожиже, светцы заработали активней, и если удастся еще немного ослабить ее, будет просто замечательно. Давайте начнем, — Константин решительно поднял левую руку, беря на прицел очередной разрыв.
— Воля ваша, — вздохнул Кречет и взялся двумя руками за свой посох…
Константин вывалился в явь под ноги Юлии с обожженной левой рукой, скрепя зубами. Задачу они выполнили, вот только далось это гораздо тяжелее, противник тоже подготовился, и в этот раз «сила рассвета» справилась с огромным трудом, ей едва хватило мощи затянуть подобную щель.
 
— Сегодня больше не позволю, — безапелляционно завила девушка.
Подскочившие Тихомир и Жив помогли Константину встать и увели на леткор, где его ждал Фока с заживляющими мазями и своими мощными лекарскими ведами.
— Нужно попробовать еще одну закрыть, — выходя из каюты, произнес Воронцов спустя час.
— Ты не выдержишь, — запротестовала Юлия, — у тебя руки в бинтах. Фока говорит, что лечение дается все хуже, нельзя так налегать.
— Спокойно милая, попробуем другой способ. Тихомир, свяжись с «Силой Юга» пусть волокут сюда наши тяжелые бомбометы и мины, заряженные светом, ну и ящик обычных, пристреляемся. Попробуем по-простому, я буду корректировать из рунного круга, может, выйдет поразить их ведунов.
— Слушаюсь, Ваше сиятельство, — с облечением ответил сотник и отправился в зал совещаний.
Константин достал сигариллу и, прикурив, направился к выходу. Юлия молча догнала его и пошла рядом. Гвардейцы топали следом.
Бомбометы, как здесь звали минометы, привезли на грузовике, здоровые сто миллиметровые, тяжеленные, чем-то напоминающие горные времен великой отечественной, дальность стрельбы — четыре километра. Мины длиннее обычных советских, и форма не совсем привычная, но что имеем, то имеем, оружейное дело в этом мире развито слабо, хотя имея такую угрозу, должно было быть наоборот.
— Итак, слушаем сюда, — громко произнес Константин. — Устанавливаем бомбометы, разворачиваем на север. Вы будете работать вслепую, я говорю куда, вы даете залп. Сначала работаем обычными бомбами, как пристреляемся, садим теми, что со световой начинкой. Все поняли?
— Так точно, Ваше сиятельство, — грянули вольцы и принялись за установку своих смертоносных машинок.
Константин прикурил новую сигариллу. В городе с каждой минутой становилось все темнее, ночь вызывала у него определенное беспокойство, тьма станет сильнее, твари пойдут вперед, чтобы прорвать оборону, хватит одного высшего. Но больше всего его беспокоили слепые тени, обитающие в разрушенном княжеском дворце, отсюда до него чуть больше километра. Насколько эффективными окажутся обереги, созданные Ориславом и Ладой? Ведь обычные твари реагируют на его людей вполне себе привычно, а должны видеть плохо, хотя их направляют черные ведуны, может, в этом все дело. Да и последние несколько часов не было ни одной атаки. Да зря, наверное, затягивали с выдвижением, стараясь как можно лучше оснастить штурмовой отряд. Время было упущено, темные получили отсрочку на подготовку.
— Так, милая, — обратился он к стоящей рядом жене, — сейчас я призову Врана и рунный круг, и попробую оттуда с тобой связаться через мыслеглас. Если выйдет, будешь передавать расчетам мои приказы. Готова?
Девушка кивнула.
Воронцов, не затягивая, мысленно позвал:
— Вран. И тут же оказался в рунном круге.
— Слушаю вас, Ваше сиятельство, вы бы побереглись.
— Все нормально, — покачал головой Константин, — попробую другой способ устранения противников, не связанный с пальбой энергетическими шарами. У меня руки кончились, — пошутил он. Достав мыслеглас, он приложил его к виску. — Как меня слышно?
— Плохо, — пришел мутный ответ от Воронцовой, — словно ты очень далеко, почти на пределе дальности артефакта. Но разобрать можно.
— Хорошо, — обрадовался Воронцов. — Думал, хуже будет, или вообще не сработает. Минометы готовы?
— Почти, еще пара минут.
— Тогда ждем, скажешь, когда.
Прошло минуты четыре, прежде чем от Юлии пришло подтверждение.
— Итак, милая, расчеты ничего не видят, пусть выставляют прицел, — Константин оценил расстояние до ближайшего разрыва, — на дальность два с половиной километра, бомба обычная, не заряженная светом, направление — пятнадцать градусов на северо-восток.
— Готово, — через минуту доложила Юлия.
— Первому — пли, второму ждать.
Выстрела Воронцов не услышал, он долго смотрел в указанную точку, но ничего не произошло.